Главы:

Глава пятая

 

План, что и говорить, был превосходный:

простой и ясный, лучше не придумать.

Недостаток у него был только один:

было совершенно неизвестно, как привести его в исполнение.

 

Льюис Кэрролл " Приключения Алисы в стране чудес "

 

День шестнадцатый. Половина восьмого вечера по местному времени

 

Память настойчиво возвращала Остора к его перелётам. Не то, чтобы это происходило из-за страха высоты. Нет. Всё-таки подобная боязнь никак не могла преследовать островитянина.

Просто он, как и любой живой человек, хотел жить.

…Или не хотел умирать?

Поэтому сесть в вертолёт оказалось крайне сложно. Однако решимость заставила его сделать последний шаг. Остор забрался в кабину, пристегнул ремень и поглядел на пилота, ободряюще ему улыбающегося.

- Готовы?

- Да, Леон.

Леон был надежным наёмником. И, наверное, зря он сейчас использовал именно его. Этот человек превосходно справлялся с важными вопросами - заменял Владык при необходимости дипломатических визитов и, не боясь замарать руки, умело организовывал многие события. Однако иной кандидатуры в пилоты не нашлось. Приходилось использовать те кадры, что имелись в распоряжении. Даже если и предстояло их потерять. Остору крайне не хотелось устранять Леона, но тот не знал, кому служил. Не знал, кто такие Владыки на самом деле. Так что произойти могло многое. И многое, требующее непременного молчания.

Остор дождался, когда Леон отвернётся, и вытащил боевой нож. Он крепко сжал рукоять и прикрыл лезвие полой пиджака, готовясь в любой момент расстегнуть ремень и вонзить оружие под основание шеи верного пса. В случае необходимости никто не должен был помешать ему повернуть штурвал в сторону Острова. И никто не должен был стать свидетелем возможного.

Глаза сами собой уставились на руки. Побелевшие от напряжения пальцы подрагивали, но прозрачными пока и не становились.

- Мне не нравится, когда мне не доверяют.

            Фраза заставила Остора поднять взор. Напротив него сидел молодой Арьнен. И, несмотря на шум винтов и надетые наушники, ему было прекрасно слышно его.

- Нет-нет, - увидев, что он готов что-либо сказать, предупредил тот. – Любое твоё слово услышит пилот… неважнецкий кстати. Он непременно обернётся узнать, в чём дело, и удивится новому попутчику. Не стоит так его тревожить. Согласен?

            Ему пришлось утвердительно кивнуть, а потому странный гость продолжил:

- Раз уж я взялся помочь тебе, то буду и сопровождать. Только будь осторожен. Материальным обликом я больше баловаться не стану, и людям может показаться, что ты разговариваешь сам с собой.

Остор нахмурился, надеясь, что его мимика даёт понять о необходимости разъяснений. Но их не последовало. Арьнен беззаботно потянулся, зевнул и ворчливо добавил:

- И, кстати, не рассчитывай, что я буду рядом постоянно. У меня полно собственных дел.

            На этом визит и завершился. Обладатель сил бога, ещё раз зевнул и медленно исчез, словно Чеширский кот из сказки про девочку Алису. И когда от того не осталось даже улыбки, Остор понял, что граница, которую до этого не мог преодолеть ни один из островитян, оказалась позади. Родные края стали выглядеть крошечными, а вскоре и вовсе превратились в маленькую точку, которую поглотил горизонт.

Влажные от пота ладони наконец-то разжали рукоять ножа, но, вместо того, чтоб убрать тот за пояс, положили и его, и ножны в ящичек у кресла. В цивилизованных странах не принято носить оружие на показ, а Остору не хотелось привлекать ненужного внимания. С лихвой хватало и незаурядной внешности. Высокий рост, чрезмерно бледная кожа, матово-чёрные волосы, своеобразные черты лица – всё это по отдельности могло присутствовать в ком угодно, но вместе выдавало в нём жителя Острова. А мужчина рассчитывал проделать свой путь, придерживаясь статуса инкогнито.

            Почему?

Причина была проста. Его визит в любую точку большого мира следовало бы согласовать, но он никак не стремился сообщать о себе правительствам или СМИ. У него имелась определённая задача, по завершении которой вновь покидать Остров было бы неосмотрительно. Не стоило создавать прецедента – островитяне никогда не покидали свою Родину. И точка.

Так что, когда вертолёт начал приземление для дозаправки, Владыка Острова открыл поддельный паспорт, чтоб освежить в памяти своё новое имя, а затем надел светлый парик и жилетку техперсонала. После чего, пока Леон отвлекал внимание состряпанной неразберихой, тайком покинул кабину и пошёл в сторону невысокого здания. Там его встретил местный сотрудник, взявшийся обеспечить молчание систем наблюдения, и отвёл к машине с новым провожатым.

Салон оказался достаточно просторным, чтобы гримёру было удобно работать. Он нанёс на волосы Остора краску, добавившей чёрным волосам блеска и седины. Прочие химикаты позволили придать всем открытым частям тела загар. Черты лица изменили морщины. И, как заключительный штрих, над верхней губой разместились аккуратные усики… На взгляд островитянина последние были излишеством и отдавали какой-то дешёвой игрой, но они ему шли, а потому он промолчал. И когда автомобиль подъехал к зданию общественного аэропорта, то на асфальт ступила нога некоего пожилого Андреа Эспозито, а не Владыки Остора.

Получив из багажника свой чемодан и портфель, первым делом он взглянул на наручные часы. Времени до следующего перелёта было в обрез, но ему требовалось совершить два звонка. Поэтому Остор не стал терять драгоценные секунды, а поспешно вытащил телефон.

Сообщение о необходимости отменить все его встречи на ближайшие дни повергло Кейтэ в шок. Голос у секретаря заметно задрожал. Она чётко предвидела последствия такого поворота событий и перепугалась донельзя.

…И это ещё при том, что Остор так и не озвучил факт своего отбытия с Острова.

- Это из-за Владыки Риэвира? Доктор Луизор считает, что с ним всё будет хорошо. У вас нет нужды сидеть подле него в больнице, когда…

На миг он задумался, стоило ли говорить Кейтэ, где он. Нет, ни к чему было давать ложную надежду остальным островитянам. Подобное известие могло привести к резкому повышению статистики смертности.

- От вас требуется выполнять мои распоряжения, а не давать советы, - жёстко перебил он женщину и, удостоверясь, что его указаниям вняли, позвонил супругу Инги. Тот повёл себя аналогично Кейтэ. Разве что менее ярко в силу отсутствия личного знакомства.

Оба разговора не заняли и пяти минут, но в здание аэропорта Остор почти вбежал. Посадка была уже объявлена, а ему ещё требовалось разобраться куда идти. Всё внутри было непривычно. Он оказался совсем не подготовлен к большому миру, несмотря на регулярное общение с его представителями. К счастью, самолёт без него не улетел. А там, после первых минут полёта, Владыка надел на глаза маску и позволил себе задремать. Однако сон оказался чутким и тревожным. Остор часто пробуждался, нервно вздрагивая, и по итогу отдохнувшим себя не ощутил. Он даже обрадовался, когда началась посадка.

Чемодан и портфель не превышали пределы ручной клади, поэтому задерживаться из-за багажа не пришлось. Андреа Эспозито успешно прошёл паспортный контроль и перед выходом из здания подтвердил бронь квартиры. Ему не хотелось останавливаться в отеле, да и ближайший (с достаточным количеством звёзд) располагался далековато от места жительства Инги. А тут они стали бы соседствовать.

Добраться до арендованного жилья оказалось просто. Уйма таксистов (только что не повисших на нём, стоило покинуть аэропорт) жаждала довезти до любой точки назначения. Но островитянина коробило от подобной навязчивости, и даже знание языка не давало толком ощутить землю под ногами. Всё и все куда-то неслись, что-то делали, спешили, голосили, перед глазами мельтешило от ярких огней.

… После размеренного бытия на Острове подобное казалось омерзительным.

Кроме того, Леон не единожды озвучил, что в Москве стоило доверять только себе. И если честно, то после его предупреждений Остор остался в недоумении, отчего в этой стране существовал запрет на ношение оружия. Однако традиции другого государства не ему переделывать было, а потому, стараясь максимально слиться с обстановкой, он всё-таки сел в машину, предварительно договорившись с водителем о цене. Разговор Владыка вёл на ломаном русском с ярко выраженным итальянским акцентом. Выдавать себя за коренного жителя островитянину было не с руки. Все странности, которые и свойственны иностранцу, привлекли бы меньше внимания.

