Главы:

Глава шестая

 

- Нельзя поверить в невозможное!
- Просто у тебя мало опыта, - заметила Королева. – В твоём

 возрасте я уделяла этому полчаса каждый день! В иные дни я

успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака!

 

Льюис Кэрролл "Алиса в Зазеркалье"

 

День пятый. Первый час по полудню

 

Сборы вещей прошли очень быстро, но показались Инге неким чрезвычайно гадким занятием, напрочь лишаюшим очарования весь последующий день. Одно дело складывать приборы, папки, рабочие документы. И совсем иное очищать полки и ящики номеров от того, что принято называть личными вещами. Действо напоминало обыск, с той лишь разницей, что содержимое мебели не скидывалось на пол словно хлам, а заботливо перебиралось и укладывалось в коробки. Чтобы в дальнейшем не возникло путаницы, каждую из них Инга помечала именем владельца. И каждая надпись резала её душу противным ощущением, словно бы кто-то проводил металлом по стеклу.

            «Хорошо ещё, задействовано много людей, и длиться этому недолго», - в очередной раз думала девушка, прежде чем вывести на картоне имя.

            После того, как все вещи оказались собраны, запечатаны и сфотографированы, сотрудники охраны приступили к их перевозке на склад ближе к порту. А Инга, получив официальное разрешение удалиться, так как далее её присутствие переставало быть столь необходимым, решила прогуляться по городу и подышать свежим воздухом. Конечно, пройтись при этом она рассчитывала и с более серьёзной целью. В её планах было добраться до пристани и узнать о ближайшем рейсе. Жаловаться Владыкам, дабы получить разрешение вновь посетить Храмовые Сады, казалось делом абсолютно бесперспективным. Поэтому такой вариант девушка даже не рассматривала, оставив его на случай, если бы корабли прекратили движение разве что на несколько дней.

- О! Какая удачная встреча! – довольно сказал какой-то местный мужчина, протирая губы салфеткой и вставая из-за углового уютного столика на открытой веранде одного из кафе.

- Владыка Остор, - к своему сожалению узнала говорившего Инга.

- Прошу вас присоединиться ко мне, - радушно пригласил он, и девушка нехотя присела на стул напротив него. - Как раз подумал, что стоило бы встретиться с вами, ибо обстоятельства несколько изменились. И тут же вижу вас. Очень удачно!

- Не сомневаюсь, - вяло ответила она.

            По всей видимости Владыка действительно оказался настолько доволен случайностью, что даже пришёл в лёгкое расположение духа. Увы, их настроения не совпадали.

            Абсолютно.

- Не желаете чего-либо? Чай? Кофе?

- Нет. Благодарю, - решила отказаться девушка, однако тут же передумала. Общаться с неприятными людьми, когда держишь что-нибудь в руках - значительно легче. – Хотя, погодите. С удовольствием выпила бы стаканчик холодного чая без сахара.

            Остор знаком подозвал скучающего официанта и дополнил заказ. Инга же осмотрелась по сторонам.

            Ресторанчик был самым обычным для Острова. Об этом говорила уютная, почти что домашняя обстановка, которую создавали красно-зелёные клетчатые скатерти, пёстрые цветочки в вазочках и прочие мелочи. Никакой излишней помпезности не наблюдалось. Скорее наоборот. Даже для традиционного интерьера очевидно потёртая мебель да глиняная грубая посуда без рисунка выглядели неряшливо. Такие явные нюансы должны были бы отпугивать большинство туристов и состоятельных лиц. Странно, что подобное заведение предпочёл Владыка. Уж ему-то наверняка были известны места и получше.

            Может, ресторанчик для него был чем-либо памятен?

- Так о чём вы хотели поговорить? – решила подтолкнуть к разговору вынужденного собеседника Инга. Тот явно удивился вопросу и с улыбкой заметил:

- Насколько мне известно, вы вчера не сумели отплыть.

- Во всяком случае далеко, - отшутилась девушка и прищурила глаза от невероятно нагло ясного солнца. На небе не было ни единого облачка, способного хоть на миг перекрыть слепящие лучи. - Но вроде погода вернулась в норму…

- К сожалению, не вполне, - серьёзный голос и углубившиеся морщины на переносице позволяли понять, что дела с климатом обстояли не очень-то хорошо. - Сам Остров буря, можно сказать, обошла стороной. Но что творилось и творится в округе… Мы словно светлое пятно в кольце стихии!

- Но это же не навсегда?

- Само собой. Однако прогнозы говорят, что это природное буйство продлится ещё минимум дня четыре. Так что, в каком-то смысле, все, кто оказался здесь – пленники.

- И многих это не устраивает, - тут же поняла Инга.

Туристами на Острове становились очень богатые и влиятельные особы. А у них зачастую дни были расписаны даже не по часам, а по минутам. Оставить такое количество подобных людей в своеобразных заложниках погоды казалось сродни мировому заговору. А несчастным Владыкам Острова оставалось лишь, наверное, широко разводить руками, вежливо дипломатично улыбаться и с сочувствием произносить банальные фразы извинений…

Ей принесли чай. Он оказался почти ледяным, но в такую жару это обстоятельство только радовало.

- Конечно... Во всяком случае, меня точно не воодушевляет сложившаяся ситуация! – Остор даже открыто усмехнулся, прежде чем продолжить. - С вами же и вовсе отдельная история. С одной стороны вы наша гостья. И, разумеется, как и остальные гости Острова, заслуживаете соответствующего гостеприимства. С другой – ваш исключительно серьёзный проступок...

- Честно! Никак не могу вспомнить, что заставило меня в прошлый раз нарушить ваши правила! – выпалила Инга и тут же смутилась.

            Прежде всего, она перебила собеседника, да ещё и высокого ранга. А, во-вторых, очень сложно выслушивать упрёки в чём-либо, что, если верить самой себе, вообще никогда не происходило.

            Её фраза заставила Остора тяжело вздохнуть. И она, посчитав это за некий благой знак, решила использовать свой шанс и «ковать железо, пока горячо».

            «Ты должна прийти в Храм», - сказала старуха во сне.

            Эта фраза не отпускала. Быть может, самым лучшим было бы действительно посетить Сады, да воочию увидеть жриц? И когда ничего не произошло бы, то покинули бы и кошмары?

- Если на чистоту, то я бы очень хотела посетить небесные острова вновь, - сказала девушка твёрдо, но, увидев заискрившее гневное возражение в стальных глазах Владыки, поспешно добавила: - Безо всякого оборудования.

            Гнев явственно усилился, несмотря на замечание. А потому она уже тихо и смиренно произнесла:

- Если вы позволите, конечно.

- Вообще-то, я имел ввиду, что вам стоило бы всё-таки посетить доктора и провести заключительное обследование, раз уж произошла такая вынужденная задержка. Согласно анализам токсины вывелись. Однако ваше поведение сохраняет нестабильность, свойственную разуму, подверженному некой вымышленной идее… Хотелось только объяснить тактичнее, нежели вышло.

- А, - многозначительно протянула Инга, чувствуя себя глупее некуда. Она покраснела до кончиков волос, и не нашла ничего лучше, как сбивчиво замямлить: - Просто слышала, что для тех, кто не смог отплыть…

- Было бы довольно странно дозволять именно вам подобное посещение! - на этот раз Остор сам перебил собеседницу.

- А если я прослежу? Привет, Инга! - вставил своё слово Риэвир, без приглашения пододвигая к столику ещё один стул и присаживаясь.

            Девушка от испуганно вздрогнула. Остор только со спокойным осуждением посмотрел на брата, как если бы подобное внезапное появление было запланировано и отрепетировано уже много раз… Хотя… Он же сидел к тому лицом! А, значит, приход Риэвира не носил для него такого же эффекта неожиданности как для неё.

- Разве что до верхней площадки. Мост она не должна переходить ни в коем случае. И ты прекрасно знаешь причину.

            Брошенный Остором колкий взгляд показался Инге многозначительным. Но был ли это намёк на её проступок или же что-то ещё?

            Девушка насторожила ушки, превращаясь в слух.

- Это правила Владык, - легкомысленно отмахнулся парень и фривольно откинулся на спинку стула. Он явно был младше, занимал должность ниже, но вёл разговор с братом как равный. - На небесных островах распоряжаются жрицы. И они совсем не стали бы возражать её присутствию.

- Поэтому она и не перейдёт черту, ограничивающую Остров от их земель. Здесь действует наш закон. Он должен быть соблюдён. И на то есть существенные причины, - Владыка говорил сухо и категорично. Однако под конец своих слов кисло поморщился и эмоционально воскликнул: - Мать имеет слишком большое влияние на тебя!

- Просто я умею выслушивать обе стороны, прежде чем делать некие выводы. Это весьма полезное свойство.

Внешний вид Остора говорил, что тот был серьёзно огорчён. Инга не знала истинную причину его глубокого расстройства, и всё же легко осознала сколь небрежная реплика Риэвира прилюдно подрывала авторитет брата. Не было ничего удивительного, что разговор продолжился внешне в том же размеренном тоне, но в воздухе повисла тяжёлая напряжённая атмосфера.

- Думаешь, мне неизвестны иные домыслы?

            С этой фразой Инга ощутила себя совсем лишней, но и покинуть место событий было превыше её сил. Девушкой двигало не простое любопытство. Скорее личный интерес. Среди этих слов она очень хотела услышать именно то, что хотела бы услышать. Однако…

- Апчхи! – прикрывая рот ладонью, невольно чихнула Инга, привлекая к себе повышенное внимание собеседников, и, чтобы скрыть смущение, уткнулась носом в чашку. Простуда таки обошла её цветущий организм стороной, хотя всё равно оставила свой след в виде небольшой слабости и вот таких неуместных чихов.

- Будьте здоровы, - почти одновременно произнесли мужчины вежливую фразу, и их плечи расслабились.

- Я предлагаю закончить этот диалог сейчас, ибо моё мнение и мнение остальных Владык по этому делу единогласно, - сказал Остор.

- Единое мнение не гарантирует непреклонную истину. Так что я бы вернулся к этому разговору несколько позже, - мягко улыбнулся брату Риэвир, решительно не желая сдаваться.

- Если только тебе нравится разбивать свой упрямый лоб о стену разумных доводов и рациональности, - вскользь заметил Владыка. Однако стало понятно, что при гостье дальнейшего обсуждения не последовало бы.

            Затем он высокомерно сделал небольшой глоток из своей чашки и поморщился. Положив ещё кусочек сахара и начав помешивать содержимое, Остор попутно поинтересовался у Инги:

- Так вы намерены последовать моему совету?

- Вы о докторе? – уточнила она.

- Само собой.

- Пожалуй, в связи с полным провалом моих рабочих исследований, вряд ли я могу финансово позволить себе подобные посещения. Это не входит в страховку. Да и самочувствие у меня превосходное.

- О расходах в данном вопросе вы можете не беспокоиться. Как я и говорил ранее, ваша вынужденная задержка, вносит свои коррективы.

- Если дело только во врачебной отметке: «Полностью здорова» в истории пациента, то ещё вполне можно успеть на приём! - посмотрев на наручные часы, произнёс Риэвир и улыбнулся Остору, как если бы шутил. Тот продолжил сохранять беспристрастное выражение на лице, однако чувствовалось, что внутри он был мрачнее тучи.

            …Даже той, что заволокла небеса вчера ночью.

- Проводить тебя? – через несколько секунд спросил парень, понимая, что брат вознамерился никак не реагировать на присутствие больше.

- Давай!  

            Инга согласилась не столько от того, что ей вновь захотелось попасть в больницу, сколько, чтобы быстро и достойно прекратить вынужденную встречу. Она искренне надеялась, что как только кафе скрылось бы из виду, то нашла бы подходящий повод покинуть компанию спутника. Хотя бы для того, чтобы вернуться в номер и отписаться мужу. Она ведь пока так и не добралась до ноутбука.

- Тогда пошли… Ты ведь не против, что мы тебя покинем, Остор?

            Владыка снова предпочёл сохранить молчание и продолжил медленно помешивать крошечной ложечкой свой напиток. Девушка залпом допила чай. Риэвир тем временем встал и, зайдя за её спину, положил руки на спинку стула.

- Спасибо, - сказала ему Инга, так как молодой островитянин отодвинул стул, когда она начала подниматься с места.

            Подобный этикет казался редкостью в современном мире, и девушка считала нужным всецело поощрять такие порывы словом, взглядом или улыбкой. Как-то, когда Инга ещё только начала встречаться с Антоном, она в какой-то момент упрекнула его, что тот был недостаточно галантен. К её удивлению будущий муж откровенно засмущался, но всё-таки признался, что… просто напросто стеснялся. Однажды ему довелось открыть перед женщиной дверь, чтобы ту пропустить, а в ответ он получил только презрительный упрёк: «Что я больная какая, что справиться не могу?!». После этого проявлять вежливость для него стало очень сложно.

- Хорошего вам дня, - обратилась к Остору Инга на прощание, расправляя подол платья.

            Владыка, наконец-то отложив столовый прибор, поднёс чашку к губам, сделал глоток и удовлетворённо кивнул. После чего, решив хоть как-то придержаться этикета, фамильярно помахал рукой. Вести нравоучения брату в присутствии посторонних он не собирался, а потому лишь желал спокойно продолжить свой обед.

- События вечера уже не кажутся столь противными? – спросил Риэвир в продолжение разговора, когда они покинули веранду. Инга ему улыбнулась.

            Что такое свирепая буря по сравнению с её «замечательными» снами?

- Совсем.

- Это плохо, - огорчился парень, вызывая её удивление.

- Чем же?

- Значит, у меня не получится поднять тебе настроение так, как хотелось, - он заговорщицки весело подмигнул. И она, пусть и не понимала почему, но действительно испытала неподдельное чувство интереса и авантюризма.

- А может и выйдет. Что ты задумал?

- Для начала нужно свернуть за угол, - он жестом предложил ей взять его под руку, и Инга решила ему подыграть, хотя пару они составляли странную. Потёртая одежда Риэвира выглядела готовой вот-вот пойти на тряпки и никак не сочеталась с её нарядным платьем.

- А дальше?

- Предлагаю тебе вместо общения с занудным доктором прогулку верхом в одно интересное местечко.

 

День пятый. Ближе к трём часам дня

 

- Ты уверен, что это не доставит ни тебе, ни мне проблем? – уже достаточно сильно нервничая, обратила внимание спутника на вероятность неприятностей Инга.

            То, что изначально показалось ей такой прекрасной задумкой, расписываемой Риэвиром как великолепное приключение, за последние пятнадцать минут полностью утратило свой блеск и великолепие. Её и так выгоняли с Острова за нарушение внутренних правил. Стоило ли столь безрассудно нарушать их ещё раз? Да ещё и определённо сознательно!

- Тебя всё равно на Остров больше не пустят. А какое более суровое наказание здесь ещё смогут выдумать для туриста? – словно читая её тревожные мысли, беззаботно и легкомысленно ответил парень. - А обо мне беспокоиться глупо.

