Часть II.

 

Ад, как он есть

 

В наших глазах крики «Вперёд!»
В наших глазах окрики «Стой!»
В наших глазах рождение дня
И смерть огня.
В наших глазах звёздная ночь,
В наших глазах потерянный рай,
В наших глазах закрытая дверь.
Что тебе нужно? Выбирай!

 

В. Цой

 

Глава 1.

 

           

            Город Аджитант был огромным. В нём проживал почти миллион демонов, но походил он, если смотреть сверху, на средневековое поселение.

В центре, возле Главной Площади, возвышался замок наместника, больше похожий на шпиль, высотой в двести тридцать три метра. И всего в тринадцать этажей, напоминающих ступени. Ибо само здание походило на поднимающуюся в небо по небольшой спирали лестницу, элементы которой соединялись для прочности изящными решётчатыми башенками. Так же, украшениями служили многочисленные статуи и барельефы. Каждый уровень был меньше предыдущего по размерам. На последнем, насколько известно, располагались только кабинеты повелителя и его заместителя. Двенадцатый размещал в себе личные покои наместника города - виконта Ал’Берита. Первый ярус занимали: невероятных размеров кухня; кладовые; подсобные комнаты; казарма стражи замка; оружейная; Чёрный зал, в котором иногда организовывались приёмы для мелких служащих и дельцов. Основной вход вёл сразу на второй этаж с самыми высокими потолками. Он вмещал холл и церемониальные помещения. Этажи с третьего по шестой служили офисами для административного аппарата. Весь седьмой и восьмой занимал Главный архив. На девятом - зал Верховного Суда Аджиданта, способный вместить невероятное количество демонов, да Закрытый архив. Оставшиеся ярусы предназначались в основном для гостевых комнат. Конечно, были и подземные уровни, но точное их количество знал разве что сам наместник.

Поговаривали, что замок, как и столица, проходил через планету насквозь, но таких слухов удостаивался почти каждый дворец этого мира. Отважившиеся же посетить Тёмную сторону любопытные демоны не подтверждали сплетен, если вообще возвращались.

            В городе, как и во всём Аду, были приняты постройки, уходящие вглубь земли, но, в отличие от районов планеты ближе к экватору, подземелья редко достигали четырёх уровней. На поверхности же это были обычные двух-трёхэтажные дома. Разве что размещались они редко вплотную друг к другу. Размашистые подземелья диктовали свои условия. Это был город под городом.

Конечно, наземные строения в Аджитанте имели разные размеры. Были и особняки, и небольшие хижины. Некоторые кланы предпочитали держаться вместе. Другие жили по раздельности, воссоединяясь лишь при необходимости, иные давно распались. Таким жителям принадлежали комнаты или мелкие дома, если, конечно, они могли себе их позволить. Много зданий отводилось под развлечения, различные типы школ и мастеровые. Был и рынок. Он размещался недалеко от Главной Площади. Посещение его считалось небезопасным даже у демонов.

            Сам Аджитант территориально делился на пять районов, размещающихся кольцами, расходящимися от замка. Самый далёкий называли просто Окраиной. А там последовательно: Серый, Чёрный, Золотой и Замковый. Между ними не было особых различий, разве что, чем ближе к Замковому, тем престижнее, дороже и роскошнее становились постройки, появлялось больше площадей с ужасающими монументами.

Границей Окраины, отделяющей город от остальных земель, являлась высокая каменная стена с рунами шнура молний Волнгенче. За ней на протяжении нескольких километров вдоль дороги ещё попадались одиночные дома и скрытые жилища, которые не имели наружной надстройки, но и они вскоре исчезали. Охотники на многочисленных чортанков понимали опасность столь близкого соседства к добыче и не хотели меняться с ней ролями.

Наиболее благоприятным местом для жизни вне города считалось южное направление. Дорога к Питомнику являлась заповедной, там запрещалось селиться. С другой стороны поселенцев отпугивала, почти полностью закрытая, территория Лавовых озёр, да и в городе жили в основном демоны, которым было просто не выдержать такой жар. Хотя, находились и исключения.

В сам Аджитант вело же восемь ворот, расположенных симметрично на кольцевой городской стене и портал на Главной Площади.

Большой город никогда не был спокойным местом. Но сейчас и вовсе гудел как растревоженный улей. И было из-за чего! Жители не успели порядком обсудить новость о прикрываемом заместителем наместника попрании законов хозяевами домов развлечений и каре, правомерно настигшей нарушителей, как из замка разлетелась весть о новых событиях.

Понятно было то, что подчинённые виконта Хдархета дрожали за свою жизнь и старались держаться от разгневанного господина как можно дальше. Ибо ныне любая мелочь приводила того в дикую ярость. Чудно, что имеющие свои «уши» в замке разносили невероятные слухи.

Неужели и правда вторым заместителем наместника стал бы человек?

Невероятные известия!

Если бы демоны верили в конец своего мира, то вполне могли бы посчитать это предзнаменованием. Разговорить же приближённых наместника и узнать наверняка рядовым жителям не удавалось. Но вскоре и обывателям глашатаи объявили, что через полдюжины дней назначена инициация.

 

***

 

            Виконт Ал’Берит, наместник города Аджитанта выпустил чёрные когти подобно кошке. Из желёз в основании пальцев начала выделяться кислота. Эти коготки и так были значительно длиннее и острее, чем лезвие опасной бритвы, а не втяни он их обратно, едкая жидкость покрыла бы те от основания до кончиков, превращая в ещё более опасное оружие, легко разрезающее плоть человека на несколько частей. Демон всегда играл с когтями, когда был чем-то крайне доволен. И сейчас настало именно такое время.

Хдархет, не скрывая, злился. И всё же заместитель пока ещё не представлял, что его ожидало. То, что намеревался сделать Ал’Берит, иначе чем откровенным плевком в лицо было и не назвать. Вся знать высмеивала бы Высшего демона, как если бы тот стал шутом. Более того, и подданные поняли бы эту насмешку. Для наместника Аджитанта последнее обстоятельство означало ещё и то, что сохранение жизни человеку не вызвало бы столь отрицательной реакции у масс, накладывая тень на могущество и власть самого повелителя. Знать о том, что это обязательное пожелание ангелов им не следовало.

            Пока женщину разместили в комнате замка, но виконта это не устраивало. Он решил, что сразу после инициации предоставил бы той дом… Возможно глупца Уртго…

            Да, именно его особняк.

            Здание вполне сгодилось бы для предназначенной должности, да и находилось в спокойной части Окраины города. В основном там жили Стражи, а они не допустили бы нарушения приказов. Более того, решался не только вопрос с конфискованным имуществом, но и просто отдать его в такое владение стало бы ещё одной забавной шуткой, пусть и понятной только ограниченному кругу лиц.

            Нет, это не являлось проблемой.

            Куда больше демона волновал вопрос, что доверить новому заместителю.

Это должно было быть и что-то значимое, чтобы Хдархет прочувствовал своё шаткое положение, и что-то, с чем человек справился бы. Можно, конечно, было поставить ей за плечо советчика и истинного распорядителя, но тогда ситуация вполне могла повернуться так, что смеяться стали бы уже над самим Ал’Беритом. Открыто этого делать было нельзя. Примерить на себя комичную роль, отведённую им для другого, повелителя никак не устраивало. Его судьба в свете последних событий, и во многом благодаря амбициозному заместителю, и так висела на волоске.

«Нет! Выскочку надо растоптать. Причём так, чтобы другим неповадно стало связываться», - подумал он.  

Очень удачно произошёл скандал с охотником. Да и запуганный Уртго, понимающий, что либо он потопил бы своего господина с головой, либо не выжил сам, говорил нужные слова. Ал’Бериту удалось разжечь из искры нарушения пламя. Так что заместитель потерял свой почти что единственный источник дохода - две из трёх шахт мифрила, находящихся на восточной (подведомственной виконту) территории, чтобы на его самодеятельность «закрыли глаза». Так Хдархет лишился практически монополии на ценнейшее сырьё трёх миров. Увы, прибыли от них самому наместнику Аджитанта, можно сказать, не светило. Почти вся добыча должна была перенаправляться в столицу к Князю. Ещё части предназначено было оседать в замке герцога Дзэпара как сеньора над землями наместника. Оставалось крайне мало, но и это был доход, равноценный среднему бизнесу.

Ал’Берит осознал, что его поиск завершён. Доверить Хдархету его бывшее имущество он не мог. Если Князь не получил бы долгожданную прибыль… Но это являлось именно тем, что можно было возложить на человека. Женщине просто не хватило бы ума и смелости обмануть в этом вопросе наместника. А вампиры, работающие на шахтах, всегда не так уж плохо относились к людям. Скорее даже хорошо. А это значит, что появлялась возможность проверить…

Демон хитро прищурил глаза.

Да, пожалуй, они приняли бы её как новую госпожу. И опять же - и щелчок по носу Хдархета, и ослабление его внимания в этом вопросе. Более того, оправдывалось и создание новой должности, обязанностей то у наместника прибавилось с переходом в подчинение исключительных шахт, расположенных в секторе его влияния.

Пожалуй, надо было ещё что-нибудь к обязанностям добавить. Может часть культурной сферы? После случившегося, человек пристально бы следила за этим вопросом, где, ввиду наказания Хдархета, пришло время напомнить о предписываемом порядке. Во всяком случае, получилось бы у неё или нет – не стало бы иметь особого значения, а…

Демон представил заискивающе любезничающих хозяев домов развлечений перед его новым заместителем и захихикал.

Да, герцог Дзэпар тоже должен был оценить. Вообще следовало ещё что-то придумать, но лучше – сначала немного подождать… Сказать, что после налаживания работы обязанности бы возросли. Пусть Хдархет погадал бы, что ещё от него собирались отобрать.

Демон снова выпустил и втянул когти. Он был доволен собой и складывающейся картиной событий.

 

***

 

            Все Дагна собрались в трапезной клана, но молчали. Безжизненные глаза, опущенные крылья. У тех, что стояли в церемониальном зале совсем близко к огненным чашам, местами от ожогов пузырилась кожа. Но это казалось таким пустяком! В столицу прибыло девяносто восемь Дагна, а вернулось только пятьдесят семь. Клан стал невероятно слаб. И численностью, и духом. Великая Мать ушла из жизни, увидев перед смертью страдания всех своих чад. И они вернулись домой осиротевшими.

Они дети, потерявшие свою мать. Они матери, потерявшие своих детей. Сёстры, потерявшие сестёр. Бесконечное замкнутое горе подобное змею Уроборосу.

            Новая Кхалисси опустила голову, застыла, не шевелясь, перед своим кланом и также безмолвствовала. Зачем было говорить, если все звуки отныне стали бессмысленны?

- Дагенна.

            Всего одно слово в толпе, и взоры обратились к названной демонессе. Та проследила за взглядом говорившей и увидела несколько капель тёмной крови, вяло стекавших по её ногам. Юное создание отшатнулось, а глаза округлились в изумлении.

- Но ведь ещё слишком рано, - отрешённо произнесла она и в панике выбежала из зала.

            Дагенне только полтора месяца назад исполнился сто один год.

            Остальные Дагна не с меньшим удивлением смотрели ей вслед. Дело было в потрясении? Или со смертью Кхалисси они стали ещё более людьми, чем раньше? Вопросы возникали сами собой, ибо в том, что произошло, никто не сомневался.

            Однако, как бы то ни было, оцепенение спало.

- Кхалисси должна дать нам понять, как жить дальше, - твёрдо и несколько требовательно сказала Дуонна.

            Она уже давно не выходила за пределы общины, ибо силы почти полностью покинули когда-то сильную воительницу. Лишь шрамы на морщинистом лице и дряхлеющем теле напоминали о славном прошлом.

            Дайна как будто в тумане посмотрела в глаза одной из старейших Дагна. Неужели кто-то после свершённого считал, что она достойна жизни? Им стоило бы сделать с ней тоже, что и она с младшими сёстрами. Её кожа должна была висеть в главном зале отдельно, на самом видном месте! Тогда, находясь в камере Рохжа, она наивно считала, что смерть – это слабость. Пока существовала возможность, следовало до последнего стараться избегать гибели. И только в самом последнем случае перегрызть себе вены, чтобы враг не получил желаемого… Как же она ошибалась! Это была не сила, а малодушие. Покончи Дайна с собой в первый же день заключения, и Кхалисси почувствовала бы гибель дочери. И никто не стал бы искать тело. И никто из сестёр не погиб бы из-за такой нелепой глупости.

Дарра, всегда понимающая лучше остальных, что творилось у неё в голове, положила руку той на плечо. Дайна вздрогнула от этого прикосновения и внутренне сжалась на миг.

- Жизнь должна продолжиться.

            Судя по красным опухшим глазам Дарры, она и сама не особо верила в то, что говорила.

- Ты поступила так, как требовали законы клана. Как того пожелала Великая Мать. Не так ли, сёстры?

            Дарра обвела взглядом собравшихся. Кто-то отвёл глаза. Некоторые утвердительно кивнули головой. Но возмутиться никто не посмел. Дагна знали, что это правда.

- Так, - послышались отдельные голоса, чтобы царствование тишины не взошло снова на свой мрачный престол.

- Мы знаем, что наша сила в наших правилах. Великая Мать была первой и единственной Кхалисси до этого времени. Она пришла в Ад и ужаснулась ему. Поэтому ею был составлен свод правил. Наших собственных правил! И все Дагна обязаны соблюдать его. Если бы не он, мы бы превратились в самых жалких из демонов.

- Верно ты говоришь, Дарра. Своей казнью Высшие решили сломить наш дух. Но разве мы сломаемся? - поддержала Донна, чьи слова всегда ценились за мудрость.

            Дагна единовременно гордо подняли одинаковые головы. В глазах сестёр загорался гнев, и он придал им силы.

- Дагна никогда не верят в безысходность. Знать, уметь, дерзать, действовать! – громко сказала Дорра – одна из лучших воительниц клана.

- Дагна никогда не верят в безысходность. Знать, уметь, дерзать, действовать! – один за другим повторяли голоса.

- Дагна всегда держат свои клятвы, даже если это вредит им самим, - прозвучал голос Дарры, когда наступила тишина.

- Дагна всегда держат свои клятвы, даже если это вредит им самим, – подтвердил хор голосов, отражаясь от стен.

- Дагна не причиняют боли сёстрам своим. Каждая сестра – это ты сама, - с болью и отчаянием начала произносить Дайна третье правило, а затем резко крикнула. - Но я… Я причинила!

- И не по своей воле. Ты думаешь, если бы поступила иначе, в живых из нас остался хоть кто-то? Ты не нарушила наш кодекс, Дайна. У тебя твёрдая воля и сильный дух. Если ты готова и дальше жить, следуя и ведя по Нашему пути, то я признаю тебя Кхалисси, как того потребовал Князь, - резонно возразила Дуонна и преклонила колено.

            Дарра, следуя её примеру также опустилась на землю и сказала:

- Я не признаю желание Высших сбить нас с Нашего пути и обратить гнев Дагна против своей же сестры. Если ты с нами, то я с тобой Кхалисси. Веди нас.

- Зачем ты это делаешь? – прошептала Дайна. Так тихо, что сама едва услышала свой голос.

- Потому что я потеряла уже слишком многих! - Дарра отвечала громко. Так, чтобы её слышали все. – И я не готова лишаться ещё одной любимой сестры, из-за того, что она поступила так, как должна была!

- Ты права, деточка, - подтвердила и Дуонна сказанные слова. – Прими свою судьбу Дайна Дагна, новая Кхалисси клана. И веди нас.

 

***

 

            Последний лоскут кожи покрыл стену главного зала. Дайна с трудом сдерживала ставшее привычным щипание в уголках глаз, но считала, что не имела права на такую слабость. Никто не высказывал горя. После её провозглашения Кхалисси клана Дагна, сёстры разошлись по своим кельям. Двенадцать часов было у каждой, чтобы вспомнить ушедших и навсегда стереть их из памяти. Традиционный траур. После него надо было жить дальше. Увы, это казалось слишком тяжело.

Дуонна с Даррой, до этого о чём-то шепчущиеся поодаль, подошли к Дайне.

- Это тяжелая утрата, Кхалисси. Но надо думать о будущем. Воительницы гибнут часто, а потеряно не одно поколение. Нам нужны новые дети.

- Не только это, Дуонна, - ответила Дайна. – Дети – это будущая сила, но как защищать общину, пока мы столь слабы? И чем дольше я думаю об этом, тем больше понимаю, что нашему клану нужен покой и защита хотя бы на некоторое время.

- И кто же будет защищать нас, любимая сестрёнка?

            По привычке обратилась к ней Дарра ироничным голосом, и виновато потупилась под серьёзным взглядом Дуонны.

- Что в думах твоих, Кхалисси? - выделила обращение старая Дагна.

- Человек, - произнесла она всего одно слово, прозвучавшее как приговор. – Инициация назначена совсем скоро. Женщина займёт высокий пост. Быть может, наместник и играется, но для обывателей ей суждено стать важной фигурой. А, значит, потребуется надёжная защита и верные помощники, как и принято у знати. И кажется, мы уже достаточно доказали свою состоятельность в этом вопросе.

- Ты права, Кхалисси, - согласилась, сначала ощетинившаяся, Дарра. – Даже если игра продлится всего несколько месяцев, это даст нам время для укрепления позиций.

- А если в идеале, то женщине жить ещё около полувека, - с надеждой продолжила размышления Дуонна. – За это время можно...

            Демонесса довольно улыбнулась.

- Да. Мы получим время, плату за, хотелось бы верить, долгосрочную работу. И, более того, станем близки к Рохжа. А наместник дал понять, что для их уничтожения нужна всего одна ошибка. Устранение их решит множество наших проблем, - теперь радостным огнём засветились глаза всех собеседниц. – Единственное, что нам остаётся устроить – это встречу с самим человеком.

- Я отправлю одну из сестрёнок покараулить ворота замка, - сказала Дарра. – Быть может, она выйдет оттуда. Если нет, то остаётся надежда, что жить ей предстоит в городе.

- Ты права, - поддержала Дуонна. – Официальная встреча практически невозможна.

            Находившаяся поблизости Дагенна мысленно соглашалась со всеми доводами. Но помимо судьбы клана у неё были другие проблемы. Личные. С ней творилось что-то непонятное.

 

***

 

            Лея с удовольствием потянулась. Она уже немного привыкла к готичному интерьеру комнаты. Её уже не так пугали удлинённые для балдахина ножки кровати, выполненные в виде поддерживающих алую тюль вытянутых скелетов. В первый свой вечер в этой комнате девушка честно трудилась, скребя их кости лезвиями ножниц, чтобы понять являлись те украшением или и, правда, были трупами. Увы, поцарапать так и не получилось. Акт вандализма не удался.

            Комната была большой, в основном с деревянной мебелью, предназначенной скорее для людей, чем для высоких демонов. Стены кофейно-молочного цвета хорошо оттенял тёмно-коричневый, почти чёрный, пол. Напротив входной двери располагался низенький  кофейный столик, окружённый мягкими креслами, бархатная бордовая обивка которых нежно ласкала кожу. Был и диван. Если сесть на него, то можно было с комфортом созерцать вид на город из огромного окна. Несмотря на то, что оно было одно, Лею это не огорчало. Местность не радовала.

            Вся остальная обстановка покоев, как и столик, была кремового костяного цвета с красно-золотым орнаментом. Огромная кровать стояла в нише. Вход в неё можно было закрыть такой же тюлью, что и на балдахине. Но Лея предпочла оставить всё как есть. Рядом с нишей находилась маленькая дверь в тон стенам.

За ней располагалась самая настоящая ванная комната с сантехникой, похожей на современную. По левую руку от входа, ограждённый перегородкой с шестигранными мелкими ячейками - унитаз. Напротив него, за таким же ограждением, квадратная ванна, со стороной в метра два. Её бортик лишь немного поднимался над поверхностью, ибо основная глубина находилась ниже уровня пола. Здесь же стоял небольшой стеллаж с аккуратно сложенными полотенцами. Напротив двери в ванную над длинной тумбой с двумя раковинами висело большое зеркало в простой раме. В ящичках тумбы нашлись разные косметические (как догадывалась девушка) крема, мази и жидкости без надписей на глиняных баночках и бутылочках. Их Лея благоразумно предпочла не трогать. А вот то, что можно было бы использовать в качестве интимной гигиены, уже перекочевало в потрёпанную сумку. Да, было стыдно воровать. Но слабо ноющий низ живота говорил о том, что скоро эти вещи очень и очень понадобились бы. Так же порадовала зубная щётка и расчёска. Но самое главное – чистая тёплая вода.

Лея забралась в ванну. Тело, сплошь покрытое ссадинами и ушибами, моментально защипало, а раненое бедро отреагировало так, что захотелось взвыть. Но это было естественно и понятно. Через некоторое время удалось даже расслабиться настолько, что девушка предпочла покинуть купель, чтобы не заснуть. Она аккуратно промокнула кожу полотенцем и после обмотала им волосы. По бедру стекли капельки крови. С ним надо было что-то делать! Отрывающийся лоскут кожи посинел и стал жёстким. Лея без сожалений обрезала его ножницами. Боли это не причинило. Она обтёрла от крови ногу, но перебинтовывать не стала. Обрабатывать всё равно было нечем, а грязи в комнате не наблюдалось. Заживать же открытая рана стала бы значительно быстрее.

Девушка вышла из ванной. Вдоль той же стены, что и окно стоял секретер, комод, и очень длинный шкаф с множеством полочек и вешалок. На них девушка нашла подходящую сорочку. Её так же привлекло длинное кружевное платье в ирландском стиле. