Ад, как он есть

 

 

Пролог

 

            Вот бывает, идёшь ты, кутаясь в немного потрёпанную кожаную курточку, и выдыхаешь пар. И дело не в том, что вредная зима никак не хочет уступать свои права. Просто по утрам в это время года всегда холодно. Последний день первого месяца весны. Конечно, позже на улице появятся прохожие в более лёгкой одежде. Днём то солнышко уже заметно припекает, намекая, что вскоре никто и не вспомнит о морозах. А в половину восьмого ещё темно, и порой иней лежит, и на лужицах периодически появляется тонкая и непрочная корочка льда.

            Вот тебя обгоняет девушка. На ней узкие джинсы, заправленные в высокие сапоги на металлической шпильке. Короткая яркая куртка, открывающая плоский животик. Ты немного завидуешь и осуждаешь. В твои тридцать у тебя неплохая фигура.  Всегда была худощавой, но возраст есть возраст. И рыхловатый животик уже выпирает. Можно, заняться спортом, вот только когда? Более того, ты знаешь, чем опасна такая одежда, и не променяешь свою старую куртку до середины бедра и на две новых как у той девушки. И думаешь, что джинсы на тебе намного лучше, а сама в параллели жалеешь, что туфли на шпильке только в офисе. А как иначе? Ты живёшь загородом. До платформы надо идти от дома пешком около получаса. Можно, конечно, сесть в маршрутку, но так ты и деньги экономишь, и «спортом» занимаешься. Потом час в электричке дремлешь.

            Ты садишься в вагон, когда он ещё почти пустой. Тебе легко занять место у окна. Кладёшь к стенке набитую документами, с которыми ты вчера в дороге работала, огромную сумку. И надеешься, что на следующих остановках рядом с тобой не сядет пара людей в теле. Иначе тогда придётся проснуться и поставить тяжелую объёмную ношу на колени. Хотелось бы носить изящный клатч, да нельзя. Не поместятся документы. Ведь их в большинстве своём нельзя мять. А вес… почему-то в твоей «дамской сумочке» всегда уйма различных мелочей, которые не достаются месяцами. Возможно, сказывается опыт. Всем известно, стоит устроить зачистку бардака в отделениях, как сразу что-то срочно понадобится. Хотя, сейчас, когда на работе поставили новую тумбочку с замочком, безделушек стало значительно меньше. Одно время ты всегда носила с собой даже красивый комплект нижнего белья. А мало ли какая ситуация в жизни одинокой женщины возникнет? Теперь он преспокойно лежит в нижнем ящике офисной мебели, и ты надеешься, что ему всё же найдётся применение…

            Иногда в вагоне оказывается уйма бабушек. Порою кажется, что у них там утренние сборы. Тебя разбудят прикосновением, спросят, как не стыдно делать вид, что спишь. И ты, не смея даже тяжко вздохнуть под требовательным взглядом, уступишь место. И будешь стоять в толпе, немыслимо извиваясь, чтобы не раздавили или не украли кошелёк. А потом выйдешь из вагона электрички на нужной остановке «Проспект Славы». И, если не будет противных осадков, пойдёшь пешком, быстрым шагом, ещё около получаса. Не на транспорте, так как по утрам часто пробки, а опаздывать нельзя. Твоя дорога будет лежать через колодцы дворов. Так намного быстрее, хотя и страшно.

            Этот путь на работу ты узнала случайно около четырёх лет назад. Раньше приходилось идти вдоль проспекта Славы, и это занимало значительно больше времени. Но однажды заметила, что в твой вагон в Павловске садится парень, и нужна ему та же остановка, что и тебе. Только он раньше выходил в тамбур и первым сходил с электрички. На вид вроде твоего возраста, но назвать мужчиной язык не поворачивался из-за внешнего вида. Светлые взлохмаченные волосы, рваные джинсы и чёрно-красная куртка с надписью «Ferrari» на спине. Лицо самое обычное. Не красавец, не урод. Но чем-то он привлёк твоё внимание. И вот в один из дней ты решила проследовать за незнакомцем. Всё равно вам было в одну сторону идти, а это показалось тебе небольшим развлечением. Он шёл очень быстро, попутно куря сигарету, но следовать за ним получилось легко. Ваши пути разошлись у твоей работы. Ты зашла в здание, а он, не останавливаясь, прошёл дальше. Так ты узнала этот путь. После ещё долгое время вы шли одной дорогой, с разницей метров в двадцать-тридцать между собой. Но никто ни разу не остановился и не догнал. А потом этот парень исчез. Может, стал ездить на другой по времени электричке? Или в другом вагоне? Или машину купил? Или слишком подозрительной ты ему показалась, и он стал ходить другой дорогой? Или просто сменил куртку? В любом случае теперь ты ходила на порядком надоевшую службу через дворы.

            Вот не то, чтобы ты не любила свою работу. Коллектив приятный, пусть преимущественно женский, а значит полный интриг и пересмешек за спиной. Деньги платят нормальные. Не то, чтобы тебе удалось продать свою двухкомнатную квартиру загородом, доставшуюся от бабушки. За которую только комнату и купишь в городе. Или, наконец-то, взять в ипотеку жильё ближе к работе. И не то, чтобы ты могла приобрести себе новый автомобиль. Но ты можешь и в отпуск съездить куда, и покупать, что захочется. Денег хватает, только они не накапливаются. И это плохо. Потому что ты давно очень хочешь стать мамой. Но не можешь себе этого позволить.

            Вот не то, чтобы у тебя не было мужчин. Ты довольно красивая женщина, только нос длинноват и губы узкие. Зелёно-карие глаза, пусть уже и без искорки, чуть-чуть раскосые. Русые волосы ниже лопаток. Ты их не красишь. Поэтому иногда тебя называют невзрачной и серой мышкой. Но ты знаешь, как они переливаются на летнем солнце, становясь подобными золоту. Ни одна краска не даст такого оттенка. Они твоя гордость. Мужчины обращают на тебя внимание. Только отношения не складываются.

          Однако, это события прошлых дней. Сейчас ты довольно тихая, спокойная, задумчивая одинокая домоседка, больше любящая слушать. Даже зовут тебя по-старинному  – Пелагея. И от трухи времени на имени ты его недолюбливаешь, хотя звучит красиво. А вот от домашнего сокращения Пелаша с детсадовского возраста передёргивает. Так что ты давным-давно незнакомым людям представляешься, как: «Пелагея. Можно Лея». Хотя, на твой взгляд, Пелагея лучше, чем Полина. Крестили бы Апполинарией. А это как научное название какой-то болезни звучит… Имя же тебе дали в честь красавицы прабабушки. Красота с поколениями разбавилась, или этими же поколениями приукрашена была, но видимо чувствовала мама, когда называла так, что далеко тебе до современниц. Сейчас в центре внимания тусовщицы и болтушки. Это позже от тех девушек будут требовать твоих качеств, а те удивляться переменам в характере и требованиям любимого оторваться от подруг, форумов и заняться домом. В конфетно-букетный период же нужно иное.