- И всё равно… Это как-то…

- Ты хочешь посетить Поднебесье или нет?! – внезапно рассердился он и грозно посмотрел на неё.

- Хочу! – утвердительный ответ никак не соответствовал внутреннему настрою. Сомнения разрывали Ингу на части.

- Тогда хватит колебаться!

            Он слез с коня и помог ей спуститься. После чего уверенными движениями привязал поводья к специальному столбику у ажурной беседки под недовольным взором девушки-проводника. Та выглядела очень напряжённо и даже бросила несколько сердитых слов Риэвиру на родном языке. Он что-то ответил в привычном шутливом и легкомысленном тоне. Экскурсовод театрально тяжело вздохнула и с излишним драматизмом уткнулась в толстую книгу.

- Я несколько изменил расписание, а Тийритэ не сообщили, - шепнул Риэвир насторожившейся Инге. - В результате последний автобус преспокойно стоит в гараже. И теперь, чтобы вернуться в город не на своих двоих, ей предстоит дожидаться, когда вернётся какая-либо из групп. Стийер ради неё одной не сдвинется с места.

            Парень кивком головы указал на стоящий на стоянке транспорт, водитель которого то ли дремал, то ли старательно делал вид, что дремлет.

- Ясно, - ответила она и почувствовала, как спало внутреннее напряжение.

            Затем они подошли к Небесной Галерее. Инга погладила рукой перила-канат и подняла взгляд от крепких деревянных планок. Виднеющееся вдали пространство Лилового Небесного Острова манило.

            Удивительно…

            Девушка всегда боялась высоты, но… тот трепет, что она испытывала сейчас, был совсем иного свойства.

            Восхищение!

            Да! Это было именно оно!

- Я опять без фотоаппарата, - вдруг с горечью осознала многострадальная туристка, и глазами, полными искренней печали, жалобно посмотрела на спутника.

- Тийритэ, - ласково обратился Риэвир к девушке-экскурсоводу и подошёл к той ближе, ослепительно улыбаясь. - Не поверю, что ты сегодня без своей любимой игрушки! Одолжишь?

- У меня там много снимков. Личных, - язвительный холодный взгляд, брошенный на парня, говорил о многом.

- Похоже, этим ты только меня заинтриговала! - звонко рассмеялся он, и проводница, едва сдерживая собственный смех, сняла ледяную маску.

- Так что мне мешает и дальше поддерживать твоё любопытство?

- Быть может… Моя просьба?

            Риэвир дополнил ответ несколькими непонятными певучими словами. Повисла небольшая пауза, но золотоглазая девушка скромно поправила длинные густые чёрные волосы и, вздохнув с грустью, всё же достала из своей сумки фотоаппарат, явно предназначенный не только для любительской съемки.

- Ты прелесть!

- Конечно, - буркнула она в ответ и снова взялась за чтение, театрально принимая огорчённую позу.

- Вот видишь. Достал! – шёпотом восхитился самим собой Риэвир, игриво показывая Инге новоприобретённый «трофей» и, не обращая внимание на разыгрываемый для него в беседке спектакль, сказал: - Так что пошли. До заката нам обязательно надо вернуться.

- Молодец, - похвалила его Инга и осторожно поинтересовалась. – А почему именно до заката? Что происходит здесь по ночам?

- Ночи предназначены для снов.

            Мягкая улыбка Риэвира давала понять, что большего она бы не добилась. Поэтому ей пришлось всё же ступить на воздушный мост. Липкие ладони тут же мёртвой хваткой вцепились в поручни, но показывать свои страхи при Риэвире ей не хотелось. Девушка постаралась идти достаточно быстро и уверенно, однако на середине пути расшалившийся ветерок решил сыграть свою шутку, слишком сильно приподнимая подол воздушного платья.

- Это не смешно! – ответила Инга на пронзительный смех Риэвира.

            Конечно, со стороны это действительно должно было бы выглядеть забавно. Правила приличия требовали придержать расклешённый низ, задравшийся неприлично высоко, а инстинкт самосохранения – оставить ладони на месте. В итоге получалось нечто похожее на взмахи крыльев. Только руками.

- А, по-моему, очень даже. Ты же вот-вот взлетишь! - не прекращал смеяться тот.

- Изверг!

- Отчего же? Я могу и помочь!

            Его ладони легли на её бёдра, а тело достаточно близко прижалось. Конечно, теперь платье никуда не стремилось убегать, но продолжать путь через мостик в такой композиции… Окончательно задвинув свой страх высоты в самую глубь души, Инга решительно стряхнула мужские руки с сокровенного, крепко прижала платье и безо всякой опоры быстро пошла вперёд. Равновесие стало удерживать значительно тяжелее, зато мостик кончился невероятно быстро.

- Ну ты, - грозно начала обличительную речь девушка, как только ноги ступили на землю, и она наконец-то смогла нормально обернуться.

- Я же хотел помочь! – по-ангельски невинное выражение на лице Риэвира разозлило её ещё больше.

- Нахал!

- А что такого? Во время поездки верхом, ты была ко мне значительно ближе.

- Ты надо мной издеваешься!

- Само собой. Тогда ты начинаешь весьма забавно себя вести.

- А вот больше не буду! Хочешь потрогать. Трогай!

            В ярости она сделала шаг ему навстречу, оказываясь в непосредственной близости, и провела ладонями вдоль тела. Глаза Риэвира отразили на миг неподдельное удивление. А дальше Инга ничего не смогла в них рассмотреть, ибо самоуверенный островитянин обнял её за талию и поцеловал в губы. Нежное прикосновение вызывало неповторимый трепет. Девушка почувствовала, как если бы через всё тело прошёл ток, призывающий прижаться к мужчине. Она даже положила ладони ему на плечи, как перед внутренним взором возникло серьёзное и спокойное лицо мужа.

            Вся страсть тут же исчезла.

- Ты чего?! – воскликнула Инга, вместо объятий отталкивая парня.

- Ну, а как ещё можно было реагировать на твоё предложение? – судя по внешнему облику Риэвира, он и сам оказался несколько растерян от собственного поступка.

- Не знаю, - ответила девушка, нервно поправляя подол платья, и высказала изначально ожидаемый результат. - Смутиться и извиниться, наверное?

- Прости.

- И пообещать, что больше не станешь делать подобного, - настойчиво дополнила она.

- Невыполнимые обещания не даю! - гордо и несколько обиженно заявил собеседник. После чего снял крышку объектива с фотоаппарата. - Зато могу сделать фотографии. У меня неплохо получается.

            «И как же мне тебе позировать?» - чуть не сорвался у Инги с языка язвительный вопрос, но не стоило провоцировать на конфликт спутника, благодаря которому удалось преодолеть контроль на тропе. Охрана откровенно не желала её пропускать. Поэтому, в порыве благоразумной благодарности, она просто примирительно прислонилась к дереву и улыбнулась.

- Готово, - довольно сказал Риэвир и тут же ойкнул.

- Что случилось?

- Да, так. Поцарапался о шип, - вроде ничего необычного не произошло, но голос парня прозвучал весьма удивлённо. Как если бы такая мелочь выходила за рамки принятого бытия.

- Больно?

- Не особо, - ответит тот и перевёл разговор на другую тему. - Ещё где запечатлеть тебя?

- По дороге видно будет, - не задумываясь, отмахнулась Инга. - Лиловый остров я хорошо помню, поэтому хотелось бы посетить именно Храмовые Сады. Времени то до вечера не так уж и много.

- Хорошо. Как раз хотел тебя поторопить именно с той же целью. Побывать на небесных островах и не посетить сам Храм - кощунство!

            С этими словами Риэвир повесил себе на грудь фотоаппарат. Такая простая вещь придала ему сходство с обычным туристом. Но очень поверхностное. Невероятно красивая и своеобразная внешность жителей острова, позволившая выделить тех в отдельную расу, не давала толком сосредоточиться на таком банальном образе.

 

            Они достаточно быстрым шагом последовали ко второму острову, задерживаясь только по настоянию Риэвира, чтобы сделать фотографии. Виды, загораживаемые Ингой в различных позах, действительно стоили кратких остановок. А длительных они не совершали. Девушке дорога давалась легко. Её спутник к пешим переходам был привычен с детства… Вот только с ним постоянно происходили мелкие неприятности! То он спотыкался о корень дерева, то поскальзывался на листве, а уж когда пролетающий ворон отметил его одежду белым пятном испражнений, парень просто-напросто смачно выругался на местном таинственном языке. Само собой, что слов Инга не поняла, но интонации убедили её в собственном выводе о матерщине раз и навсегда!

- Да что ж такое! – закончил Риэвир свою гневную тираду на английском. 

- Либо к деньгам, либо бог наказывает, - довольная от произошедшего, произнесла она и, не сдержавшись, открыто рассмеялась. Её смех не стихал, пока островитянин не стал раздражённо снимать с себя рубашку. - Хочешь так пойти что ли?

- Смущаю?

- Нет, - уверенно солгала девушка.

            Рельефный и в меру мускулистый торс определённо притягивал женский взор. Спортивных подтянутых парней не так уж часто можно было встретить в повседневной жизни, а не в спортзале. И уж когда мышцы не наигранно качались для привлечения внимания, а были просто полны природной силы…

            Она почувствовала, что электрическая искра, пробежавшая за время короткого поцелуя, готовилась разгореться вновь, и заставила себя думать на более приличествующие темы.

- Просто… В Храм идём всё же.

- И? – казалось, не понял Риэвир.

- Ну, так там жрицы. Непристойно как-то.

- Чем? Почему вид человеческого тела должен быть неприличным? Тем более что я всё ещё в брюках, - он недовольно и с подозрением осмотрел ближайшие ветви деревьев, но птиц по близости вроде бы не было больше. Инга же подумала, что стоило вспомнить о пословице: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят». И, пожав плечами, последовала за спутником по левой тропе у развилки с камнем.

- В прошлый раз я пошла по правой, - задумчиво сказала она.

- Выходит, твоя сумочка где-то в той стороне?

- Возможно. Я тогда заблудилась… Хотя, если верить твоему брату, то я до сих пор путаю реальность с воображением. Даже это могло мне уже только мерещиться!

- Не переживай! Тебе что-то померещилось. Ты кому-то померещилась. И что мы все, как не чей-либо сон? – он ей подмигнул и уже более серьёзно добавил. - Ребята знают о твоей пропаже. Но пока никто сумку не увидел. Может, хоть какие-нибудь подробности расскажешь? Вдруг запомнила что приметное?

- Попробую, - согласилась Инга, углубляясь в собственные воспоминания. Наиболее ярким моментом в них являлись мёртвые твари, но она благоразумно не стала озвучивать ничего про них. - Я сумку потеряла у края небольшой поляны. Там деревья такие здоровые были и, вроде как, ручей. На саму дорогу как-то вообще не скоро выбралась. Так что возле самых троп искать, наверное, бесполезно.

- Во даёшь, потеряшка! Неужели и правда кроме деревьев и ручья нечего вспомнить?

- Увы, но нет. Я вообще плохо ориентируюсь даже в знакомых местах.

- Значит, ты воистину мастер блужданий. Профи своего дела! – искренне восхитился Риэвир и с сожалением произнёс. - Мне бы так. Я здесь уже давно каждый укромный уголок знаю.

- Тогда тебе надо на другой континент.

- Нет. Моё место здесь.

            Голос островитянина прозвучал с некой тоской, но твёрдость слов подсказывала, что не ей было его переубеждать. Поэтому Инга спросила:

- И далеко до Храма идти?

- Не особо. Если не снизим темп, то чуть более получаса.

- Вы не задумывались об аренде велосипедов на самих небесных островах? Или каких-нибудь небольших машинках, вроде как для гольфа? – измученным голосом простонала она.

Ей казалось, что за последние дни довелось пройти не меньше, чем за все свои предыдущие годы жизни. Семейные походы давно остались в прошлом, да и были они просты. Поездка загород на электричке, пара часов блужданий по утоптанной тропинке и запыхавшаяся мама объявляла на понравившейся полянке привал, расстилая огромное покрывало. Короткие романтические прогулки по паркам в более зрелом возрасте быстро завершались желанием перекусить в ближайшем кафе. А городской суетливый темп предлагал превосходную альтернативу ходьбе в виде всевозможных быстрых видов транспорта, да и горожане по вечерам, вместо блуждания по улицам, устремлялись в специально для того и созданные фитнес-клубы на беговые дорожки.

- Тогда можно было бы не сам Остров посещать, а фильм про него посмотреть. У вас же технологии такие, что чуть ли не полный эффект присутствия!

- Это не то.

- Верно. Чтобы насладиться и вкусить всё окружающее пространство – нужно пройтись своими ногами, прикоснуться собственными руками, вдохнуть иной воздух, прислушаться к сердцу… Зрение – лишь одно из чувств, помогающих воспринимать мир. И оно далеко не самое важное.

- То есть всё это только ради самих же туристов? – скептически отнеслась к услышанному Инга.

- Конечно!

- Ну, вы и… - начала было она, намеренно напоказ поправляя фильтр в ноздре, но Риэвир невозмутимо продолжил, как будто бы и не слышал её слов:

- Тем более так меньше вероятность, что кто-либо упадёт с обрывов. А то от восторга и страха у многих голова кружится. Так что статистика предотвращённых несчастных случаев не позволяет.

- Статистика, - фыркнула девушка. – Самое бредовое знание.

- И это говорит мне учёный? – удивился парень. - Мне казалось, что наука и создана, чтобы классифицировать всё и вся на свете.

- Да. Просто чаще всего для таких классификаций люди готовы надуманно придумывать критерии и под них строить свою схему. И абсолютно не учитывают другие нюансы.

- Не особо понимаю, о чём ты.

- Давай на примере. Вот, скажем, что статистика гласит – восемьдесят процентов женщин любят танцевать вальс. И что? Разве если ты пригласишь десять разных девушек, то только две откажутся что ли?

- В смысле кто-то откажется? – деланно надулся Риэвир.

- Я пытаюсь сказать, что кто-то сделал опрос и успокоился. Разве стал бы он учитывать социотипы? Или жизненный опыт? Уровень образования? Настроение? Хобби этих женщин?

- Вряд ли.

- Тогда что даёт эта информация? Что какому-то исследователю повезло наткнуться на женщин, обожающих танцевать? Потому что если сменить исполнителя, то цифры станут иными. И поэтому я и считаю, что статистика - не более чем псевдознание.

- Это я понял… Но неужели и правда восемьдесят процентов женщин вальсировать предпочитают? – задал свой вопрос собеседник по этой тираде с максимальной заинтересованностью в голосе.

            Девушка лишь горько вздохнула и замолчала. Ноги гудели. Похоже, это стало для них уже привычным состоянием. Так что следовать напутствию Риэвира и ценить красоту момента именно соприкосновением ступней к каменистой почве – не получалось. В остальном же островитянин вполне казался правым. Ласковый лёгкий ветерок, приносящий вместе с дуновением нежный аромат цветов, обволакивал и кружил голову воздушным счастьем, несмотря на надетые фильтры. Терпкая кора деревьев, эластичная и шершавая одновременно, оставляла крошечные кусочки пыли и трухи на перчатках. Бархатные лепестки подаренного простенького (и по уверениям безопасного) цветка между пальцев дарили ощущение восторга, как и его переливающаяся серебристо-голубая пыльца, осевшая на платье.

            Можно делать фотографии. Можно изумляться красоте картинок. Но неподдельный восторг и восхищение остались бы именно с тобой, а не достались кому-то. Только ты сам, глядя на цветное изображение, смог бы унестись мыслями в это загадочное где-то и вновь, опираясь уже не на зрение, а на память всего тела, перенестись. Вернуться. Пройтись по знакомым тропам. А, открыв глаза, восхищённо и взволнованно прошептать собеседнику: «Это было настолько прекрасно, что невозможно описать человеческими словами». И действительно. Некоторые моменты нельзя передать. Как объяснить восторг, охватывающий тебя, когда ты радуешься под проливным дождём и подставляешь лицо ниспадающим тяжёлым каплям? Или, обжигая руки, перекидываешь почерневшую печёную картошку из ладони в ладонь, а потом ешь с крупной солью, пачкая углём и лицо, и одежду?

- Задумалась? – спросил Риэвир, попутно делая тайком ещё одну её фотографию.

- Немного.

- И о чём думы?

- О жизни. Памяти. Ощущениях… Сложно объяснить всё, что пронеслось у меня сейчас в голове.

- Достаточно тяжёлая тема, судя по всему. Пожалуй, надо тебя как-то растормошить.

- И что ты для этого намерен предпринять?

- Вполне могу указать и цель. Мы почти у Храма. Видишь? - он указал ладонью немного в сторону. - Там строение на холме.

- Вижу, - ответила Инга.

            На самом деле, «строение на холме» было не вполне точным определением. Скорее - внутри холма. Части Храма Судьбы порой словно вырывались на поверхность, чтобы возвыситься. А местами скрывались под валунами, да зеленью трав и кустарников. Казалось, здание в какой-то момент решило само по себе вырасти из-под земли, образуя некий болезненный нарыв на поверхности, но до конца так и не смогло выйти наружу.

            Инга даже удивилась собственному сравнению, но величие невысокой постройки из огромных тёмных влажных глыб камня, покрытых мхом, вызывало ассоциации только с некой кровоточащей язвой на теле больного.

            Она встряхнула головой…

            И откуда только такие мысли?

            Это же словно обитель Гайи! Кладка смешивалась с перевитыми стволами деревьев, на коре которых, как стало видно вблизи, проступали непонятные узоры и символы. Огромный пруд, почти озеро, располагающийся по правую руку, искрился божьей благодатью под ярким солнцем. Блики воды были схожи с алмазами, и их свет отражался в серебристой траве и изумрудной листве, делая последнюю почти прозрачной, как тонкое стекло. Казалось, стоило взять такой хрупкий хрустальный листочек и посмотреть чрез него, как стало бы возможно увидеть таинственный и загадочный Изумрудный Город…

- Мы войдём внутрь?

            От перехватившего дыхание восторга Инга едва оторвала взор, чтобы посмотреть на спутника. Тот выглядел как-то заворожённо. Словно бы он чувствовал тоже, что и она сама, хотя, наверняка, видел Храм тысячи раз! Ей даже пришлось дотронуться до его предплечья, чтобы обратить на себя внимание. Риэвир сразу улыбнулся, действительно с трудом переводя взгляд своих светлых серых глаз на девушку.

- Конечно. Разве не для этого мы здесь?

            Первым испытываемым чувством, когда они прошли притвор, стало незабываемое волнение от огромного пространства овального зала, в центре которого бил небольшой скромный фонтанчик в низкой каменной чаше, покрытой синеватым мхом. Хрустальная вода, против обыкновения, при этом, по всей видимости, не циркулировала, ибо уходила по узким каменным желобам, образующим некий замысловатый рисунок на полу. Потолка не было. Его заменяла бурная переплетающаяся растительность. В результате солнце проникало сквозь пушистую листву, давая естественное освещение, и, при этом, внутри царили лёгкие сумерки и приятная нежданная прохлада. По краям, видимо чтобы избежать непогоды, располагались неглубокие уютные ниши, чем-то схожие с каменными беседками. Стены украшали древние мозаичные картины пастельных оттенков. На них большей частью изображались величественные строения на небесных островах. Как если бы существующие оказались лишь скромным осколком некоего иного величественного целого.

Никакого алтаря не наблюдалось, хотя Инга предвкушала увидеть именно его. Но, собственно, зал вообще никак не походил на тот, что представлялся её воображению. Здесь не было высоких мраморных колонн, вычурной позолоты отделки, сводчатых разукрашенных потолков или иных типичных для такого помещения украшений. Лишь невысокий подиум напротив входа намекал на то, что здесь могли происходить какие-либо службы, и это здание Храма.

- Ни статуй. Ни ликов на мозаике, - удивлённо прошептала девушка и произнесла уже громче. - Странная какая-то у вас религия.

- Разве у Судьбы и Времени есть какое-либо лицо? Это у вас непонятно почему поклоняются людям.

- Не людям. У богов просто облик такой. Но иногда они имеют сходство и с животными. Например, как боги в Египте или Ганеша в Индии. Главное, что они великие. Имеющие силу творца. Они создали мир!

- Нашла благодетелей! - фыркнул Риэвир и кисло поморщился, как если бы Инга наступила на его «любимую» мозоль.

- А что не так-то?

- Да мало ли какая цель стояла изначально у такого творца? Каким образом вообще мир у него получился? – голос парня прозвучал даже несколько сердито. - Я вот создам замок из песка и закину туда муравьев. Понаслаждаюсь получившимся, а потом возьму - и растопчу ногой! Просто так. И что? Такому безрассудному творцу поклоняться только потому, что у него сила есть?

- А почему ты решил, что всё именно так? – непонятно из-за чего, но Инга не на шутку разозлилась на объяснение.

- Потому что, только ставя всё под сомнение, можно увидеть осколок истины. Вот такусенький, - островитянин поднёс ладонь на уровень лица и почти соединил большой и указательный палец. В оставшееся между ними пространство могла бы поместиться разве что хлебная крошка.

- Только той, что тебе хочется узреть, - фыркнула девушка. - Что бы там ты ни ставил под сомнение, но склоняться станешь в сторону, которая тебе интересна и притягательна. Иначе нужно быть абсолютно беспристрастным существом. А если таким стать, то не вижу смысла вообще до какой-либо истины докапываться!

- Тогда, быть может, стоит просто жить, дети? Радоваться окружающему и стараться сохранить его для взоров тех, кто придёт после нас? - послышался знакомый хриплый и несколько скрипучий старческий голос.

            Мурашки пробежали по коже Инги, когда она всмотрелась в лицо незнакомой старой женщины в чёрном одеянии жрицы. Полупрозрачные серые глаза и тонкую желтоватую кожу нельзя было не вспомнить. Это была та самая ведьма из сна, что схватила её за голову!

Но разве сон мог быть реальностью? Может, просто видела ту где-то мельком? Не зря же говорилось, что человеку снятся только те люди, которых он когда-либо в своей жизни уже видел!

- Прошу прощение, что вмешалась в ваш разговор, - проскрипела между тем женщина и подошла ещё ближе.