За время дороги Остор с интересом разглядывал город. Тот казался ему совсем другим миром, хотя он ещё в детстве видел его на фотографиях и видео. Несмотря на изолированность, образованию на Острове всегда отводился максимальный приоритет. Маленькие островитяне прекрасно ориентировались в географии и по внешнему виду достопримечательностей запросто рассказывали о краях, где им никогда не довелось бы побывать. А став взрослее они становились студентами престижных учреждений. Интернет позволял обучаться удалённо.

Пожалуй, вряд ли в каком другом уголке Земли современные технологии использовались действительно по назначению. Но на Острове это было так. И Остор блестяще освоил несколько языков ради мечты пойти по стопам отца. Для себя он избрал нелёгкую работу невыездного дипломата. Работу, а не карьеру. Потому что карьера предполагает под собой некоторое соперничество, а он занимался делом, которое считал смыслом жизни. И с такой идеологией Владыка ещё более ощущал себя чужим в огромной России. Да и Москва ему не понравилась. Обшарпанные фасады зданий прикрывали яркие огромные щиты с рекламой, но глаз легко улавливал общий упадок. Растительности тоже не хватало и, несмотря на последний месяц весны, деревья покрывала только редкая листва. Небрежность во внешнем виде прохожих только усугубляла общее впечатление. Квартира также оставляла желать лучшего. Она полностью соответствовала снимкам, но мелкий сор на ковролине, пятна на окнах и прочие мелочи казались человеку, никогда не покидавшему уют домашней обстановки, вопиющим безобразием.

«Как меня угораздило оказаться здесь?» - в очередной раз пронеслось в голове Остора, когда он, пройдя пост консьержа, нажал на потёртую кнопку вызова лифта и поглядел на наручные часы. Было почти восемь.

«Ты сам попросил меня об этом», - не заставил себя ждать бессловесный и бессовестный отклик Арьнена.

Наличие такого невидимого собеседника, легко читающего мысли, начинало уже раздражать. Более того, чужой голос и воспринимался как чужой. Отвечать что-либо хотелось уже вслух. Так что становилось очевидно, что со временем Остору предстояло регулярно бубнить себе нечто под нос. Однако пока он сдерживался. И, проигнорировав наглеца, Владыка подошёл к нужной квартире.

Сердце тревожно забилось. Вроде бы проделанный путь должен был унять беспокойство перед обычной беседой, но ему было понятно, что самое важное произойдёт именно сейчас. Поэтому он в задумчивости нервно потёр подбородок. Натыкаясь на усы, Остор аккуратно отклеил волосы с лица и, поглядев в пыльное зеркало на стене, призванное добавить коридору толику уюта, всё же позвонил в дверь.

- Здравствуйте, - заметно тушуясь, открыл Антон и хорьком выскользнул наружу, чтобы гордо прошептать. - Я ещё ничего не говорил жене.

- Добрый вечер. Рад, что вы исполнили мою просьбу.

            Он приветливо улыбнулся, хотя муж Инги вызвал у него мгновенную неприязнь. Возможно, если бы тот не сутулился и не был столь худощав, то создал бы более представительное впечатление. Но с высоты роста Остора, которому Антон был даже ниже плеча, отчётливо становилась видна пролысина в светло-русых волосах. Кроме того, движения мужчины были нервными и неприятно порывистыми… Да. Если бы среди сотрудников Остора был подобный человек, то он всенепременно постарался бы усадить того куда в угол. Подальше. Так, чтобы глаза лишний раз не видели, а дело делалось. Потому что представить, что Антон отнёсся бы пренебрежительно к любому заданию, доверенному начальством, не приходилось. Такие люди происходили из нечестолюбивых отличников, смирно трудящихся и удивлённо не понимающих, отчего у них ничего не получается добиться. У островитянина даже сложилось неловкое ощущение, что он мог раздавить Антона случайно. Как таракана.

- Я вас несколько иначе представлял, правда, - краснея и теребя руки, всё же признался хозяин квартиры. – Наверное, в интернете старые фотографии.

- Пришлось сменить имидж ради поездки. Для всего мира я Андреа Эспозито, - не стал особо разубеждать Остор. – Вы позволите войти?

- Ах, да!

            Антон распахнул дверь и из глубины квартиры послышался звонкий женский голос:

- Неужели всё привезли?

- Нет, это не доставка. У нас гости.

- И кто?

С этим вопросом красноволосая девушка показала в прихожую свой любопытный носик, и жизнерадостная улыбка тут же сползла с её лица. Она обречённо произнесла:

- Владыка Остор.

- Не мог не навестить вас, пока нахожусь в этом городе.

- Да? Это для чего?

Инга скрестила руки на груди, явно не желая продолжать общение. И пусть Остор не решил, как ему предлагать нелегальный перелёт на Остров, а потом ещё и озвучивать сумятицу про уход с Грани, он понимал - это требует более близкого сотрудничества, нежели наблюдение за подъездом из окна квартиры в доме напротив. Следовало смягчить фурию.

- Если вы готовы уделить мне несколько минут наедине, то я готов всё объяснить.

            Девушка нахмурилась, но всё же не отказала:

- Хорошо.

- У вас ведь принято разуваться? – оглядывая прихожую, елейно вопросил Остор.

- Да.

            Ходить босиком по дому для него было непривычно, но он снял обувь. Инга с недовольством смотрела, как он разувается, а потом жестом предложила следовать за ней. К своему удивлению Владыка осознал, что квартира являлась однокомнатной. Для разговора на тет-а-тет следовало куда-либо выгонять Антона.

            Куда его отправить?

Остор осмотрелся по сторонам, но, увидев картину на стене, мгновенно забыл о проблеме. Он застыл как вкопаный и грозно воскликнул:

- А это что?! Как?! Зачем?!

            Злость кипела в нём, но растерянный вид супружеской пары урезонил гнев. Вместе с успокоением пришло и некое понимание.

- Это та самая картина, что Арьнен подарил вам?

- Да, - подтвердила Инга и взволнованно спросила: - А что с ней не так?

- Того, кто изображён на ней, нельзя рисовать. Даже со спины! - сурово произнёс он. - У Судьбы и Времени не должно быть лика. Тот, кто мнит себя их Хозяином, навсегда лишён любого обличия своего «Я».

- Так картину нужно снять и вернуть вам? – чрезмерно радостно отозвался Антон.

Наверное, будь у того в руках бумага и моток шпагата, то он бы тут же принялся за упаковку «шедевра». И Остор, пожалуй, помог бы ему в этом… чтоб как можно скорее сжечь эксклюзивный холст в каком укромном уголочке. Вот только вызывать недовольство Арьнена было ему не с руки.

- Я не отбираю чужие подарки, - холодно ответил он и тут же запнулся на полуслове. - И это здесь?!

            Стоило отвести глаза от картины, как взор уткнулся на расстеленный под вазой кусочек ткани.

Судьба и Время! Это же был его платок!

Нет. Определённо. Инга с каждой минутой нравилась ему всё меньше и меньше… Как она умудрилась выкрасть такое-то?

Пальцы зачесались выхватить собственность и положить во внутренний карман пиджака, но воришка выглядела чрезмерно растерянной и изумлённой. Что-то в его домыслах было не так. Поэтому Остор задумался и пришёл к выводу, что винить следует брата. Наверное, тот решил отомстить таким свинским способом за что-либо.

- Этот платок вам Риэвир дал?

От вопроса девушка стала выглядеть ещё более потерянно. Она наморщила лоб и всем своим видом выражала крайнее беспокойство.

- Зай. Откуда это у тебя? – очень мягко, но требовательно обратился Антон к жене.

- Я думала, что, это салфетка. Что, пока меня не было, её ты или кто из родителей принёс. Давно стоило что-то под вазу постелить, а мне всё не собраться было выбрать что.

- Вы не возражаете, если эту вещь я у вас всё-таки заберу? – тут же спросил Остор.

- Забирайте, - ответил супруг и сам подал платок его владельцу. После чего направился на кухню со словами, что надо приготовить чай. Дверь Антон за собой тактично прикрыл, хотя определённо подслушивал.

- Так зачем вы здесь? – сразу же нахмурив брови, решила выяснить Инга.

- На Острове произошло крайне неприятное событие, - издалека начал Остор.

После этих слов он намеревался сообщить что-либо о Лисичке, но выражение лица собеседницы давало понять, что той далеко всё равно до любых проблем мироздания. И потому ему пришлось сводить тему к чему-то более личному.

- У Риэвира серьёзная травма головы.

- Боже мой, – прошептала девушка, прижимая ладонь ко рту, и перешла на английский. Кажется, теперь ей тоже захотелось избавиться от лишнего слушателя. – Что с ним произошло?

            «Спроси её снова про свой платок», - прозвучал в голове совет Арьнена.

- Сначала ответьте мне, отчего вы не сказали правду про платок? Мне не стоило упоминать имя брата в присутствии вашего мужа?

- Антон достаточно ревнив, чтобы я ответила да, но молчать меня заставило другое. Недавно я получила от Риэвира странное письмо. Он написал, что без какого-то платка на Острове разразится целая война. А тут приезжаете вы, да ещё и указываете на… Я честно думала, что это обычная салфетка! И кто её принёс – не знаю.

- Я вам верю.

- Это из-за неё Риэвир пострадал?

- Нет. Он посчитал себя равным Хозяину Острова.

Остор несмотря на то, что ни одна мышца его лица не дрогнула, ощутил неприятное внутреннее напряжение. Судьба и Время! Ради этой нелепой девицы брат бросил вызов Творцу, а сам он… Отчего он, Остор, опустил руки и не вступился за прекрасную Мэйтэ? Может, Шейтенор был прав, назвав себя трусом? И потому так и искал его общества – такого же трухача.

- Простите. Равным кому? – непонимающе переспросила Инга и, решив, что виной всему неточность собственного перевода, уточнила. – Совет Владык наказал его?

- Нет. Совет здесь не при чём. Я просто попытался использовать устойчивое выражение из своего родного языка, - поддержал предположение Остор, делая вывод, что собеседница так и не знала ничего о тайне островитян.

А затем бессовестно начал «ковать железо, пока горячо». Возможно, убедить девушку посетить Остров, минуя официальные разрешения прочих государств, было проще, чем ему казалось в самом начале.

- С ним произошёл несчастный случай. Проломлен череп и задет мозг. Его состояние очень тяжёлое. Но когда он приходит в сознание, то вспоминает только о вас, Инга.

            Собеседница испуганно округлила глаза, и он сделал короткую паузу, чтобы чувства «жертвы» несколько уляглись. При этом совесть всё-таки осуществила свой болезненный укол, но разум напомнил о том, что ему необходимо как можно скорее вернуться домой. А возвращаться без этой особы Остор ну никак не собирался. Если даже забыть о том, что он намеревался несколько исправить содеянное им вмешательство в жизнь двух людей, то Риэвир считал, что без Инги у Владык не получилось бы разобраться с Лисичкой и пробуждениями Хозяина. Настолько, что пошёл напролом. Подобная вера стоила того, чтобы не оставилять её без внимания.

- И поэтому я сейчас прошу вас осознать, что перед вами не представитель власти, а обычный человек, - продолжил ораторствовать он. – Человек, который совершил ошибку. Вы были правы в своих суждениях. И мне остаётся надеяться, что вы поймёте причину моего приезда и всё же последуете за мной на Остров. Не оставляйте и на своей душе тяготу проявленного пренебрежения.

            «Плохой поступок. Разве можно так издеваться над людьми?» - насмешливо прокомментировал Арьнен.

            «Я делаю это из-за любви», - мысленно возразил Остор.

            «Издеваться, любя. Какая изощрённая форма садизма!» - надавил собеседник, но больше ничего не стал произносить.

- Я понимаю, но, - Инга начала нервно мять руки. – Я не уверена, что могу. Вот так… Это предложение…

- Скажу вам прямо, - позволил себе перебить Остор. – Если бы ко мне не обратился ваш муж, то вряд ли бы, несмотря на всё произошедшее, я бы сейчас стоял перед вами.

- О чём вы?

- Он…

            Договорить не дала открывающаяся дверь. Антон возвращался с кухни. Поднос в его руках чуть подрагивал. Чашки от этого звенели о блюдца, и Остор, боясь, что тот ненароком обольёт его горячим напитком, сделал шаг назад. Инга же в это время не сводила настороженного взгляда с мужа по другой причине. Однако, благоразумно, не стала ничего выяснять на горячую голову.

- Я заварил чёрный. Зелёный у нас только в пакетиках, - признался Антон. – Угощайтесь.

- Спасибо, - поблагодарил Остор и, вежливо улыбаясь, пригубил напиток. Вкус ему показался самым банальным, но он никогда и не был особым ценителем чая. Поэтому посчитал нужным всё же произнести. – Очень вкусно.

- Да. Это мои родители привезли из…

            Рассказ довольного Антона прервал звонок входной двери. Супруги тут же удивлённо переглянулись, а затем на их лицах отразилось понимание.

- Наверное доставка.

- Не слишком ли рано?

- Ну, подойти то надо.

            Владыка отправил бы восвояси любых посетителей, но такие решения следовало оставлять за хозяевами квартиры. Поэтому он тактично поднёс чашку к губам.

- Иди, - меж тем дала своё одобрение Инга и проворчала. - Консьерж у нас в последнее время совсем никакой.

- Нет, консьерж на месте Я видел пожилую женщину при входе, - возразил Остор.

- Речь шла не об отсутствии её на работе. А о том, что она обязанности свои плохо выполняет.

- А, понятно. Меня действительно не спросили о цели визита.

- Зай, тут твои приехали, - послышалось из коридора, одновременно с щелчками замка.

- Простите, - прошептала Инга. После чего недоумение на её лице переросло в хмурость, и она воинственным шагом направилась в прихожую.

- О, как вы нас дружно встречаете! Здравствуй, моя хорошая, - донёсся до Остора хрипловатый, но бодрый женский голос. - А мы с папой вас побеспокоим… Держи, торт.

- А повод-то какой?

- Твоё возвращение я бы вообще всю неделю праздновала, но на самом деле, - женщина перешла на некий заговорщицкий тон, - я вчера у вас любимую серёжку, видимо, обронила. А завтра очень хлопотной день предстоит. Ты же знаешь, что у меня приглашение на открытие выставки. Вот и решили заехать.

- Ясно. У нас, правда, гость сейчас, - пояснила Инга, полагая таким намёком поскорее избавиться от родителей, но не вышло. Её мать довольно то ли усмехнулась, то ли хихикнула и, перед тем как по-хозяйски войти в комнату, вяло поинтересовалась:

- Сергей что ли зашёл? Обувь мужская.

- Нет. К нам, - начал было суетливо объяснять Антон, но нервно закашлялся, и Остор поспешил вмешаться в беседу, благо все действующие лица уже стали ему видимы. Островитянину не хотелось открывать своё происхождение.

- Позвольте представиться. Андреа.

            Одновременно со своими словами он отставил чашку и поднялся с места, чтобы, застыв на мгновение, по-старомодному наклонить голову. Было заметно, что на мать Ингу, флиртующе стрельнувшую глазками, его поступок произвёл впечатление. Эта худощавая женщина, старающаяся несмотря на солидный возраст выглядеть молодо, явно происходила из слоя населения, считающего себя интеллигенцией. Её руки, затянутые в тонкие кружевные перчатки, и аккуратная шляпка, которую она так и не сняла, словно бы возвращали время к ушедшим векам. И подобное вносило яркий контраст с её спутником. Отец Инги на фоне жены казался крестьянским крепышом.

- Очень приятно, - протянула свои слова женщина и добавила. – Я Людмила Анатольевна. А это мой муж. Валерий Сергеевич.

            Остор протянул руку для рукопожатия. Оно вышло крепким. Наверное, несмотря на царящий в семье матриархат, сам по себе Валера был человеком характерным. И было очевидно, что симпатия супруги к иностранцу, ему не пришлась по вкусу. Инга же, словно ощущая тоже самое, постаралась вернуться к основной причине визита.

- Ты уверена, что именно у нас серёжку потеряла, мама?

- Конечно! Я её всё теребила рукой, пока на диване сидела, - Людмила повернулась в сторону Остора и призналась. – Увы! Никак не могу избавиться от столь дурной привычки.

- Иногда важно иметь хоть какой-то недостаток, - он мягко приподнял уголки губ, и в ответ ему досталась обаятельная улыбка да настороженные взоры трёх пар глаз.

- Инга, пусть Валера с Антоном поищут мою пропажу. А ты со мной давай. Пока я ещё чашки собираю, нарезай торт… Хорошо, что я его купила. У вас гостя и угощать нечем.

- Мама! - тихо шикнула Инга, но не посмела произнести ничего большего. Очевидно боялась, что последовал бы ещё какой неприятный комментарий.

            Так что Остор снова присел. Несмотря на то, что наживку девушка легко проглотила, обстоятельства уже не могли вернуть их к прежней беседе. За лучшее стало бы уйти прочь, предварительно оговорив время завтрашней встречи. Но он не мог себе этого позволить, не приведя в исполнение «план Б». Так что, деланно наблюдая за поисками, Владыка, словно взаправдашний шпион, исхитрился добавить в одну из уже стоящих кружек, наполненных чаем, порошок. Это был препарат с действием, кардинально обратным снотворному. Достаточно простое средство, не давшее бы Инге полноценно выспаться. Ему хотелось быть уверенным, чтобы на завтра та не забыла бы Риэвира. Уж если память лишала воспоминаний и о самых близких людях, то следовало подстраховаться.

            Красноватые гранулы, идеально маскируемые чёрным чаем, растворились быстро, не издав никакого звука. Не было даже ожидаемого шипения. Они упали на дно и лопнули, словно крошечные пузырьки.

- Я нашёл! – воскликнул Антон, улыбаясь во весь рот, и гордо показал свою «добычу». Ей оказалась маленькая серёжка с крупной жемчужиной в окружении прозрачных камней. Наверное, бриллиантов.

- Да?! – тут же появилась с кухни Людмила. Она поставила чашки, которые собиралась разместить на столе, на тумбочку и поспешила заключить зятя в объятия. Почти сразу и Инга внесла нарезанный торт.

- Позвольте помочь, - мягко произнёс Остор, молниеносно поднимаясь, чтобы «проявляя вежливость» взять у девушки поднос с десертом.

            Инга возражать не стала и плюхнулась на диван. Судя по скрещенным на груди рукам, она была рассержена. Так что чашку с чаем, поданную ей, девушка приняла совсем машинально. И так же машинально сделала глоток, не ощущая вкуса. Только тогда Остор почувствовал, как резво застучало его сердце. Принесённый адреналин даже сдавил горло.

            «Это было верное решение», - благодушно соизволил сообщить Арьнен, и его компаньон едва не высказал, так и желавшие вырваться наружу нецензурные слова.

День шестнадцатый. Почти полночь по местному времени

 

- Может, всё-таки поговорим? – предложил Антон, когда она наконец-то прекратила намывать посуду, а после и закончила протирать пыль по всей квартире. Недовольную позу он так и не сменил. Стоял, облокачиваясь на стену.

- Хорошо, - смирилась Инга и встала напротив него. – О чём говорить будем?

- Что этот Остор тебе сказал?

- Ничего не успел... А то ты не видел, что родители примчались за своим имуществом? Бесят! Как будто у мамы других украшений нет. Обязательно на ночь глядя именно эта серёжка понадобилась.

- Нет, вы о чём-то начали беседу. И я видел, какое у тебя было лицо.

- Самое обычное лицо, - пожала она плечами и вымученно улыбнулась. – Я серьёзно. Вот завтра он зайдёт, и выясню всё. Там и перескажу.

- Ты специально сказала ему прийти в то время, когда я обычно ухожу на тренировку?

- Господи! Да что на тебя нашло?!

- Стоило ему войти в нашу квартиру, как я услышал имя некоего Реефира с десяток раз.

- Ты подслушивал что ли? – Инга недовольно нахмурила брови. Поправлять имя молодого островитянина она намеренно не стала. Ни к чему показывать своё знакомство с тем.

- У нас не такая звукоизоляция, чтобы вообще ничего не слышать.

- Прекрати бред выдумывать, - уверенно и жёстко произнесла девушка перед тем, как пойти в «нападение». – И если уж такая слышимость, то ответь. Почему Владыка Остор сказал, что его бы здесь не было, если б не ты?

            Теперь Антон и сам сник. Было видно, как крепко он сцепил пальцы.

Некое подозрение тут же гневной волной разлилось по её телу.

- Что он имел ввиду? – потребовала она.

- Короче, никуда я завтра не пойду. Останусь с тобой дома. И мы все вместе на эту тему поговорим! - решил Антон.

Судя по тону голоса, на этот раз с мужем не стоило спорить. Поэтому Инга согласно кивнула головой, недовольно поджимая губы, но спустя минуту всё же не удержатлась от попытки узнать хоть что-то.

- Это как-то связано с твоей одержимостью меня обследовать?

- Зай. Всё завтра, - продолжил настаивать Антон.

- Всего один единственный вопрос. Скажи мне. Да? Или нет?

            Наверное, со стороны она выглядела жутко. Девушка прямо-таки ощущала, исходящую от неё угрозу. Глаза должны были сверкать как у тигрицы.

И муж сдался.

- Да.

- Мало тебе, что я сегодня на твоё МРТ головы сходила?! – выкрикнула Инга во след супругу, старающемуся укрыться в ванной.

Её охватила жуткая ярость. Она начала дёргать дверь за ручку, но Антон успел запереться и на её крики ничего не отвечал. Поэтому оскорблённая девушка сняла с ноги тапок и швырнула в дверь в ванной. А затем села на пол и посмотрела на картину. На удивление, ей стало спокойнее на душе. Настолько, что сгонять мужа с их совместной постели она так и не стала, хотя сразу же отвернулась в сторону… А затем в другую… И ещё… А потом и ушла на кухню.

- Ты чего, зай? – подошёл к ней заспанный Антон и осторожно дотронулся до плечей кончиками мягких тёплых пальцев. – Прости меня, дурака. Я ведь и правда только как лучше хотел.

- Иди спать.

- А ты? – он обошёл жену так, чтобы посмотреть в её заплаканные глаза.

- А я не хочу, - ровно ответила Инга, сбрасывая с себя его ладонь.

            Наверное, виной всему были тяжёлые думы. О совместной жизни, о беде с Риэвиром, о визите Остора, о мании мужа её излечить.

Ей не хотелось спать. И всё тут.

 

День шестнадцатый. В тоже самое время

 

            Пожалуй, редко можно встретить человека, которому за свою жизнь ни разу не доводилось ломать себе какую-либо кость. Обычно детское безрассудство и юношеский энтузиазм становились печальным жизненным опытом на этом поприще. Но Риэвира подобная судьба обошла стороной, несмотря на все его шалости и выходки. Наверное, потому сейчас хулиганистый рок и отрывался на нём по полной.

- Чтоб тебя! – тихо взвыл молодой островитянин, осторожно возвращаясь к лежачему положению.

Секундой ранее он, завидев врача, постарался сесть, но слишком резко для нынешнего состояния. И затылок, который нещадно болел не переставая, словно бы пронзила новая неуклюжая боль.

- Лежите, Владыка, - мягко произнёс светило медицины Острова и даже заботливо поправил вокруг пациента тонкое одеяло.

- Я не хочу лежать, – тут же запротестовал Риэвир. Каждое слово отзывалось в голове стуком в такт. – Мне надо в Поднебесье…

- Как ваш лечащий врач, могу заявить, что туда вы отправитесь ой как не скоро.

- Да ну? – прекращая нытьё, вдруг спокойно спросил молодой островитянин и сосредоточил взгляд на переносице собеседника.

- Почему вы так на меня смотрите?

- Запоминаю, чьё лицо я разобью, когда нечто пойдёт не так!

            После сказанного, Риэвир всё-таки собрался с духом и сел на кровати. Нога, гипс на которой застыл камнем, тут же застонала, как если бы до этого кровь в ней не бежала по венам.

- Нечто пойдёт не так, когда из-за несоблюдения режима проявятся такие последствия, как угасание ясности мышления, - не принял угрозы врач, машинально поправляя очки. – У нас уже трое Владык крайне преклонного возраста. Если и вы ещё станете калекой, то из девяти заботиться об Острове сможет лишь половина.

- Если у меня такие последствия проявятся, то можете сразу снести мне голову и искать кого нового, - проворчал Риэвир. Правда, уже без особого энтузиазма. – Можно хотя бы ко мне Владыку Остора позвать? Или хозяина гостиницы Арьнена? Я медсестру уже трижды просил, чтобы за ними отправили.

- Да-да. Я знаю, - тихо ответил Луизор и так уставился на писульки в своих руках, что молодому островитянину стало ясно, что дело здесь явно нечисто.

- Мой брат в курсе того, что со мной? – отчего-то похолодел он.

- Ему известно. А сейчас мне надо осмотреть вас.

            Врач резким движением поправил штору, тем самым не давая заходящему солнцу и дальше проникать внутрь палаты, включил дополнительное освещение, а затем приблизился и наклонился. Риэвир же, не теряя времени, резко выбросил ладонь вперёд и, ухватив Луизора за ворот халата, притянул к себе. Бумаги разлетелись по полу. В глазах доктора засверкал страх.

- А ну живо приведи ко мне кого-нибудь! - прошипел он, но тут дверь раскрылась, и добродушная улыбка мгновенно озарила его лицо. Пальцы разжались сами собой. – О, Макейр!

- Я тоже рад тебя видеть, парень.

- Он не готов к посетителям! - пискнул Луизор, оправляя свою одежду, но пожилой Владыка самоуверенно пододвинул к постели стул и уселся, заявляя:

- Меня примет.        

- Как скажете. Но у вас не более получаса! - доктор недовольно вновь поправил халат, с которого оторвалась верхняя пуговичка, собрал бумаги и вышел из палаты, гордо задрав нос. Макейр и Риэвир тут же понимающе переглянулись и тихо усмехнулись.

- Ну и навёл ты шороха, - наконец сказал друг.

- Может хоть ты расскажешь, как я здесь очутился? – стараясь не подавать вида, насколько ему плохо, спросил Риэвир. – Персонал медицинский у нас вежливый, но уж крайне молчаливый.

- Тебя основательно ударили по голове, но Остор с Намором смогли тебя найти и вынести из Поднебесья. Их встречали на Лиловом уже во мраке. Ты буквально прошёл через пропасть по шёлковой нити… Акробат!

- Прости, - после краткого молчания, сказал парень. – Мне никак не стоило так тебя перед Шейтенором подставлять, но я…

- Что ты?

- Просто чувствовал, что обязан был сделать то, что сделал.

- И как ощущения после содеянного? – усмехнулся Макейр, хитро прищуривая глаза. Однако его сарказм не достиг цели.

- Чувствую, что почти понял. Не знаю, как и объяснить. Как будто бы уже знаю, что произошло и как с этим можно бороться. Но это знание неосознанное. Ещё чуть-чуть. Совсем немного, и у меня получится выразить его словами.

- Тогда постарайся сделать это как можно скорее. Если бы утром Мэйтэ не ушла служить Храму, то Шейтенор бы сейчас с тебя живьём кожу сдирал, а не топил горе в настойках.

- Ого, паршиво, - выдохнул Риэвир и всё же покончил с героическим сидением, снова ложась.

Ему очень захотелось прикрыть глаза и остаться одному. Теперь было понятно, почему брат не пришёл.

- Вот такие поганые дела, - грустно подтвердил Макейр. – Так что в этот месяц за дежурства и безопасность я отвечать стану. И как руководство требую, чтобы без моего дозволения ноги твоей на тропе не было!

- Но мне нужно в Поднебесье! – очнулся от своих дум Риэвир.

- Не получится. И, если хочешь, могу объяснить почему, – друг, неприятно меняясь в лице, пристально посмотрел на него.

- Я быстро поправлюсь.

- Не в этом дело.

- А в чём тогда?

- Себя и Вельира я сразу в расчёт не беру – у нас на этот месяц иные обязанности. Про Шейтенора тоже говорить не приходится. Антрейр и Олвенор давно отошли от политики. Крейвиру она никогда и не была интересна, а Демидор… Ну, сам прекрасно знаешь, почему Остор его старается в стороне держать, несмотря на всю активность. Правильные мысли к нему обычно задним числом приходят. А кого-то не из Владык люди большого мира просто-напросто не станут воспринимать всерьёз. Поэтому выбор небогатый. Либо Остор возвращается к своей работе, либо ты его замещаешь.

- Это почему я?! – возмутился Риэвир, хотя мысли его были заняты больше другим обстоятельством.

- Потому что молодой и перспективный. Пусть и больной на голову, - усмехнулся Макейр, и парень хмуро буркнул:

- Иди-ка ты.

- Тогда, может, подскажешь, где твой брат?

- Я его ещё не видел, но, полагаю, что он в подвале дома сидит. Там у отца раньше кабинет был. Остор туда обычно не заходит и никому другому тоже не разрешает. Но когда у него серьёзные неприятности, то…

- Ясно. Тогда загляну к вам и приведу его в чувство.

            Кажется, Макейр посчитал, что выполнил все свои намерения, ибо суетливо заёрзал на стуле. Но Риэвир, которому было ещё что сказать, постарался донести до друга и свои тяготы.

- Мне довелось увидеть Грань…

- Да уж, - перебил пожилой Владыка. – Ребята без конца трещат о ней. Ты про эту грань долго бредил.

- Это не бред. Это некое почти существующее место. И пока я бездеятельно лежал здесь, кажется наконец-то понял, что оно такое, - Риэвир снова приподнялся. На этот раз сесть у него получилось значительно легче. – Вчера, до того как я очнулся, воды поглотили восьмерых. Верно?

- Я за такой статистикой не слежу, - поморщился Макейр.

- Узнай у Кейтэ. Если это так, и один из них Мунвир, то мои предположения верны.

- Мунвир? – на лице островитянина появилось озадаченное выражение. – Слуги Хозяина действительно утащили его. Намор говорил, что Остор сокрушался, что так и не смог снести ему голову.

- Выходит, всё верно, - непроизвольно парень улыбнулся, хотя радости знание ему никакой не принесло. – Грань – это то место, куда воды Острова уносят свои жертвы.

- Если это так, то тебя бы здесь не было, - заметил Макейр, наставительно приподнимая корявый указательный палец.

- Потому что оттуда можно вернуться. Сам я не знаю, что для этого надо, но мне точно известен тот, кто может об этом рассказать. И надо бы найти его как можно скорее.

- Найти?

- Найти, - подтвердил парень с хорошо слышимым упрямством в голосе. – В составе последней исследовательской группы был человек по имени Александр Мирный. И он где-то на Острове. И даже не где-то. Я уверен, что он скрывается в Поднебесье.

- Столько ночей он бы там не прожил.

- Все небесные острова необходимо прочесать… Макейр! Пожалуйста, не вынуждай меня умолять тебя!

            «Не вынуждай меня умолять тебя помочь спасти Ингу!» - прозвучало целиком у него в голове. Но такого произносить вслух было никак нельзя.

- Хочешь сказать, что у нас появился неплохой шанс избавиться от слуг Хозяина раз и навсегда? – напрямик спросил друг.

- Полагаю, что да.

            Пожилой Владыка поднялся со стула, вложил руки в карманы брюк и задумчиво уставился в одну точку. Того явно одолевали сомнения, но Риэвир радовался и этому. Категоричного отказа не прозвучало. Так что можно было надеяться.

            «Помоги мне. В последний раз», - мысленно попробовал умолять он.

- Лады, - наконец решил Макейр. – Озвучу это как подготовку или экзамен на доскональное знание всей местности. Надо же пользоваться новым положением главы отряда?

 

Небольшое отступление. Вне времени и пространства

 

            Собственные руки никак на себя не походили. У них был другой цвет кожи, да и форма. Поэтому Остор, едва успевший удивиться, вдруг решил, что он просто-напросто спит. В конце концов, он ведь действительно прилёг отдохнуть. Но, видимо, это было не совсем верно. Во всяком случае, слова, произнесённые знакомым, пусть и измученным голосом, привели к иному предположению.

- А, решил, что хочешь понаблюдать за Реальностью? - усмехнулся Арьнен.

- Реальностью? – переспросил Остор и понял, что никаких звуков он так и не издал. Ему тут же стало страшно.

- Мне не нравится ощущать страх. Тем более чужой. Так что, если не можешь уйти сам, то веди себя прилично. Скоро мы вернёмся.

            После сказанного правая рука подняла с тарелки яблоко, и зубы надкусили его. Фрукт, не иначе, ожидал своего часа давно, потому что его кожица сморщилась, а мякоть оказалась похожей на вату. Ощущения («тем более чужие», как выразился хозяин тела) Остору не понравились.

- Да-да. Хорошо бы чего-нибудь попитательнее. Но либо так, либо окончательно возвращаться в Реальность и начинать жить ею, - старательно обгладывая яблочко, проговорил псевдо-хозяин гостиницы.

Пальцы его при этом слегка подрагивали. Все мышцы затекли и плохо работали. А тут ещё и пришлось вставать. Кто-то настойчиво заколотил в дверь.

- Я не буду тратить силы на то, чтобы вышвыривать тебя из себя. Но не вздумай высовываться, – тихо предупредил Арьнен, разгребая на столе грязные тарелки и отыскивая под ними меч. Мухи при этом взвились в воздух и противно зажужжали.

Затем руки отодвинули задвижку. Даже такие элементарные движения отозвались болью. Желудок, который давно не принимал пищи, скручивало. Начинало подташнивать.

            За порогом жилища, расположенного в каком-то жарком городе, стоял надменный беловолосый старик с мутноватыми бирюзовыми глазами. Полы его светлых одежд были грязны и местами порваны. Их трепал сухой пыльный ветер. Пальцы на ногах, обутых в разваливающиеся сандалии, выглядели корявыми. Ногти на них пожелтели, а кожу покрывали кровавые мозоли.

- Чего тебе? – буркнул Арьнен.

- Ты плохо выглядишь, Странник, - не постеснялся выдать презрительную ухмылку старик. Такую, как будто являлся переодетым шахом этой страны. – А я-то думал нанять тебя в своих поисках.

- Мой путь не связан с богами. Тем более с потерявшими собственное могущество.

            Неприятный визитёр засопел носом, но выдавил из себя жалкую улыбку. Видимо, ссориться ему было не с руки. И вскоре стало ясно почему.

- Слухи донесли до меня, что тебе встречался мой аватар. Старость мне ни к лицу, как и смерть. Так что он мне нужен. Настолько, что я готов заплатить дорогую цену и рассказать секреты, которые будут полезны даже для такого существа как ты.

- Да. Ты можешь меня заинтересовать, - спокойно ответил Арьнен, оценив собеседника.

- Как и ни ты справиться. Я чую все изломы пространства вокруг тебя. Ты вкусил мой мир. Фантазию, созданную моими силами.

- Этот мир уже не твой, и гордись этим. Ты играл в Творца и смог создать нечто действительно стоящее. Нечто, способное превзойти создателя, как ребёнок своего родителя. Нечто, умеющее творить согласно собственной воле и по своему разумению. Так что я не стану помогать тебе, бог.

- Это глупый выбор! Мне виделось, что разрушитель мирозданий кто-то поумнее.

- Именно из-за умения разрушать, я и ценю созидание. Но, да. Ты не таков. Благодаря собственному любопытству мне довелось увидеть, как ты безжалостно разобрал свой мир, разъединил все нити полотна до пылинок, жадно впитывая в себя крохи вложенного могущества. В этом не было ни сострадания. Ни любви. Этим ты создал пустоту. Так и властвуй над этим свои ничем!

- А-а-а! Я чувствовал, что там кто-то был! Значит, это ты вытащил мой аватар и спрятал его?! – гневно воскликнул старик, брызжа слюной. Ладони его непроизвольно сжались в сухонькие кулачки.

- Он это сделал сам. Правила остались соблюдены. Я лишь не отказал ему в помощи так, как отказываю сейчас тебе, Спящий Бог!

- Будь ты проклят, Странник!

            Арьнен заливисто рассмеялся и закрыл дверь. Он явно ощущал подъём духа, как если бы ссора придала ему смысл и желание жить. Но при этом пространство вокруг сковало и некое усталое напряжение.

- Кто ты такой, что можешь спорить с богами? – осторожно спросил Остор, ощущая, как мышцы лица исказила лёгкая, скорее печальная улыбка. Подобная мимика никак не соответствовала его собственному внутреннему настрою.

- Надо же! Вроде ничего плохого не делаю, а всё равно тебя пугаю.

- Я могу предположить, что ты можешь сделать!

- Всякое бывает. Но того, чего не бывает, ещё больше. И я за свою жизнь мало кого действительно обидел.

- Ну, да, конечно! – не поверил Остор. – Так уж и мало кто тобой недоволен? И этот старик-бог тоже зря негодовал?

- Само собой! Я действовал с самыми благостными намерениями. Желая ему счастья и развития положительных личных качеств… В следующей жизни. Этой ему мало осталось.  

 

День семнадцатый. Половина десятого утра по местному времени

 

- Владыка Остор, как хорошо, что вы дали о себе знать!

В сонном голосе Кейтэ прозвучала такая неподдельная радость, что ему стало совестно. Однако дела были важнее терзаний его души. А потому он выслушал отчёт об актуальных событиях, дал пару кратких указаний, но вникать в суть более сложных обстоятельств так и не стал. Его секретаря это явно не устраивало, но он самым безобразным образом скинул звонок. Перезвонить ему она сама не могла.

После Остор взглянул на наручные часы и сделал вывод, что либо курьер окажется крайне пунктуальным, либо пользоваться его услугами уже никто не станет. Никогда. В таких серьёзных делах халатность не подразумевалась.

Домофон всё-таки засигналил.

- Да? – поднял он трубку.

- Вы заказывали пиццу.

- Восьмой этаж, сто сорок седьмая квартира.

            Номер жилья был намеренно сказан иным. Фраза служила паролем, дающим понять, что заказ ещё актуален. Так что вскоре у двери появился невысокий лопоухий паренёк с заметными веснушками. Его простоватое лицо никак не могло выразить хоть сколько-нибудь серьёзную эмоцию. Поэтому тот слегка улыбался, продолжая жевать жвачку. В глазах тоже светилось веселье, но Остор, благодаря обильной дипломатической практике, раскусил наигранность.

- Три пиццы по акции. Всего девятьсот девяносто девять рублей, - заученно проговорил паренёк. – Наличными или картой?

- Картой.

            Владыка расплатился. Курьер тут же раскрыл свою термо-сумку и вытащил три коробки с логотипом сетевого итальянского ресторанчика. На них он положил чек и, пожелав приятного аппетита, ушёл. Остор взял свою ношу и отнёс на кухню. Под второй пиццей лежал запечатанный пакет с нелегальным содержимым. Там оказались поддельные документы на него самого, Ингу и её мужа. Причём удостоверения были заказаны наилучшего качества. Пожалуй, о подобном не могла мечтать даже самая совершенная система защиты свидетелей. У каждой новой личности имелась своя тщательно продуманная история.

            Может и не стоило настолько перестраховываться, но Остор впервые (и, как он надеялся, в самый последний раз) лично участвовал в подобной авантюре. А самим собой рисковать не хотелось.

            Затем, перекусив, он переложил фальшифки в портфель. Прочее содержимое не понадобилось бы ему для беседы с молодой учёной, но доставать документы из внутреннего кармана пиджака показалось ему пошлостью. Поэтому он взял сумку и отправился в «гости к соседке».

            К его удивлению, Антон вновь оказался дома. Остору думалось, что Инга намеренно выбрала время и место, дабы их разговор состоялся без свидетелей, однако, видимо, ему довелось ошибиться.

- Здравствуйте, - вновь поприветствовал он хозяев квартиры, прямо-таки физически ощущая некое недосказанное напряжение. Оба супруга выглядели подавленными, хмурыми и вялыми. – Прошу прощения, что вынужден вновь беспокоить вас, но вчера обстоятельства воспрепятствовали своевременному завершению моих дел.

- Проходите, - пригласила Инга. – Может, чай или кофе?

- Кофе, пожалуйста. Обычно я предпочитаю чай, но не сегодня. По моим внутренним часам ещё очень рано, - постарался он личным замечанием внести в атмосферу более дружелюбный оттенок.

            Старания пропали втуне.

- Я хотел бы присутствовать при вашем разговоре с моей женой, - едва девушка скрылась на кухне, потребовал Антон. Кажется, он перестал испытывать перед гостем прежний трепет. – Всё-таки мы с ней одна семья. И тайн между собой не имеем.

- Это в наших общих интересах. Мне не придётся повторять дважды одно и тоже, - уверенно солгал Остор, довольно улыбаясь, вопреки собственному разочарованию. Теперь он не мог давить Инге на эмоции, и единственным козырем осталась амнезия, в которую учёная не верила.

Имел ли Антон в этом семействе достаточный авторитет, чтобы настоять на путешествии?

… У него имелись обоснованные сомнения, что этот человек вообще был морально готов к столь решительному шагу, который он намеревался предложить. Но другого пути не было. И, если честно, Остор очень хотел, чтобы этот мужчина, явно хороший семьянин, отправился с ними на Остров. Владыка считал, что брату было бы полезно понять, во что он вмешивался. Легко ухаживать за понравившейся девушкой, когда все препятствия где-то там, да и проблемы достаются на её долю. Пусть бы увидел во всех подробностях, от чего он пробовал его предостеречь.

- Пожалуйста, - протянула Инга чашку.

            Он посмотрел на неё. Глаза у неё были красными, опухшими и усталыми. Если бы не знать, что та не должна была спать всю ночь, то можно было бы предположить, что виной такому облику послужили горькие слёзы.

- Спасибо, - Остор сделал глоток чрезмерно горячего напитка и продолжил. – Итак, пора перейти к основной цели моего визита. Я предлагаю вашей семье исключительную возможность отправиться на Остров.

- Недели не прошло, как я оттуда, - не удержалась от фырканья Инга. – Не уж то на то действительно есть какая важная горемычная причина или моя бесценная вторая половинка просто-напросто готова пойти на любую подлость, чтобы самоутвердиться?

- Милая, - попытался вклиниться Антон, но жена его перебила.

- Нет уж! Помолчи. Что он там вам наплёл, Владыка Остор? Что обследования показали некую ошибку ваших врачей? И что это разнесётся по всем социальным сетям, разрушая репутацию Острова? Из-за чего вы приехали с другого конца мира уговаривать меня лечиться?... Уж простите за мой язвительный тон, но происходящее переходит все границы!

- Простите, - побледнел Антон. – Я ей всё рассказал.

- Инга. Если у вас есть сомнения по правдивости, сказанного мною вчера, то вы ошибаетесь в том, какой я человек. Некоторыми вещами не развлекаются, - Остор постарался придать своему взгляду наиболее осуждающее выражение. – И если в моих действиях и есть корысть, то только в том, что мой приезд связан с тем, чтобы помочь не столько вам и вашему мужу, сколько самому себе. Чтобы вы ни думали, у меня есть совесть.

            От смущения Инга покраснела, и это показалось ему хорошим знаком. Поэтому он продолжил, отодвигая от себя чашку с кофе:

- Принимать моё предложение или нет предстоит вам обоим. Ваш муж верно заметил, что такие решения должна принимать вся семья. Так что в районе часа дня я позвоню вам, чтобы узнать согласитесь вы или нет.

- У нас же визы все аннулировали. Как? – захотел прояснить Антон наиболее тревожащий его момент.

- Что у нас с визами?!

- Согласие потребует от вас смелости, - проигнорировал грозный вопрос Инги Остор и встал, намереваясь уйти.

- Погодите, - ошарашено залепетал мужчина. – И это всё, ради чего вы пришли? Всё, что хотели сказать?

- Нет, но этого достаточно. Я не намерен участвовать в семейных скандалах. В конце концов, зачем мне заниматься уговорами, если вы и сами заинтересованы в моём предложении?

            «И что будешь делать, когда они откажутся?» - скептически поинтересовался голос Арьнена.

            «Гостиница без присмотра не придёт в упадок?» - язвительно намекнул Остор, вынужденно замирая на месте. Вести мысленную беседу и одновременно действовать было ему затруднительно.

«Не переживай».

«А то, что некий бог в лохмотьях хочет какого-то возмездия?».

            «Я не настолько сосредоточен на одном времени и месте, чтобы не наблюдать за остальными. Это мешает выбору нужного будущего», - хмыкнул собеседник.

            «И часто получается выбирать верное будущее?».

            «Порою. Тебя я уже задержал».

Владыка не стал отвечать, намереваясь воспользоваться возникшей паузой, чтобы всё-таки уйти. Однако он не успел даже выйти из комнаты.

- Остров зовёт меня, - отрешённо произнесла Инга шёпотом, глядя на картину Арьнена. – И мне от этого страшно.

- Многое неизведанное кажется пугающим только потому, что неизвестно. Я тоже боялся принимать путь Владыки. Мне казалось, что если это и должно произойти, то никак не со мной, - отчего-то сознался он.

- Существует пословица. Кажется китайская? В ней говорится, что, есть такая связь на свете, что не важно сколько раз она разрывается. Вы все равно встретитесь.

            Глаза Инги словно бы заволокла дымка. Ему не раз доводилось видеть нечто подобное среди тех, до кого дотянулся Храм. Но этот знак на стоящей перед ним девушке из большого мира был слишком слаб. Она как будто только подносила пальцы к воде. Почти дотрагивалась до глади. Но не до конца. Рябь так и не возникала.

- Возможно, иногда людей сближает сама Судьба.

- Нет, я о другом. Иногда важно научиться отпускать. Словно ветер. Иначе жизнь может превратиться в замкнутый круг.

- Надо было мне не слушать вас, а всё же обратиться в Stellimber Incorporated! - тут же заявил Антон и посмотрел на Остора обвиняющим взглядом. – Что вы там с ней сотворили?

            Раздалась мелодия. Кто-то звонил в дверь, и островитянин обрадовался, что ему не понадобилось отвечать на заданный вопрос. Стало понятно, что его игра ва-банк не удалась. Теперь следовало оперативно решать, что же делать дальше. Начать уговоры? Устроить похищение?

…Или отправиться восвояси, считая, что было сделано всё возможное?

- У вас снова гости, - кривя губы в печальной усмешке, подметил Остор.

            Фраза вывела Ингу из раздумий, и она улыбнулась, тоже воспринимая ситуацию за некую шутку. Хмурый лоб Антона тут же разгладился, и он, виновато прося прощение, поспешил узнавать, кого же там принесло. Но вернулся быстро.

- Зай… Инга, там те же двое, что тебя с аэропорта увезли. Поговорить хотят.

            «Если их двое, то почему бы им не поговорить друг с другом?» - задумчиво протянул Арьнен, вызывая у Владыки Острова несвоевременную широкую улыбку.

- Они решили меня так об увольнении уведомить что ли?

- Не знаю. Но, думаю, дверь лучше тебе самой открыть.

- Хорошо.

            Раздался повторный звонок, и Инга поспешила в прихожую. Антон с Остором, не сговариваясь, последовали за ней.

- Здравствуйте, Инга Валерьевна.

- Здравствуйте. Олег Юрьевич что? Какие-либо анализы не сделал?

- Он считает необходимым повторить некоторые обследования, - произнёс один из «дуболомов».

Девушка тут же уставилась на мужа с таким злым выражением на лице, что даже Владыке Острова стало не по себе. Однако Антон только отрицательно покачал головой. В Stellimber Incorporated он ещё не обращался. Происходило только очередное путанное стечение обстоятельств, свидетелем которого Остору предстояло стать… А ведь если бы он не задержался из-за мысленной беседы с Арьненом, то запросто разминулся бы с этими посетителями.

- Тогда только в моё рабочее время. Сегодня у меня выходной, и контракт такие жертвы не предусматривает, - нагло возразила Инга. – Вы и так сорвали праздник по случаю моего возвращения, а сегодня у нас в доме особый гость, которого мы редко видим.

- Вам придётся поехать с нами, - холодно заявил второй и уверенно положил свою массивную руку девушке на плечо.

            Антон испуганно посмотрел на Остора. Кажется, ситуация определённо была нетипичной для этого не очень-то уверенного в себе человека. Тот не знал, что делать. То ли кричать и возмущаться, то ли… Но на любое действие надо было прежде всего решиться. Так что островитянин вздохнул и грозно сделал шаг вперёд, хотя ему-то было ох как хорошо известно, на что могла пойти Stellimber Incorporated!

- Вы её арестовываете что ли? На каком основании из дома уводить собираетесь?

- Мы из службы внутренней безопасности корпорации, сотрудником которой Ильина Инга Валерьевна является, - показывая корочки, снова взял на себя «переговоры» первый. Видимо, он был куда как дипломатичнее напарника. – Дело совсем не в обследованиях. Нам просто хотелось смягчить то, что с её компьютера идёт утечка информации. Поэтому мы вынуждены действовать так. Без предупреждения обязаны забрать рабочие материалы и отвести сотрудника к начальству для беседы на эту тему.

            Пожалуй, если бы не присутствие Остора, то Антон и Инга приняли бы объяснение. Девушка определённо покинула бы свой дом и… не факт, что вернулась бы. Интуиция политика вопила о том, что сейчас прозвучала откровенная ложь. Эти громилы действительно действовали по приказу, но его истинной причины не озвучили. Однако, какой ни была подоплёка, Инга ему была нужна самому. Там. На Острове. И как можно скорее! Утренняя беседа с Кейтэ заставляла ускоряться с «командировкой».

- Служебные вещи вы имеете право забрать, но уводить куда-либо человека без его согласия? Я не знал, что служба внутренней безопасности, хоть и крупной фирмы, приравнивается к неким государственным правоохранительным органам.

- Что вы хотите сказать?

- Что у вас нет на то полномочий, - напрямую заявил он и обратился к перепуганной девушке. – Инга, вы же по-прежнему не желаете ехать неизвестно куда в полном одиночестве?

- Не желаю, - нерешительно подтвердила та, но сразу же более уверенным голосом пояснила. – Станислав Александрович уже разговаривал со мной, и всё было хорошо. Ноутбук же мне выдали только на днях, и я ещё ни разу не была на работе после его получения. Так что подозрения явно ложные. Но, если хотите, то ноутбук я вам отдам.

            Она развернулась, намереваясь пойти в комнату за техникой, и даже сделала несколько шагов вперёд, прежде чем остановилась из-за мужа. Тот округлил глаза и шумно втянул в себя воздух, как если бы вдруг утратил возможность нормально дышать. Смотрел он при этом исключительно на вход в квартиру. Из-за этого Инга обернулась и увидела, что «гости» самовольно зашли внутрь, плотно прикрывая за собой дверь. При этом один их них направил в её сторону дуло пистолета, похожего на шприцевой. Поэтому она взвизгнула и прижалась к стене, замирая.

Остор видел Ингу только периферийным зрением. Едва он понял задумку сотрудников корпорации, как мгновенно собрался. Оружие было ему известно. Оно стреляло инъекциями, и вряд ли внутри находилась порция витаминного коктейля!

            Так что, не теряя ни секунды, островитянин резко бросился вперёд, нанося по руке противника жёсткий сильный удар. От этого траектория дротика изменилась. Игла вонзилась в стену возле самого уха Антона. Однако наблюдать за тем, как побелевший хозяин квартиры присел на корточки, зажимая голову руками, времени не было. Остор, не испытывая и тени сомнений, впечатал свой кулак в низ живота стрелка и, жалея, что при нём не было никакого оружия, обернулся ко второму противнику. На удачу, в прихожей было тесно. А потому, стараясь обойти своего партнёра, чтобы сделать выстрел, тот упустил хороший момент для рукопашной атаки. В результате ему тоже пришлось не сладко. И Владыка, вырвав пистолет, без тени сомнений ударил одного из бойцов рукоятью по затылку. Второму же, решившему оказать сопротивление, достался дротик.

            Громила тут же побледнел. Вряд ли инъекция так быстро действовала. Скорее, он знал, что ему грозило. Но осмелевшей Инге этого было мало. Она буквально-таки подлетела, отпихивая Остора, и обрушила мужчине на лоб огромную колбу-вазу. Стекло разбилось в дребезги. Осколки разлетелись во все стороны, но сотрудник безопасности в отличие от своего коллеги сознания не потерял. Поэтому островитянин, молниеносно заламывая ему руку, начал свой допрос:

- Зачем вы за ней приехали?

- Отвали, гад! И дай мне сделать антидот, не то останешься на квартире с трупом!

            Пожалуй, для обычного жителя большого мира угроза действительно выходила значимой. Объясняться с полицией, особенно коррумпированной, было ничуть не лучше, чем прямо сейчас повязать самому себе петельку на шею, да встать на высокий стул. Но внутреннее равновесие Остора подобное никак не затронуло.

- И каким же ядом нас порадовать решили?

- Острой сердечной недостаточностью, - хмуря брови, ответила Инга. К его удивлению, она стояла рядом и внимательно рассматривала оружие оставшегося без сознания громилы.

- Вы уверены?

Девушка подтвердила:

- Да. Я знаю эту маркировку на капсулах. Одно время именно с таким материалом работала. У меня по нему хорошее исследование вышло.

- Удобно для организации несчастного случая, - фыркнул островитянин, уже безо всякого сочувствия наблюдая, как на лбу его заложника выступил липкий пот. – Так зачем вы за ней приехали? Да ещё и имея разрешение от своего руководства на такие серьёзные полномочия.

- Кто ты такой, перец? – сотрудник Stellimber Incorporated наконец-то сообразил, что перед ним был кое-кто отличный от мягкотелого Антона.

- Здесь вопросы задаю я. И если ты хочешь получить свой антидот, то отвечай.

            «Не тяни время. Он ничего не скажет», - задумчиво сказал Арьнен, и на этот раз Остор был с ним согласен.

- Пошёл ты!

- Как скажешь.

            Владыка, сам того от себя не ожидая, нажал на точку возле вздувшейся яремной вены. Мужчина тут же обмяк. А он сам, распрямляясь, произнёс:

- Не знаю, Инга, что у вас за размолвка с работодателем, но пока у меня получится хоть что-то выяснить, предлагаю вам с мужем временно покинуть эту квартиру. Пожалуй, будет даже лучше, если все мы направимся ко мне.

- Хорошо, - согласилась девушка и покачала головой. Кажется, она была в шоке. – Что же теперь будет?

- Надо вызвать скорую и полицию. Надо, чтобы они разобрались, - промямлил Антон, наконец-то поднимаясь на ноги. – Это же какие-то бандиты!

- Обсуждать и принимать решения мы будем после. Сейчас надо как можно скорее уходить. Обувайтесь! - холодно приказал Остор.

            Видимо, думать чете Ильиных было страшнее, чем действовать. Или же сказался его организаторский талант? Но оба супруга начали послушно обуваться.

- Инга, вы бы это…

- Что?

- Наденьте шапку. Если за вашим домом следят, то вы привлечёте… много внимания.

            Девушка с некой обидой уставилась на него, но покорно послушалась совета. Антон же вновь округлил глаза и прошептал:

- За нашим домом? Следят?

- Такая возможность есть.

- Но как же так? Как это…

- Если готовы, то идём, - не стал дослушивать Владыка.

- Стойте! – одновременно воскликнули Ильины.

- Надо ввести ему противоядие, - промямлил Антон.

- А мне… Я быстро! – сказала Инга и ринулась в комнату.

Пока Антон копался в коробочке с капсулами, девушка, судя по звукам, ломала что-то деревянное. Остор был готов уже и заглянуть, чтобы понять в чём дело, как Инга вернулась. В её руках (оцарапанных) была картина Арьнена, варварски выдранная из рамы.

- Теперь я готова.

- Из дома есть какой иной выход? – едва они вышли на лестничную площадку, поинтересовался он.

- Вы имеете ввиду не через подъезд?

- Да.

- На первом этаже две квартиры объединили в магазин техники, но входные двери оставили. Может, их нам откроют?

            Удивлению продавцов-консультантов не было предела, хотя изначально они посчитали происходящее розыгрышем. Однако озвученная вполне безобидная и актуальная причина да предложенная взятка возымели действие. Поэтому супруги Ильины вышли через отдельный вход и окружным путём направились на квартиру к Остору. Сам он, чтобы иметь возможность убедиться в наличии или отсутствии слежки, скрываться не стал и пошёл за ними на расстоянии нескольких метров. Это и позволило совершить звонок без лишних ушей.

- Жук?

            Кто бы ни носил столь странную кличку, но она ему определённо шла. Голос у незнакомца был подходящий. Глухой и жужжащий.

- Да.

- Это Андреа Эспозито. Мне рекомендовали обратиться к вам в случае возникновения деликатных нюансов.

- И, кажется, они возникли? - неприятно усмехнулся собеседник, а затем, показывая, что он человек дела, сразу поинтересовался: - Что требуется?

- Зависит от того, насколько глубоко вы можете проникнуть в местное отделение Stellimber Incorporated.

- Достаточно, чтобы продолжать вас слушать.

- На квартиру к интересующим меня людям вломилось двое сотрудников из их отдела безопасности. Я хочу знать зачем.

- Это обойдётся рекомендовавшему меня лицу в кругленькую сумму. Мне её назвать? – на всякий случай уточнил Жук.

- Вам её выплатят.

- В ближайшие три часа вы получите первую информацию.

            Не прощаясь, собеседник прервал звонок, и Остор спокойно вложил телефон во внутренний карман пиджака. Он как раз подходил к своему подъезду.