              Нет у тебя семьи... Родители есть, конечно. Но они живут в другом городе, как и брат. Да с ними никогда отношения идеальными и не были. Можно было бы найти парня, залететь «ненароком». Ведь уже тридцать. Но ты знаешь, что три года в отпуске по уходу за ребёнком одна не выдержишь, средств не хватит. А потому ищешь не просто мужчину, а мужа. И, конечно, хотелось бы большой любви, но в тридцать лет понимаешь, что не это самое главное. Важнее, чтобы он уважал и поддерживал тебя, был готов стать отцом и не ленился. Иначе как заработать столько, чтобы вам хватило хотя бы на первые три года твоей вынужденной, из-за декрета, безработицы?

            И вот идёшь ты по Белградской улице, погружённая в эти сумбурные мысли, не замечая дороги, ибо знаешь её наизусть. Уже почти подходишь к дому номер пять по проспекту Славы, где нужно свернуть между ним и девятиэтажной высоткой. И понимаешь, что уж очень руки мёрзнут. Ты останавливаешься, чтобы достать перчатки. Ищешь в карманах куртки и сумке тяжело сгибающимися от мороза пальцами, но их нет. А утром они были на тебе точно. Новые дорогие перчатки. От волнения вкупе с холодом даже дрожат руки. Люди же, что вышли вместе с тобой с электрички, проходят мимо, не обращая на тебя внимания. Осознавая, что оставила перчатки в вагоне, ты оглядываешься, словно поезд может тебя ждать. Но его там нет. И позади уже никого нет. Ты снова смотришь вперёд. Какая-то девушка с короткими светлыми волосами почти исчезла за поворотом во двор, куда направлялась и ты. Мурашки страха пробегают по телу, и, быстро застегнув сумку на молнию, ты идёшь за незнакомкой, чтобы не остаться в одиночестве на серой полутёмной улице. 

           

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Твои шаги бесшумны. Ведь обувь без каблука. Простые чёрные мягкие, немного утеплённые ботиночки. Тебя не слышно мужчине, что держит за горло коротко остриженную блондинку. Его хватка столь крепка, что та не может даже кричать. Он прижимает её к дому, вдавливая в стену всем телом.

            Ты на мгновение застываешь, не зная, что делать дальше. Разум подсказывает, что надо по-тихому вернуться назад, дойти окружным путём до остановки автобусов на проспекте Славы. Доехать до работы, унять взбудоражившее волнение, налить в кружку кофе и рассказать об этом ужасе коллегам. Затем выслушать их сожаления по поводу случившегося. И готовиться отвечать на расспросы: будешь ли ты и дальше ходить той дорогой; и не знаешь ли, что случилось с той девушкой потом. И ты осознаёшь, что это правильно, пусть и нечестно. Ведь что ты можешь сделать такая хрупкая и беззащитная? А рядом никого нет. Даже позвать на помощь некого. Ты знаешь, как надо поступить. Но, зачем-то не думая о последствиях, подбегаешь, молча хватаешь за шиворот мужчину, замахиваешься на него своей тяжёлой сумкой со всей силы.

         Почему-то становится смешно. Видимо нервное, хотя ты даже не успеваешь понять насколько это глупо из-за ослепляющей резкой вспышки пламени. И твоя, намертво вцепившаяся в мужскую одежду, рука и не думает разжиматься, стискивая пальцы лишь сильнее.

 

Часть I.

 

Дорога в Ад

 

Что наша жизнь? – игра

В вопросы и ответы,

В дороги и кюветы,

В «не время» и «пора».

Что наша жизнь? – игра

Однажды доиграем

И адом или раем

Расплатимся с утра…

 

Генри Лайон Олди

           

Глава 1.

 

            Виконт Ал’Берит – наместник одного из величайших городов Ада, конечно, мог и несколько иначе посещать подчинённые ему земли, нежели путешествуя в карете. И всё же для личного разрешения проблемы, закравшейся в закрытую для обычных демонов зону Питомника, он избрал этот путь. Одной из причин (не столь значимой, сколь приятной) для подобного действа служила ничтожная вероятность прерывания одиночества. Крайне сомнительно, чтобы за время дороги внимание отвлекалось на бесконечных посетителей, как в кабинете. Ал’Бериту же хотелось побыть некое время наедине с собственным потоком мыслей. Угроза, несомая его заместителем, оказалась настоль ощутимой, что опытному в бесконечных интригах демону стало понятно – на этот раз победителем мог стать иной игрок. Несмотря на продуманные ответные шаги, и изощрённые нападки на противника, положение наместника становилось всё более шатким. И сейчас он буквально балансировал на краю.

            Крамольная мысль, что спасти положение могло, пожалуй, лишь чудо подбиралась всё ближе. Она сумела крайне раздражить невероятно спокойного и уравновешенного демона, порядком забывшего, сколь яркими могли быть собственные ощущения.

            Вспышка эмоций части его сознания позабавила. Конечно, Ал’Бериту понравились не сами чувства, а спонтанность их возникновения. Возможно, после того, как он сумел бы избавить себя от нахального выскочки, то позволил бы себе чуть больше свободы в этом направлении.

Между тем, расчётливый ум, опираясь на безупречную память и превосходную логику, видел достаточно путей для выправления ситуации в свою пользу. Однако предоставить такой вероятности стать фактом сбывшимся пока не было возможности. Те, кто стоял за спиной заместителя наместника, прекрасно позаботились о том, чтобы ему не хватало всего лишь какой-нибудь ничтожной, и при этом недостижимой мелочи. Это было изысканно и изощрённо. Ал’Берит по достоинству оценил игру противостоящей силы, но не на столько, чтоб ей проигрывать.

        Несмотря на погружённость в размышления, сознание виконта внезапно уловило резкую нестыковку в окружающей его действительности. Он мгновенно отдал приказ остановить карету, дабы подтвердить свои подозрения. Кажется, колесо удачи никак не желало улыбаться демону даже в таком моменте, как никем и ничем не прерываемое собственное временное одиночество.

 

***

 

           Она не знала, сколько это длилось. Может секунд пять или десять, но показалось, что не меньше минуты точно. Ощущение невесомости в полной темноте. Конечно, в космосе Лея никогда не летала, ибо далеко ей было до главной героини из фильмов Джорджа Лукаса. Но никак иначе описать то, что с ней происходило, девушка не могла.

           Вес словно исчез. Только мрак. Всё пространство наполнила багровая тьма, похожая на туман, но густая словно кисель. Непонятно даже было тепло здесь или холодно. Единственное, что не давало усомниться в реальности происходящего – так же крепко сжатая на шивороте кожаной куртки рука. Но всё это спокойствие длилось крайне недолго.

           Мужчина резко дёрнулся, и раздался пронзительный женский визг. Возможно, он убрал руку с горла блондинки, чтобы попытаться схватить неожиданную помеху, коей являлась Лея. Шок и ступор от происходящего сменились первобытным страхом. Ей не хотелось становиться следующей жертвой, поэтому она машинально изо всех сил пнула нахала ногой. Куда пришёлся удар, девушка не видела из-за темноты, но нога в полной мере ощутила отклик. С таким же успехом можно было бить каменную статую. Более того, из-за этого движения её крайне сильно отдёрнуло в сторону, как будто хотело оторвать от мужчины. У невесомости оказались свои законы. Из-за рывка ладонь словно обожгло. Взвизгнув от боли, она, наконец-то, разжала пальцы. Девушка осознала, что её стремительно относило в сторону, как вдруг резко вернувшийся, и, казалось бы увеличившийся, вес сыграл злую шутку - тело невероятно быстро понеслось куда-то вниз.

             Видимо на какую-то долю секунды Лея потеряла сознание. Во всяком случае, тот момент, когда багровый туман сменился обожжённой колючей землёй, по которой она ещё и прокатилась кубарем метров пять, девушка не запомнила. Её кожа стремительно взбунтовалась от такого бесцеремонного обращения над собой, ответив жгучей болью в свежих царапинах. Особенно саднили незащищённые ладони. Но самое первое ощущение оказалось связано с отвратительным запахом. Пахло… хотя вернее воняло - тухлыми яйцами и какой-то гарью. Зловоние оказалось достаточно сильным, и всё же не удушающим. Лея, морщась от запаха и сильной боли в плече от ушиба, приподнялась на локтях, стараясь лишний раз не беспокоить ноющие ладони. Им больше всего досталось от падения.

         

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

           Местность, где она находилась, выглядела отвратительно и ничем не напоминала родной мир и уж тем более город. Пейзаж можно было бы назвать пустынным, если бы не возвышающиеся вдалеке вулканические горы. С их вершин поднимался густой дым, и стекали ручейки лавы, больше похожие на красные трещины и кровавые раны. Чёрный смог плотно затянул небо, но через него всё равно пробивался свет какой-то яркой точки. Хотя было довольно светло от постоянно сверкающих молний. Вокруг оказалось немного светлее, чем в сумерках, хотя и с красноватым оттенком. Гром почти не слышался, больше походя на периодически возникающий ненавязчивый треск. Описывать особо было нечего. Только бурая земля, напоминающая бы камень, если бы не крошилась под весом тела. Да и то, что, скорее всего, местность обитаема. Лея лежала как раз на очень широкой колее. Следы от колёс узнал бы любой современный человек.

           Во рту появился сладковато-металлический привкус. Резко закружилась голова, заставляя снова упасть на землю. Чтобы хоть немного уберечь страдающее обоняние, молодая женщина уткнулась в сумку лицом и некоторое время лежала так. Казалось, силы покинули. Ей хотелось разреветься от непонимания, отчаяния и беспомощности. И в довершение всего было невероятно жарко. Как будто не меньше двадцати пяти градусов при солнечной безветренной погоде!

       Однажды она улетала в Египет в декабре. В родной России было очень холодно тогда. Как в крещенские морозы. На днях вообще пронеслась свирепая метель, затянувшаяся на сутки. Так что девушка, всю свою жизнь недолюбливающая мороз, приехала в аэропорт закутанной в тёплые вещи. Внутри она, конечно, сняла пуховик, шапку и шарф. Но в шерстяной кофте оказалось вполне уютно. Кондиционеры работали исправно. А вот стоило по прилёту выйти под ясное небо Хургады, и почти час ожидать в полуденный зной автобус… Верх одежды тогда Лея сняла сразу, благо предстояло остаться в футболке, но вот как было убрать плотные колготы из-под утеплённых джинс? Подобная сауна не самое лучшее, что могло быть. И это неприятное ощущение повторялось.

        Лея кое-как стянула куртку через голову (молнию опять заело на середине пути), расстегнула кардиган и ворот строгой блузки так, что стала видна надетая под низ майка. Желудок внезапно скрутило. Еле сдерживая позыв рвоты, девушка схватилась за разболевшийся живот, другой рукой снова пододвигая сумку к лицу, чтобы избежать отвратительного запаха. От смешавшихся мыслей и этого приступа она не сразу почувствовала дрожь поверхности и услышала странный шум.

       Вновь приподняться оказалось очень тяжело. Руки противно затряслись мелкой дрожью, отказываясь повиноваться. Кое-как удалось повернуть свинцовую голову в сторону шума, чтобы увидеть, как на неё неслась упряжка или какое-то иное транспортное средство. Туман перед глазами не дал разглядеть точнее, но ещё было время отползти с пути этой опасности. Собрав силу воли в кулак, она заставила себя несколько раз повернуться вокруг своей оси, чтобы убраться с дороги. Не имея возможности встать, Лея лишь попыталась принять позу, позволяющую разглядеть больше подробностей.

Звук усилился. Теперь однозначно узнавался равномерный топот с примесью гортанного рёва. А вскоре стал отчётливо виден и его источник.            Это была тёмно-лиловая карета, на бортах которой находились полосы странного, чуть сияющим золотом и красным, орнамента – нечто среднее между фантастическими рунами и рисунком. Размеры той потрясали. Она оказалась шире и выше раза в три тех, что ей доводилось  видеть в музеях, и длиной около семи метров. Самый настоящий средневековый лимузин! «Лошадки» тоже не подвели. Вместо них были, опутанные упряжкой из цепей, огромные ящеры с тёмно-зелёной чешуёй и красными глазами. Скорость, с которой они мчались, поражала. Лея думала, что у неё было достаточно времени, а выяснилось, что едва успела избежать столкновения. Возницу девушка не успела разглядеть. Уж больно высоко он сидел, да и слишком быстро ехала карета. Не хуже мощного автомобиля на скоростной трассе. Но услышать его услышала. Что он рявкнул, ей не довелось разобрать, однако ящеры, похожие на тираннозавров, резко замедлили ход. Карета через несколько десятков метров остановилась и развернулась. За возвращением экипажа девушка наблюдала как заворожённая, не закрывая широко раскрытых глаз.

     В своё время ею была перечитана уйма фантастических книг. Жанр нравился. Лёгкий, он хорошо помогал расслабиться и уйти от насущных проблем. Будучи школьницей, а позже и студенткой, она без труда могла просидеть над печатными страницами всю ночь. Тексты завораживали, уносили прочь в другие реальности. Ведь Лея всегда отличалась мечтательностью, и богатое воображение переносило её мысли в сказочные миры, полные чудес. Там всегда были необъятные моря, девственные леса, чистые реки, прекрасные эльфы, гордые гномы, справедливые и непривередливые к внешности принцы…. А не это - голая обожжённая земля, чёрный дым, лава и… демоны.

В последнем Лея была полностью убеждена, ибо карета подъехала ещё ближе, и ящеры, пофыркивая, остановились. С ужасом смотря в их красные глаза с вертикальными зрачками, девушка не сразу обратила внимание на возницу. Но тот спрыгнул с козел и прорычал что-то.

Лихач оказался самым настоящим демоном во все два с половиной метра роста, а, может, и выше. Серая морда с острыми длинными тонкими клыками, торчащими из пасти (ртом это назвать было сложно), намекали об исключительно хищном образе жизни его предков. Отсутствующий нос заменяли три узких продолговатых отверстия, то открывающихся, то закрывающихся складками кожи. Создавалось впечатление, что демон принюхивался. Жёлтые глаза под высоким лбом, с начинающимся между ними тройным гребнем цвета мокрого асфальта, не сводили с неё взгляда. Шея у демона - мощная и не длинная, плавно переходила в мускулистый, вполне человеческий, только очень массивный, торс. За спиной крепилось оружие, в котором Лея ничего никогда не понимала, да и видны были только перевитые ручки. На широком массивном кожаном поясе висел, свёрнутый кольцом, кнут. Ноги скрывали просторные штаны, наподобие восточных шаровар, а виднеющиеся ступни больше напоминали лапы стоящих рядом ящеров. Такими же когтистыми были и шестипалые ладони. Позади, задевая землю под ногами, нервно подрагивал хвост с зазубренным наконечником треугольной формы.

Возница снова прорычал что-то, но уже в сторону кареты, и на раму окна легла огромная рука, больше человеческой раза в полтора. Красноватая бугристая кожа и чёрные когти. Дальше Лея не стала рассматривать. Она крепко зажмурила глаза и решила, что ей пора проснуться.

«Нужно же на работу! Срочно!» - уговаривал самого себя разум.

«Да звени же ты будильник! Или я в электричке? Почему никто не может меня разбудить?!» - судорожно думала несчастная Лея.

Но, несмотря на мысли, события продолжали стремительно развиваться. До ушей донёсся тихий звук открывающейся дверцы и нескольких лёгких шагов по шуршащей каменистой земле.

- А ведь и, правда, человек, - мягкий, но холодный баритон зазвучал, казалось, прямо у неё в голове.

            Последняя с возмущением стерпела эти звуки, но стала болеть ещё сильнее и болью уже пульсирующей. Желудок моментально отреагировал на эти изменения, снова решив сделать кульбит внутри живота. Девушка содрогнулась от мучений. Руки и ноги уже начинали охватывать самые настоящие судороги.

- И ещё живая, - последняя фраза прозвучала столь многозначительно и нехорошо, что неимоверно захотелось жить больше, чем когда-либо.

Лея решила во что бы то ни стало приподняться, как вдруг её бесцеремонно перевернули носком сапога. Лёжа на спине, она снова открыла глаза. Из этого положения ни кучера, ни кареты, ни ящеров видно не было. В поле зрения оказался только стройный мужчина среднего роста с тростью в руке. Он был одет в белоснежную рубашку с высоким воротом, на который был повязан тёмно-лиловый платок с кружевной отделкой. Поверх надет серый жилет с виднеющейся тонкой серебряной цепочкой и чёрный расстёгнутый короткий сюртук с двумя рядами металлических узких небольших пуговиц по обе стороны. Брюки, под стать жилету по ткани, были заправлены в сапоги с высокими голенищами и заклёпками.

«Как ему только не жарко в такой одежде?» - неожиданно подумалось Лее.

Чёрные волосы незнакомца, спереди вполне короткие, сзади были собраны в небольшой хвост. На голове красовался невысокий цилиндр. Бледная кожа, необычайно светлые и немного раскосые зелёные глаза, напоминающие застывшую слегка подкрашенную воду, придавали тонким чертам его лица ещё больше аристократичности. Узкие губы же нехорошо сжались, усиливая впечатление крайнего недовольства.

            Лее почему-то сразу вспомнился один из клиентов по работе. Этакий франт. Одет был модно и стильно, но в глазах отчётливо читалось непередаваемое презрение ко всем. Попавшаяся ему на глаза девушка почувствовала себя мерзкой вшой на грязном пьяном бомже. С этим клиентом общался коммерческий директор в своём кабинете, а потом для чего-то вызвал туда Лею. Обычно она работала только с бумагами, а не с людьми, и потому офисный стиль соблюдался ею редко. Волосы тогда были заплетены в обычную косичку. Из одежды - простая розовая кофточка в горошек с коротким рукавом да серые брюки, снизу в небольших пятнышках от осенней грязи и утреннего дождя. Ногти были без маникюра, Лея рассчитывала после работы сходить в салон. Сам разговор она уже не помнила, но клиент зачем-то набрал кого-то по телефону и передал ей трубку с сенсорным экраном. Неимоверно чистую. К несчастью, в тот день на лицо был нанесён тональный крем, призванный закрасить вскочивший посреди лба огромный красный прыщ. Нечего и говорить, что после разговора на дисплее остался жирный след от косметического средства. Взгляд, которым наделил её тогда клиент, в полной мере походил на тот, что предназначался и теперь. Ощущение полнейшего собственного ничтожества.

С непередаваемой брезгливостью мужчина вытащил что-то серебристое из кармана и присел возле Леи. Он перевернул загадочную вещицу между пальцев. Это оказалась слегка изогнутая по длинной диагонали светлая металлическая пластинка ромбовидной формы с витиеватым рисунком. Незнакомец уверенно наложил её на переносицу девушки. Дышать стало сразу легче. Резко исчезло зловоние окружающего воздуха. Но судороги и головная боль так и остались.

- Скоро станет легче, - равнодушно произнёс мужчина, поднимаясь. - Тогхар, отнеси её в карету.

            Серокожий демон поправил на своём запястье простой широкий браслет, после чего подошёл к Лее. Он одной лапой поднял и легко поместил, можно сказать закинул, на один из диванов экипажа девушку, словно куклу.

Внутреннее убранство кареты было выдержано в мрачных тонах и являлось скорее строгим, чем пышным. Деревянные стены и потолок цвета ореха с ненавязчивой, почти не различающейся резьбой. Напротив друг друга два дивана с высокими спинками, не уступающими по размерам односпальной кровати. Их сиденья оказались достаточно жёсткими. Вместо узора на бархатистой однотонной ткани подлокотники украшали бронзовые заклёпки. Пол походил на цельную плиту глянцевого камня.

Лея перевела взгляд наружу и заметила, что любимая куртка осталась лежать на земле. Однако сил, как физических, так и моральных, напомнить о ней незнакомцам не было. Более того, вспомнился анекдот про еврейского тонувшего мальчика.

Стук в дверь. Мужчина открыл ту и увидел на лестничной площадке старого еврея. Старик поинтересовался: «Это вы вчера тонущего мальчика спасли?». Мужчина в ответ: «Да». И тогда ему другой вопрос: «А кепочка где?».

С мыслью, что всё равно куртка новая нужна, Лея заставила себя подумать о более важных вещах. Например, о том, что это за место, о жизни и её ценности в этом мире… И о том – когда оставили бы её боль и судороги.

            Мужчина тем временем легко поднялся по выдвижным ступенькам и сел на противоположный диван. Кучер тут же задвинул лестницу, закрыл дверцу, и вскоре карета начала движение. Глядя на неестественно прямую спину попутчика, Лея попыталась хотя бы сесть, а не лежать мешком, как её закинул возница. Голова и тошнота тут же дали о себе знать. Подумав, что хуже, чем замарать карету содержимым завтрака, быть ничего не могло, девушка, повинуясь капризам тела, постаралась замереть. Мужчина подошёл ближе и пристально посмотрел на неё.

- М-да… Так можно очень долго ждать, - задумчиво произнёс он и провёл ладонью по её груди, шее и лицу, почти касаясь кожи. От его ладони веяло удушающим зноем, а не теплом. Будь это простой человек, Лея сказала бы, что у него был очень сильный жар, но она догадывалась, что всё не так просто. Та страшная рука ей не привиделась. Это точно!

Начался приступ сильного кашля, скрутивший тело в позу эмбриона на некоторое время. Но это принесло значительное облегчение. Голова немного прояснилась, а судороги и дрожь почти прекратились, и, наконец-то, пропал металлический привкус во рту. Девушка, всё ещё не веря в своё счастье, с искренней благодарностью посмотрела на незнакомца. Мужчина же снова сидел напротив и размещал сундучок на возникшем столике. Видимо этот предмет неожиданной мебели был откидным, ибо рисунок столешницы совпадал с изображением на второй дверце. Приободрённая переменами в самочувствии Лея смогла даже придать себе более приличное положение. Как ни странно, металлическая пластинка никуда не делась при этом, как будто была приклеена, и практически не ощущалась. От греха подальше девушка заставила свои руки остаться в покое и не трогать загадочный прибор. Мало ли слетела бы настройка и заново страдать пришлось? А захотел бы кто здесь возиться с ней ещё раз?

Попутчик, храня молчание, откинул крышку ларца. Лея попыталась сказать: «Спасибо», но пересушенное от кашля горло смогло выдать лишь несколько хриплых невнятных звуков. Мужчина никак не отреагировал на них, доставая из сундучка пергамент и длинное чёрное перо. Девушка начала активно кусать кончик языка, чтобы увеличить слюноотделение и хоть как-то избавиться от сухости во рту.

Между тем, карета продолжала свой путь. Столь мягко и плавно, что если бы не изменение пейзажа за окнами, хотя Лея и сидела против движения, можно было бы сказать, что экипаж стоял на месте. Но вид быстро сменялся, как если бы они ехали на скоростной электричке. Сделав несколько пометок на чистой бумаге и плотно закрыв шторки окон, внимание мужчины снова обратилось к жертве обстоятельств.

- Спасибо, - уже более понятно, но всё равно хрипло, произнесла Лея. Ей ужасно хотелось пить. Мужчина слегка изогнул левую бровь в ответ на её благодарность.

- Не вполне подходящее выражение, - саркастично сказал он.

- Меня зовут…

- Меня не интересует это, человек. Вы, люди, любите называть свои имена. И более того короткие. Зачем давать своим детям прозвища, чтобы потом сократить их звучание до одного-двух слогов? По-моему, самое удачное решение в этом вопросе было у римлян (1)… Так что мне всё равно как тебя зовут. И единственное, что может заставить запомнить твоё имя, это необходимость и моя хорошая память. Первого нет. А вторую перегружать бредом нет смысла. Ещё более безразличны твои вопросы и страхи. Всё, что меня интересует в тебе, это подробный рассказ, как ты попала сюда, человек.

 

(1) Личное имя давали только четырём старшим сыновьям, а остальным в качестве личного имени могли служить порядковые числительные. Женским именем была женская форма родового имени, и все женщины в одном роду имели единое имя. Однако существовало различие по возрасту. Когда в семье появлялась вторая дочь, к имени обеих добавляли преномен: Minor (младшая) и Major (старшая); другим сёстрам добавляли преномен Secunda (вторая), Tertia (третья) и т. д.;

 

- Могу я хотя бы узнать ваше имя?

От такой язвительной речи можно было провалиться сквозь землю. Собеседник помимо всего прочего оказался раздражён. И причиной, скорее всего, являлась именно она, а не воздух, ставший ещё жарче в карете. Лея, жутко смущаясь, всё же сняла кардиган, и ещё глубже расстегнула блузу из плотной ткани. Нижняя майка была уже ощутимо влажной от пота. Невероятно хотелось взять со стола исписанный лист и начать обмахиваться тем, как веером.

- Виконт Ал’Берит.

Мысленно Лея чертыхнулась. Обращения к принцу и графу, почерпнутые из исторических романов, она помнила. А вот к виконту - нет. Как-то не столь популярен оказался у её любимых авторов сей титул.

«И почему так легко удаётся попасть в неловкую ситуацию?» - с грустью подумалось молодой женщине.

В глазах попутчика раздражение загорелось ещё ярче, и ей пришлось поторопиться со своим рассказом.

Это было странно. Память у неё всегда была замечательной. Девушка легко могла описать блондинку, из-за которой всё и произошло, но ничего не могла толком сказать о внешности похитителя. Даже кожаную куртку того она помнила только по тактильным ощущениям собственных пальцев. Между тем, её простая и короткая история была выслушана с равнодушием. Хотя интуиция подсказывала, что мужчина крайне заинтересован произошедшим. Тем более, после этого он задал и несколько уточняющих вопросов. Лея постаралась ответить на них как можно более кратко и внятно.

Узнав всё необходимое, Ал’Берит продолжил делать записи. Прерывать его занятие ради собственных сумбурных расспросов показалось ей нетактичным. В воздухе повисла тишина, ставшая для девушки напряжённой, однако позволяющая хоть немного привести мысли в порядок. До сих пор у неё не было возможности обдумать как случившееся, так и что же теперь делать.

Карета остановилась, поставив свою собственную точку в затянувшемся молчании. По-видимому, только моменты отправления и прибытия в ней и чувствовались. Дверца открылась, и возница стал выдвигать ступеньки. Машинально Лея перекинула длинный ремень сумки наискось через плечо, готовясь выйти. Виконт же не сдвинулся с места, а лишь рукой подманил подчинённого демона поближе.

- Человека, что мы подобрали, выкинуло из портала какого-то охотника. Работа была грязная, и вот её побочный результат, - мужчина небрежно кивнул головой в сторону замершей Леи.

Прозвучавшие в ответ рявкающие слова от серокожего демона оказались непонятны девушке. Однако то, как была произнесена фраза, требовало, чтобы в конце предложения он пренебрежительно сплюнул на землю.

- И судя по тому, что связь разъединило в самый последний момент, этот неудачник должен находиться в моём городе! - и так недобрый голос виконта приобрёл по-настоящему зловещие нотки. - Мне нужно, чтобы ты привёл хозяина, охотника и их добычу в мой кабинет. Это, чтобы не возникало излишних сложностей, и владелец даже не вздумал сопротивляться.

Он передал подчинённому маленький свиток, написанный им в карете. Снова прозвучало рявканье серокожего демона. Как только мужчина его понимал?

- Лишаться прекрасного финансового вложения из-за ничтожного риска? – приподнял бровь Ал’Берит, словно изумляясь, как можно было предположить обратное. – Из-за двойной добычи охотника сигнала тревоги не возникло. Свидетель же давно должен был бы перестать существовать при практически любых вероятностях, а, соответственно, и прекратить представлять угрозу… Впрочем, всегда есть место случаю, - всё же счёл нужным добавить виконт несколько задумчивым голосом. - Тогда проблема всего лишь будет носить более затяжной характер, и этот человек не понадобится.

            Слов было много, а понятной информации крайне мало. Сознание Леи же решительно зациклило своё внимание на последней фразе Ал’Берита. До этого, ей хотелось хотя бы верить в собственную исключительность, как путешественнице между мирами. Хоть и вынужденной. Она мысленно уже начинала составлять планы, в которых отводила себе значимую роль по передаче идей и технологий, способных обеспечить собственное приятное будущее… И тут такое. Девушка в неком недоумении посмотрела на виконта. И это было последнее, перед тем как она отключилась от одного щелчка его пальцев.

 

***

 

            Пробуждение вышло ужасным. Хуже – разве что вылитое во время безмятежного сна ведро ледяной воды. Только что разум окутывала блаженная темнота без мыслей и чувств, и вдруг внезапно выкинуло в реальность.

Царапины саднили. Всё тело, видимо последствие судорог, ломило. Головная боль не особо беспокоила, но сильная пощёчина, послужившая стимулом к пробуждению, на краткое время снова выбивала из колеи. Её небрежно встряхнули и рывком, сильно стискивая ушибленное плечо, подняли на ноги, словно она была тряпичной куклой. Как в тумане Лея попробовала сфокусироваться на происходящем.

            Возле неё стоял демон. Он оказался почти точной копией серокожего возницы, разве что немного выше. Более узкие глаза, низкий лоб и короткие крайние гребни на голове также дали ей понять, что это совсем другое существо. Одежда на нём была схожая. Только через грудь свисала ещё и перевязь длинных ножей с вычурными рукоятями, похожих на кинжалы Рафаэля из черепашек-ниндзя.

            Продолговатая комната, в которой она находилась, была относительно небольшой. Хотя, скорее всего, такое впечатление создавала массивная высокая мебель. Рост Леи не был модельным, но девушку нельзя было назвать и низенькой. Самые обычные метр шестьдесят пять. Но на какое-то время она почувствовала себя ребёнком лет пяти в этой обстановке. Чего стоило только деревянное кресло без обивки, с которого её бесцеремонно подняли! Если на него сесть, то ноги точно не достали бы до пола. Тусклое освещение давал небольшой диск, до которого было добрых пять метров, а то и больше. Хорошее зрение Леи, пытающейся рассмотреть, где же она находилась, позволило ей даже разглядеть, что, по сути, тот представлял несколько очень плотно соединённых между собой  светящихся колец. Напротив друг друга, на узких сторонах комнаты, располагались деревянные, скреплённые полосами из чернёного металла, двери, отчётливо выделяющиеся на фоне тёмно-зелёных стен с более светлым узором.

            Обстановка была простой. Помимо пары деревянных кресел, столика с двойной столешницей между ними и нескольких, подпирающих потолок шкафов с маленькими ящичками, в углу стоял только горшок с деревцем, больше похожий на кадушку. Нежные крошечные лиловые листья росли на редких шипастых ветвях. На противоположной от него длинной стороне комнаты, свободной от мебели, как картины висели несколько одинаковых резных серых плит с небольшими металлическими засовами по центру.

Долго рассматривать обстановку демон Лее не позволил. Он что-то приглушённо рявкнул и, схватив девушку за ноющее от предыдущей хватки плечо, буквально швырнул к стене с плитами. Увы, происходящее и не думало оказываться всего лишь сном. От обиды, боли и какого-то всеобъемлющего разочарования она почувствовала, как начало щипать в уголках глаз. Наверное, так себя чувствовали заключённые в концлагерях. Их отрывали от родного понятного бытия, требовали что-то на непонятном языке, издевались… Демон отодвинул задвижку на одной из плит и снова что-то требовательно прошипел.

- Я ничего не понимаю.

            Собственный голос показался Лее жалким и каким-то чужим. Он дрожал как осенний лист на ветру, выдавая её желание расплакаться. И от осознания этого из глаз тут же потекли слёзы. Быстро смахнув их кончиком грязного рукава блузки молодая женщина постаралась успокоиться, но измученный событиями организм требовал истерику, а хрупкое самообладание благополучно ускользало на покой. Рыдающий всхлип вырвался наружу и стал бы началом продолжительной меланхолии, если бы демон, что-то кратко рыкнувший, не выдал бы ей ещё одну пощёчину. После этого серокожий стремительно закрыл задвижку и вышел через левую дверь, оставив девушку в одиночестве.

            Лея тут же забралась на кресло, словно пытаясь скрыться от действительности, и сжалась в клубочек. На жёсткой поверхности сидеть было крайне неудобно, но это казалось ей такой мелочью по сравнению с невыносимой жарой. По ощущениям было около тридцати градусов. Пот пропитал одежду, очень хотелось пить. Она ещё несколько раз всхлипнула, но самообладание, пережившее радикальные меры по возвращению, решило образумиться. Не зная, что думать о происходящем, девушка решила заняться самым необходимым. Она немного отодвинула ворот блузки, обнажая плечо. На нём красовалось несколько ярких отпечатков от хватки демона. Им предстояло сделать синяк обширным, предрекая, что заживление стало бы особенно «приятным» делом. Лея осторожно провела пальцами по коже. Даже такое лёгкое прикосновение причиняло боль.

            «Главное, хоть кости целы», - подумала она и застегнула блузку почти на все пуговички.

            Щёки противно горели от сильных пощёчин, но следующими на очереди осмотра были руки. Куртка, джинсы защитили тело при ударе о землю, а вот на внутренней стороне ладоней образовалась твёрдая корочка в крапинку, смешанная с пылью. Жгло ранки неимоверно. Она сложила кисти лодочкой и подула. Стало немного легче.

            Левая дверь раскрылась, и Лея испуганно, словно нашкодивший щенок, спрыгнула с кресла, цепляясь за подлокотник. Из вновь повреждённой от этого движения ладони вытекло несколько капель крови. В комнату быстрым шагом вошёл тот же демон. В руках он нёс короткий ремень. Без лишних церемоний существо подошло вплотную к Лее и застегнуло тот на шее девушки.

- Теперь понимаешь? – голос оказался таким же шипящим и рявкающим, но теперь слова легко воспринимались. Лея только утвердительно мотнула головой.

- Смотри, - демон снова отодвинул задвижку и бесцеремонно приподнял девушку, прислоняя её к стене так, чтобы та смогла посмотреть в открывшуюся щель.

            Судя по всему, комната, в которой они находились, была тайной. Из неё открывался вид на широкую площадку, ограждённую тонкими золотыми перилами, перед высокой тёмно-лиловой двойной дверью. Напротив створок шла белоснежная лестница вниз, покрытая фиолетовым ковром. Куда она вела, отверстие в стене видеть не позволяло, зато всё остальное пространство было как на ладони.

            По обе стороны от двери вдоль чёрных стен стояли громоздкие скамьи, немного скрытые за узкими анфиладами золотисто-лиловых колонн. Потолок, украшенный картинами, увы, Лея не рассмотрела толком. Он располагался слишком высоко, а обзор серьёзно ограничивал несовершенный глазок. Но её это не волновало, всё внимание сосредоточилось на троице перед дверью.

Девушку молодая женщина узнала сразу, несмотря на сменившую современную одежду подобие римской тоги белого цвета с красным неравномерным рисунком. Ею оказалась та самая блондинка, из-за которой она сюда попала. Выглядела та крайне измученно. Это было видно даже через большое расстояние между ними. И всё же, куда более впечатляли, стоящие около несчастной, демоны. Оба высокие. Выше собственной жертвы раза в два. Но если, удерживающий на тонкой цепи девушку, был при этом ещё необъятно широк в груди и покрыт длинной тёмной шерстью, напоминая помесь снежного человека и орка, то второй чем-то походил на богомола. Ярко-красного цвета, чрезмерно тощий, с небольшой, относительно тела, головой и слишком широким тазом, чтобы умещались шесть лап с перевёрнутыми коленными суставами.

«Да, видно бегать этот демон умеет ещё как. Настоящий шестилапый кентавр», - подумала Лея, но на большую уважительность её не хватило. Уж очень нелепое впечатление создавала одежда того. Он был одет в нечто вычурное глубокого синего цвета с жабо.

- Тебе доводилось уже видеть этого человека? – спросил демон, не желая терять времени.

- Да, - коротко ответила Лея.

- Иди за мной, - резко приказал он, скаля пасть, и распахнул дверь. На этот раз – правую. Вид клыков не дал ей даже задуматься о сопротивлении.

Девушке приходилось чуть ли не бежать за своим «проводником» по длинному, достаточно узкому, по сравнению с очень высоким потолком, коридору. Шёл тот крайне быстро. Света же практически не было. Лишь вкрапления светящихся оранжевых камней позволяли ей не споткнуться, и не потерять из виду силуэт. На какой-то миг молодой женщине пришла в голову мысль остановиться. Демон двигался столь молниеносно и не оборачивался, что вполне мог и не заметить её отсутствия. Но, с другой стороны, куда можно было бежать из тайного хода? Что находилось там,  за пределами этих помещений? Мир, куда Лею занесло, ничем не напоминал пригодный для жизни. Ни одного растения. Каменная горячая пустыня. Чем можно было бы питаться? Да и при первой же встрече в ней сразу распознали бы человека.

«Нет, единственный шанс выжить - это выполнять, что требуют, и плыть по течению», - поняла она.

            Думая обо всём этом, Лея не сразу заметила, что демон уже никуда не шёл, и чуть не врезалась в его спину. Как оказалось, остановился он из-за двери, больше напоминающей глыбу камня с кольцом по середине. Но это была именно дверь. Раздался лёгкий щелчок, и люк неслышно выдвинулся и отъехал в сторону. Существо подтолкнуло девушку вперёд, и она вынужденно вошла первой в зал. Тайная панель размещалась с краю большого помещения и, стоило им войти, с тем же лёгким щелчком вернулась на место, став совсем невидимой, полностью сливаясь с поверхностью стены, заставившей в миг побледневшую Лею сделать несколько шагов в сторону.

            Все стены были выложены чернёными человеческими черепами. И более того, те казались живыми. Иногда в глазницах загорались тусклые огни, а челюсти пытались двигаться, словно желая закричать несуществующей глоткой. Но теснота не давала это сделать, и от того кости лишь немного шевелились, создавая ощущение жуткой волны.

По правую руку от тайного хода располагалась знакомая огромная тёмно-лиловая дверь, позволяя Лее примерно понять, где она находилась. Возле створок неподвижно стояло два серокожих демона. Слева, на небольшом расстоянии, располагался подиум, приподнятый на три высокие широкие ступени. По краям каждого подъёма, стискивая зубы на камне, были вмурованы чёрные мумии. Создавалось впечатление, что они не тонули в обсидианом полу, словно в мрачном озере, исключительно из-за этой хватки.

Ощутив новый толчок в спину, Лея подошла ближе к ступеням, и с ужасом поняла, что головы мумий пытались немного повернуться в её сторону. Когда она попала в их поле зрения, в глазницах загорелись огоньки, а из пасти одной из тварей послышался тихий хрип. На потолок Лея решительно не стала смотреть и перевела взгляд на постамент. За ним, вместо стены, находилось огромное окно с видом не хуже картин Апокалипсиса в американских фильмах. Бесконечная бурая земля, окружённая горами, перечёркнутая красными линиями, стекающимися в чернеющие озёра. Судя по всему, находилось помещение очень высоко. На некотором расстоянии от оконного проёма стоял массивный резной письменный стол с ножками в виде когтистых лап. За ним, в кресле из бледной кожи и дерева, больше похожим на трон, сидел уже знакомый виконт. По левую руку от него располагалась арочная распахнутая дверь, за которой виднелись шкафы с многочисленными ящиками и открытыми полками, где лежали свитки. Там же, почти на пороге, стоял уже знакомый Тогхар.

            Ал’Берит что-то писал, некоторое время не обращая внимание на посетителей. Затем отложил перо, осмотрел написанное. Довольно ухмыльнулся, аккуратно положил лист в ящик стола и выжидательно посмотрел на демона за спиной Леи.

- Человек, подтвердила, - отчеканил тот. На этот раз его голос был громок и меньше похож на рёв. Виконт довольно сощурился.

- Что ж. Вот и будет подарочек Хдархету. Тогхар, можешь впустить остальных.

            После этих слов, стол медленно погрузился в камень пола. На подиуме остался только Ал’Берит в кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками. Он скрестил икры ног, и облокотился на левый поручень, всем своим видом выражая безразмерную скуку.

            Тогхар подал знак демонам у двери, и те, напрягая мускулы, раздвинули за кольца створки. Троица нерешительно вошла внутрь. И если семенящий богомол смотрелся скорее забавно, то йети походил на загнанного зверя, готового на всё, чтобы выжить. Только что так же не скалил пасть. Блондинка шла, словно ничего не видела перед собой. Теперь, вблизи, Лея поняла, что тога оказалась сделанной из белой тонкой кожи. Во всяком случае, на ткань материал не походил. А красный узор на самом деле рисунком вовсе и не являлся. Это были пятна не успевшей засохнуть крови, и достаточно большие. Переносица незнакомки оказалась проколота длинным металлическим шипом, явно причиняющим боль. Рана немного кровоточила. Мысленно Лея поблагодарила судьбу за свою изогнутую пластинку, легко догадываясь о назначении чудовищного украшения.

Богомол на мгновение задержал на молодой женщине встревоженный взгляд, и, словно что-то взвесив про себя, нервно облизнул безгубый рот раздвоенным змеиным языком. Вошедшие демоны низко поклонились, и створки двери сами по себе, почти бесшумно, захлопнулись, как в сказке.

- Принимай облик, охотник, - жёстко приказал Ал’Берит.

Йети хотел было что-то прорычать, но осёкся под взглядом ледяных зелёных немигающих глаз. Преображение началось. Очертания демона словно расплылись. Создавалось впечатление, что тот исчезал по кусочкам, стремительно уменьшаясь в размерах, и невероятно меняясь. Всего пара секунд понадобилась, чтобы перед Леей возник её похититель. Та же куртка и потрёпанные штаны. Лохматые, неровные, светлые как солома волосы.

- Это они, человек? – спокойно поинтересовался виконт, слегка поворачивая голову в сторону Леи. От его неприятного взора по коже пробежали противные мурашки.

- Да, - подтвердила девушка, думая, чем этот ответ мог сказаться на её дальнейшей жизни. Богомол из красного стал розовым, но самообладания не терял.

- Позволит ли, Ваше превосходительство (2), узнать, в чём состоят претензии к этому охотнику?

            Елейный голосок был откровенно пискляв, заставляя Лею сморщиться от звука.

 

(2) В Аду приняты обращения согласно  «Табелю о рангах», а не титулу, если лицо состоит на службе.

 

- Вполне, - довольный заданным вопросом, ответил Ал’Берит. - Возвращаясь из Питомника, нам довелось наткнуться на необычайного для этой местности зверька. Нас удивило присутствие на дороге человека бесконтрольного, лишённого хозяина, бесцельно погибающего без айэтора. Удивило настолько, что мы решили поинтересоваться событиями жизни сего человека.

            Говорил виконт медленно, чуть растягивая слова, упиваясь ужасом в глазах йети, ясно читающимся по теперь вполне человеческим глазам. Богомол лишь нервно потирал передние лапки и, видимо по привычке, как змея, время от времени высовывал с лёгким свистом язык.

- И все эти события привели нас к печальному выводу о том, что нынче хозяева и охотники ведут свои дела неправомерно, - голос постепенно становился более резким, - Забывая о предписанных нами правилах и законах.

- Мой повелитель (3), законы незыблемы для меня.

 

(3) Повелитель – обращение к наместнику города до принятия в Аду  «Табеля о рангах». До сих пор в ходу.

 

- И потому был перемещён человек, на котором нет метки? Да ещё и охотником без лицензии?

            Иронично приподнятая бровь заставила богомола переминуться. При его шести лапах, выглядело это внушительно. Демон свирепо посмотрел на йети, уже вернувшего естественный облик.

- У Хрутта есть нужная бумага, Ваше превосходительство, - тупо произнесла гора шерсти сиплым голосом.

Виконт кивнул в сторону Тогхара. Демон подошёл к незадачливому охотнику и вытянул лапу. Откуда у Хрутта возник маленький свиток, Лея не заметила, но тот тут же перекочевал к серокожему слуге. Тогхар подошёл к своему повелителю и, преклонив колено, протянул ему документ.

Брезгливо, будто свиток был грязный, Ал’Берит принял его и развернул. Мимолётный взгляд на содержимое похоже лишь раззадорил благородного демона. Выпустив бумагу из рук, он, вставая, наступил на неё и растёр подошвой сапога. Глаза перестали быть водянисто-зелёными, превращаясь в яркое лиловое пламя. В руке возник огненный кнут. Не сдвигаясь с места, разъярённый виконт нанёс по Хрутту тринадцать сильных ударов. Шерсть от соприкосновения с огнём вспыхивала, источая неприятный запах. Доставляя рваным ранам ещё большую боль.

Богомол так и не шевелился, становясь всё бледнее. У блондинки подкосились ноги, и она упала на четвереньки, отползая немного в сторону. Лея и сама отшатнулась. Йети оставался на том же месте, но его мучительный рёв заставлял шевелиться волосы на голове девушки. После последнего удара Хрутт больше напоминал постанывающий кусок вываленного в обожжённой шерсти кровоточащего мяса. Кнут исчез из руки Ал’Берита, и он невозмутимо снова сел в кресло, возвращаясь к прежней позе. Лишь пнул мимоходом носком сапога свиток в сторону посетителей.

- Не стоило тратить наше время на подделки, Хрутт из клана Худхор, - укоризненно произнёс повелитель и, пристально посмотрев на второго демона, грозно добавил. - Сейчас ситуация обстоит так. Уртго из клана Нирбассов нанимает неквалифицированного сотрудника, не знающего элементарных правил избранного ремесла, пренебрегая нашим законом, указывающим, что хозяин обязан проверить подлинность лицензии. Более того, при перемещении двойного материала его охотником не возник сигнал тревоги. Вы понимаете, о чём это говорит?

            Повелитель сделал паузу и как бы невзначай продолжил:

- Если нарушение проверки разрешения заслуживает строгого наказания, то за всё остальное только одна достойная кара – смертная казнь не ниже второй категории.

- Но... Но… Мой повелитель, возможно лицензия этой презренной твари, и была мною проверена в недостаточной степени. И всё же, в остальном моей вины нет, - бросая негодующий взгляд на Хрутта, быстро залепетал Уртго.

Видимо, в отличие от Леи, суть разговора была ему вполне ясна. Да и значение категорий казней столь хорошо известно, что он предпочёл медленно и тихо как заговорщик, взвешивая каждое слово, продолжить. Само пояснение показалось девушке только что не хаотичным набором фраз. Однако, как она смогла уразуметь, Уртго сам вошёл в ловушку и решительно запер за собой замок, отшвыривая, как ненужную вещь, ключ далеко за пределы досягаемости, ибо Ал’Берит слегка ухмыльнулся и вкрадчивым голосом поинтересовался:

- Имеет ли в виду Уртго из клана Нирбассов именно то, что он сказал? Или желая избежать заслуженного наказания, берёт двойную вину, стараясь оклеветать своего господина и произнося ложь своему повелителю? Известно ли Уртго о каре, что постигнет его, если он сейчас солгал?

- Мне это ясно, мой повелитель. Но слова Уртго правдивы.

            Богомол заикался. Он понимал, что оказался между двух огней. О том, чтобы вернуть своё состояние не могло быть и речи. Всё, что он мог сейчас сделать, это хотя бы сохранить свою жизнь. Хрутту, похоже, и этого было не дано.

Ал’Берит прищёлкнул пальцами, и оба демона стремительно исчезли в резко вспыхнувшем пламени. Блондинка от этого легко вскрикнула и, дрожа, прижалась к стене. Видимо, черепа пугали её намного меньше. Виконт довольно улыбнулся и облокотился на вернувшийся с исчезновением нарушителей законов стол. Поправив перо на подставке, он повернул один из резных дисков на столешнице.

- Кассандра, о прибытии виконта Хдархета уже известно?

- Он только что передал отчёт об исполнении вашего поручения, мой повелитель, - ответил томный женский голос.

- Замечательно. Уведомь его, чтобы он через час зашёл в мой кабинет… И организуй приём на следующий вечер в Чёрном зале. Из приглашённых только хозяева домов развлечений, но присутствие всех обязательно.

- А что делать с людьми, мой повелитель? – спросил Тогхар, замечая, что Ал’Берит уже готов заниматься дальнейшими делами.

Виконт с оттенком любопытства посмотрел на девушек, как будто только заметил. Видимо их испуганные глаза и подгибающиеся от жутких событий колени настолько идеально вписывались в интерьер его кабинета, что он перестал обращать на них внимание. Лея затаила дыхание. Было ясно, что ничего хорошего здесь ждать не могло.

- Время у меня ещё есть.

            С этими словами Ал’Берит вышел из-за стола и подошёл к блондинке. Краем указательного пальца приподнял её подбородок, заставляя посмотреть ему в лицо. Карие глаза девушки сверкали от слёз и были полны страха и безумного отчаяния.

- Вполне в моём вкусе, - затем он провёл по кончикам светлых прядей рукой, и вернулся за стол. - Но вот короткие волосы раздражают. Тогхар, если твои мальчики желают подзаработать, то могут через дюжину или две дней продать их. Нас ожидает существенное сокращение охотников в самое ближайшее время, а, значит, цены на людей стремительно увеличатся… Если же такого желания нет, то просто уничтожь их.

- Ваши слова удовольствие для меня, мой повелитель, - Тогхар поклонился, а затем обратился к демону, стоящему за спиной Леи. - Роххар, займешься продажей. Отведи людей пока в общину, а через полторы дюжины дней подыщем им хозяина.

- Будет исполнено, Кхал.

Часть 1. Главы:

Часть 2. Главы:

Часть 3. Главы:

АВТОР В СОЦСЕТЯХ

  • Vkontakte Social Icon

© 2015