- Ничего. Добрый день, мама, - обрадовался той Риэвир и крепко обнял. Его сильное тело и обнажённый торс резко контрастировали с суховатой фигуркой, закутанной в чёрную ткань. Жрица скорее походила на его бабушку нежели на мать…

…А ещё больше на традиционное представление смерти! Не хватало в её руках, правда, сельского реквизита, называемого косой.

- Ясного сна вам, дети! - достаточно радушно ответила та, поправляя свои растрепавшиеся пряди седых волос.

- Это Инга, - представил Риэвир девушку. – Мы пришли…

- Я вижу, что вы пришли, - перебила та его с улыбкой и противно засмеялась. - Покажу вам Храм и, может, чуть больше.

- Здравствуйте, - нехотя поприветствовала Инга старуху.

Ей пришлось это сделать из вежливости и правил приличия, хотя образ ведьмы в её представлении только усиливался с каждым мигом. Более того, девушка и так была раздражена, а то, что жрица не представилась, а Риэвир и не подумал назвать имя, лишь усилило это чувство.

- Как мне к вам обращаться?

- У жриц нет имён. Имя – это отголосок личности, всегда имеющей свои нужды и желания. Мы же отдаём себя и своё время судьбе, чтобы стать иным.

- Иным?

Память Инги оживила размытые воспоминания о том, как она лежала на алтаре в окружении странных, невероятно похожих друг на друга женщин. Конечно, девушка тут же постаралась отнести всё это к собственному бреду. Ведь зал совсем не походил на тот, где происходило действо, но… Вряд ли это единственное помещение!

- Много будешь знать - скоро состаришься, - со смешинкой ответил за жрицу Риэвир известной пословицей и щёлкнул указательным пальцем Ингу по носу.

Внутренне она должна была бы закипеть, но почему-то только мягко улыбнулась в ответ и сразу успокоилась. В конце концов, местные всегда открыто давали знать обитателям большого мира, что крайне не любили, когда лезли в их религию. Они не распространялись о своей вере… Так что пусть говорили бы что угодно и как угодно, давая ей понять, где её место! Инга пришла посмотреть Храм и… осмотрела бы его. А подобное узрело не так много людей из большого мира. Надо было наслаждаться жизнью и ловить уникальный момент.

- Нет уж. К такому я точно не готова! - шутливо произнесла девушка и обратилась к жрице: - А что это за зал?

- Можно сказать, что всего лишь внутренний двор Храма. Сюда приходят те, кто испытывает необходимость встречи со жрицами. Кроме Владык редко кто из обитателей Острова посещает иные чертоги.

- И всё? Зал только для этого?

- Да.

            Инга почувствовала, как её левая бровь машинально приподнялась до ехидного уровня: «Да что вы говорите?». Ведь помещение было огромным! Если судить о размерах, то подобный метраж вполне бы подошёл в качестве ангара для авиатехники. На какой же единовременный приход людей здесь рассчитывалось, если исключались общепринятые общественные церемонии?!

…Про церемонии Инге хотелось узнать больше всего, но она постеснялась спросить сразу. Поэтому решила задать сначала вопрос на отвлечённую тему.

- Вы, жрицы, и живёте здесь? Вас много?

- Нас немногим более пятидесяти в эти времена. И, да. Мы живём здесь. Можно сказать, что Храм - наш дом, обитель и весь мир.

- Тогда получается, что где-то ещё есть кельи? И, если этот зал только для прошений, то службы совершаются в другом месте, да? Его можно посмотреть?

            Посреди её слов огромные входные створки с лёгким скрежетом раскрылись, и внутрь в сопровождении гида вошла группа из пятнадцати типичных туристов. Их головы совершали забавные кругообразные движения, как у болванчиков. Только так глаза могли с порога охватить как можно больше и восхищенно засверкать от предвкушения некой грандиозной тайны.

«Прямо-таки новые Индиана Джонсы выискались!» - подумала Инга и внутренне сдержанно улыбнулась. Наверняка у неё самой был аналогичный вид!

- Итак, историю создания Храма Судьбы вы услышали, - скучающе произнёс экскурсовод ровным монотонным, но громким голосом профессионала своего дела, по всей видимости завершая предыдущую лекцию. - Позже мы посетим одну из свободных келий, осмотрим трапезную, вы услышите легенду об озере, являющимся неким подобием баптистерия, но сейчас рассмотрим это величественное помещение. Мы находимся в главном церемониальном зале…

            Инга почувствовала, что бровь снова начала скептически приподниматься. А за ней и вторая. Причём настолько высоко, что отчётливо ощущалось натяжение кожи лба. Иначе уровень: «Что-то вы мне на мозги, товарищи, капаете!» выглядеть и не мог.

- Внутренний двор? – с подозрением поинтересовалась она вслух так тихо, чтобы её слова не расслышали окружающие туристы. Но те мало обращали на троицу внимания. Жрица и могла бы привлечь их, но фотографировать её в присутствии двоих непонятных людей, один из которых был без рубашки, а другая обладала насыщенно красной шевелюрой, они не желали. Вероятный кадр не казался им столь прекрасным, чтобы показывать потом друзьям и родственникам.

- Ты как будто вчера родилась, - даже удивился Риэвир. Его речь звучала отчётливо, хотя голос стал даже тише, чем у Инги. - Зачем нам подробно и во всех красках пытаться донести до туристов, ищущих только зрелищ и развлечений, свой взгляд на мир? Легче дать им то, что они смогут понять и принять. Всё равно поверят как миленькие!… Это, кстати, к вопросу всё подвергать сомнению, - он подмигнул и настойчиво посмотрел на мать. - Быть может, чтобы не мешать группе, пройдём в придел?

            Старуха молчаливо немного склонила голову в знак согласия и неторопливо пошла к нише слева от фонтана. Риэвир и Инга последовали за ней. Как оказалось, там присутствовала крепкая узкая дверь, почти сливающаяся с кладкой по оттенку. Жрица повернула металлическую ручку-кольцо вокруг своей оси вместо того, чтобы дернуть, и створка легко отъехала в сторону. Девушка почувствовала, что бровям некуда было подниматься ещё выше, а потому постаралась всё-таки их опустить и сохранить на предназначенном природой положении.

            За дверью оказался широкий, но достаточно короткий тёмный коридор, освещаемый лишь за счёт узких резных щелей на потолке. Света было крайне мало, и Инге показалось, что она словно бы находилась в склепе. Жрица прижала суховатую ладонь к стене на уровне пояса и медленно сделала вперёд несколько шагов, после чего обернулась. Заботливо убираемая седая прядь снова выбилась и ныне зловеще свисала со лба старухи, частично закрывая лицо и светлый глаз.

- Мы не пойдём в придел. Думаю, нашей гостье можно показать и больше.

Выражения лица жрицы было не видно, но что-то посещение Храма нравилось Инге всё меньше и меньше после такого «чудесного и милого» коридорчика. Она даже хотела было обернуться и попросить Риэвира включить подсветку на фотоаппарате, как старая женщина прижалась к стене и… исчезла. Машинально девушка тут же резко вцепилась в руку идущего следом парня мёртвой хваткой. Словно бы он был последним оплотом всего реального в её жизни! 

- Ты чего? – ошарашено спросил островитянин.

- Она… Она прошла сквозь стену. Как призрак!

- Инга, - совершенно серьёзно начал Риэвир, но не выдержал и заливисто рассмеялся.

Девушка, несмотря на испуг, ощутила неприятное смущение и, слегка выпятив нижнюю губу, обиженно скрестила руки на груди. Поза вызвала лишь новый припадок смеха. На этот звук из стены появилась и недоумённая жрица.

Понимая, что объяснение лежало где-то на поверхности, Инга почувствовала себя крайне глупо, но, как говорилось, коней на переправе не меняли. А потому она продолжила стоять с лицом незаслуженно обиженной особы.

- Ты ещё такой живой, - с некой горечью и одновременно с материнской нежностью произнесла старуха.

Риэвир почти сразу прекратил смеяться и вернулся к серьёзному выражению лица, начиная выглядеть при этом значительно старше своих лет. Он ничего не стал объяснять спутнице вслух, а лишь сунул руку, на которой остались красноватые отпечатки ногтей Инги, в глубокий боковой карман брюк и, вытащив оттуда небольшой светодиодный фонарик, служивший брелоком для ключей, осветил кладку. Жители Острова достаточно хорошо видели в темноте, чтобы им не требовался при таком освещении дополнительный источник света, но жительница большого мира только теперь смогла рассмотреть, что в стене зигзагообразной трещиной шёл боковой проход. Действительно, в сумерках тот полностью сливался с пространством и был на первый взгляд не заметен. Наверное, для этого жрица и приложила ладонь к стене. Вполне вероятно, что её зрение не было таким острым, как у сына.

- Кажется, сегодня я тоже научусь фокусу проходить сквозь стены, - попыталась сгладить своё смущение девушка шуткой. После такого визуального пояснения требовать извинений за смех от Риэвира казалось нелепым. Жрица же снова скрылась в проходе. И парень вытянул ладонь, предлагая ей пройти первой.

- Дамы вперёд!

Девушка с опаской подошла ближе к проёму. Проход оказался очень узким. Только-только, чтобы пройти прямо, а не боком, взрослому мужчине. От камней веяло сыростью и холодом. И хотя никакого гнилостного запаха растений не чувствовалось, но дотрагиваться до них всё равно не хотелось. Поэтому она осторожно сделала пару шагов так, чтобы не задеть плечами кладку. Проход резко завернул. Инга аккуратно обернулась в растерянности, но всё равно зацепила рукой влажноватую стену. Несмотря на перчатку, прикосновение вызвало чувство брезгливости, заставившее поморщиться. Хотелось потереть кожу, но в такой тесноте это было невозможно. Оставалось лишь терпеть и надеяться, что подобного не повторилось бы.  Риэвир же находился сразу за ней. Свою правую руку он поднял за левое плечо, как бы обхватывая шею, и оттуда светил вперёд крошечным, но достаточно ярким светодиодным фонариком.

- Хочешь, я возьму? - предложила она вместо того, чтобы поинтересоваться дальнейшей дорогой, как и предполагала.

- И чтобы мне было ничего не видно из-за этого? Нет уж. Сам справлюсь с такой тягостной ношей.

- Тогда ладно. Только ты всё равно не надорвись там, - пожелала Инга и пошла дальше, всё же прислонив ладони к стенам. Из-за этого на перчатки налипла каменная крошка и грязь. Снова стало противно, но зато она почувствовала себя и увереннее.

- Приятно, когда за тебя так переживают. Даже посоветовать хочется, что не обязательно за стены держаться. Это не мост. Не упадёшь.

- Может я куда «через стену» проскользнуть хочу? Вроде как фокус освоила – теперь тренировка нужна, - прошипела она.

- Через стену долго до ближайшего помещения пробираться надо будет. Тебе как новичку воздуха не хватит. Ты же только начала осваивать подобные перемещения!

Инга спиной чувствовала, что тот улыбался.

- А всё же. Куда мы идём? – поинтересовалась она и услышала глубокий недовольный вздох. Кажется, её спутник не особо хотел идти за жрицей.

- К сердцу Храма, - нехотя и серьёзно ответил островитянин после некоторого молчания.

И, может, сам он не был в восторге от такого обстоятельства, но в Инге фраза мгновенно зажгла неподдельный интерес. От эмоций девушка резко обернулась, и следующий за ней Риэвир только-только успел остановиться, чтобы не столкнуться.

- А глазки-то как заблестели! – восхищённо прокомментировал парень, довольный произведённым им эффектом.

- Это твой фонарик отсвечивает! - тут же отмахнулась она и пошла дальше.

Ну что можно было спрашивать у такого несносного человека?! Всё равно только поиздевался бы и ничего толком не рассказал раньше времени!

            Молодой учёной оставалось только радоваться, что она, подобно одной своей родственнице, не страдала клаустрофобией. Узкий лаз коридором назвать было никак нельзя. Он давил со всех сторон, напоминая могилу. И даже самоуверенная Инга, пожалуй, поддалась бы лёгкой панике, продлись их путь не пару минут, а дольше. Однако тот достаточно быстро завершился в полукруглом зале. Тусклый свет фонарика высветил ровные гладкие тёмно-серые стены, да пол и потолок того же цвета. Если бы не грубая каменная балюстрада на противоположной от них стороне, то сложилось бы впечатление мрачной коробки. Инга даже недовольно поморщилась. Она ожидала многого, но никак не того, что находилось перед нею. Разбалованный величием современный человек рассчитывал на исключительную помпезность и максимальную вычурность.

- Зал Тишины, - прошептала жрица, и её шёпот, словно острый нож, разрезал пространство. Помещение не должно было давать такой акустики по строению, но...

- Действительно, - подтвердила Инга, только чтобы ощутить на себе эффект.

Она не шептала, а потому звук, словно хриплое карканье, тут же сдавил со всех сторон. Её собственный голос изменился до неузнаваемости. Девушка даже поморщилась, мысленно зарекаясь от любой болтовни. Но жрица не знала этого, а потому сурово поднесла указательный палец к губам, призывая к молчанию. Затем та несколько секунд пристально смотрела на Ингу, и, наконец-то решив, что гостья больше не стала бы вести себя столь безрассудно, подошла к единственному предмету мебели в зале – чему-то среднему между тумбой и комодом. Суховатые тонкие руки, закутанные в широкие рукава чёрного одеяния, выдвинули верхний ящик. Оттуда жрица достала два светодиодных светильника, выполненных в стиле керосиновых ламп прошлого века. Одну она сразу передала Инге, а другую поставила на комод. После чего извлекла три толстые свечи, зажигалку и убрала всё во внутренние карманы своего одеяния. Задвинув ящик, старуха взяла светильник и включила его. Инга тут же последовала её примеру. Пространство зала резко озарилось мягким голубоватым светом. Чего-либо нового к увиденному ранее это не добавило. Только стало понятно, что за балюстрадой находился спуск. К нему и повела их жрица.

На удивление шаги людей в отличие от голосов никакого шума не создавали. Инга по-детски постаралась шаркнуть ногой, но вокруг по-прежнему царила полная тишина. Исследовательнице сразу вновь захотелось попробовать что-либо сказать, но она с трудом всё-таки сдержала себя, придя к выводу, что причиной всему было строение зала.

Кто знал? Почему бы была невозможна постройка, где акустика почти полностью глушилась на одной высоте, а на другой достигала небывалых эффектов?

Хватит с неё играть в восторженного средневекового жителя, готового обоготворять неясные для него технологии! В конце концов, островитяне никогда и не походили на дикарей. Скорее они были сродни древней цивилизации, обладающей своими уникальными секретами и манящими тайнами. Так что удивилась, сделала мысленную пометочку, а потом уже и разгадывай, Инга! Зря высшее образование получала что ли?

Размышления привели и к новому обстоятельству.

Девушка, не желая тратить ни секунды, повернулась к Риэвиру в намерении ткнуть указательным пальцем в висящий у того на груди фотоаппарат. По её мнению, этого жеста было бы достаточно, чтобы дать понять о своём желании узнать, возможно ли сделать хоть какие-то фотографии здесь. Ну, и если уж то было возможно, то и не упустить свой уникальный шанс!

Намерение было хорошее. Но происходило всё в движении. Да и логическую цепочку Инги по виду её спины островитянин предполагать никак не мог, а потому он не прервал свой стремительный шаг. В результате женский палец с силой уткнулся в мускулистый торс, заставляя парня приглушённо ойкнуть. Даже такой короткий звук отразился мерзким эхом по залу. Поэтому все колкие замечания Риэвира и искренние сожаления Инги, ощупывающей собственную конечность на наличие перелома, так и остались невысказанными вслух. Им оставалось лишь обмениваться многозначительными взглядами.

Однако молчание длилось недолго. К счастью, они дошли до ступеней лестницы за балюстрадой. Та вела куда-то глубоко вниз. И всё же достаточно было преодолеть первый виток, как Риэвир язвительно зашипел:

- Ты меня продырявить решила?!

- Прости! - извинилась Инга, радуясь, что стало можно нормально поговорить. - Я хотела до фотоаппарата дотянуться.

- Технику поломать хотела таким образом? – через язвительность проскользнула привычная шутливая нотка.

- Нет! Только ткнуть в него пальцем. Как мне ещё можно было узнать - можно ли сделать фото? Разговаривать то нельзя!

- Ну, способ ты выбрала интересный. Это точно, - ответил Риэвир, потирая грудь, на которой образовалась красная точка и длинная яркая полоса. Видимо, когда палец всё же съехал вниз, Инга ещё и расцарапала ему кожу.

- Я же попросила прощения! – всё-таки огрызнулась девушка, внутренне продолжая испытывать невероятное сожаление о произошедшем.

- Мне стало намного легче, - с хорошим и глубоким оттенком сарказма и иронии ответил он. – Благодарю… Но фото не сделаю.

- Нельзя? – расстроилась Инга.

- А вдруг оно не так получится? Ты же тогда вообще меня растерзаешь! Так что держи!

Риэвир решительно снял с себя фотоаппарат и вручил его в руки девушки, одновременно отбирая у той лампу. Она перехватила технику и с удовлетворением заключила, что управление было вполне стандартным. Справиться с устройством у неё бы получилось! Оставалось только всё же получить разрешение.

- То есть я могу сделать здесь несколько снимков?

- Нет, конечно! Но мне весьма надоело эту фигню на себе таскать, а тебе нужен шанс искупить свою вину за это, - он указал на царапину, сделав крайне недовольное выражение лица.

- По крайней мере, теперь ты действительно можешь без футболки ходить. Получится хвастать, что тобой соблазнилась хоть какая-то особа.

- А ты думаешь, что никому я не нужен?

- Уверена! С твоим-то характером, - Инга злорадно ухмыльнулась и, чтобы оставить последнее слово за собой, поинтересовалась: - Что это за лестница?

- Тропа Мёртвых, - сухо ответила жрица за сына, разом вернув расшалившуюся обстановку к напряжённой и тяжёлой атмосфере.

- И что же мы здесь делаем-то? – сквозь зубы тихо вопросила Инга, обращаясь скорее к себе самой, но старуха её услышала.

- Желаем зреть дальше. Видеть глубже.

Каждое слово произносилось хрипло. Как бы по раздельности. Создавалось впечатление, что жрица находилась в некоем мистическом трансе. Поэтому Инга непроизвольно вздрогнула, и Риэвир, заметив это, решил пуститься в более понятные объяснения:

- Видишь на стенах ниши? Это локули.

- Локули? Что это такое?

До этого момента ей не приходилось слышать этого слова.

- Своды в стенах, где хоронят жриц. Их там замуровывают.

            Девушка присмотрелась внимательнее. Действительно, вдоль стен лестницы достаточно близко друг к другу располагались неглубокие узкие своды. Почти впритык.

Вот уж не думала она, что ей пришлось бы посещать местные катакомбы!

Вообще, всё было как-то очень странно. Началась прогулка на Острова с того, что Инга не видела красот Храма. А теперь вот… На кладбище привели её. Пусть и священное, но…

Может, это у островитян так уважение проявлялось?

«Или вот так доверчивые люди и пропадают?» - похолодело нечто внутри.

            Лестница казалась бесконечной. Окружающее совершенно не менялось, а оба спутника отрешённо молчали. Звук шагов почти не слышался, став похожим на лёгкий мышиный шорох. Он усиливал напряжённость и беспокойство.

Нет! Такая «экскурсия» Ингу не устраивала! Поэтому она решила самостоятельно выведывать информацию.

- М-да. Тяжело наверно через узкий лаз пронести тело, да ещё потом и спускать его так глубоко по лестнице, - сказала она первое, что пришло в голову. Прошло где-то минут пять спуска и ей чертовски хотелось обратно наружу.

- Когда жрицы готовы отдать силу своей жизни, то они сами приходят в Зал Тишины. И сами спускаются сюда, чтобы уснуть навсегда, - пояснила старуха.

Способ самоубийства выглядел жутковато, чтобы возникло желание задать уточняющие вопросы. Однако Инга решительно постаралась задействовать рациональную часть своего мозга. В конце концов, по возвращении ей предстояло серьёзно отчитываться о произошедшем с исследовательской группой перед руководством. А всё, что ей открывалось сейчас, вполне сошло бы для того, чтобы всё-таки продолжить карьеру без особо серьёзных препятствий. Островитяне приоткрывали завесу своих тайн. А, значит, главным становилось вызнать как можно больше. Необходимо было донести до большого мира хоть что-то действительно значимое!

Инга собралась с духом и задала свой новый вопрос старухе:

- Так происходит всегда? Никто не сопротивляется?

- Противиться общему может только отдельная личность. Среди нас таких не бывает.

- А если какая жрица погибает раньше срока?

- Тогда её сила развевается. Не собирается для помощи пришедшим после неё.

- И для чего нужна сила?

- Сдерживать Хозяина Острова.

Морщинистая женщина искоса лукаво посмотрела на Ингу проницательными светлыми серыми глазами. Ей тут же стало понятно, что без предыстории так и пришлось бы бестолково задавать вопрос за вопросом. А связать полученные ответы пришлось бы домыслом. И в таком случае она здесь зря теряла время. Все вымыслы на то вымыслами и назывались, что крайне редко сходились с объективной реальностью.

- Может, вы расскажете легенду сначала?

- Легенду? – удивилась жрица, и Риэвир тут же сказал:

- Легенды как таковой нет.

- Но ведь откуда-то истоки этого Храма берутся? - не отступала Инга. - Раз есть жрицы, то они для чего-то нужны. Как и сам Храм. Как и сбор силы от женщин, завершающих жизнь самоубийством. У всего этого же должен быть смысл!

- Он есть, - одновременно ответили оба: сын и мать, и Риэвир сразу же предупреждающе положил свою ладонь жрице на плечо, но женщина всё равно продолжила говорить:

- И для понимания его тебе не нужен кто-либо. Остров сам расскажет всё, если захочет.

- Кто такой Хозяин Острова? – требовательно спросила Инга, но ответом стало всеобщее молчание. Однако повторить вопрос девушка не успела, ибо стало произнесено:

- Мы пришли.

Жрица достала из складок одеяния зажигалку и подожгла что-то в чаше. Огонь практически мгновенно вспыхнул ярким зеленоватым мистическим пламенем и пробежал по узким каменным желобам, украшенных металлическим узором, освещая помещение.

- Вот оно - Сердце Храма.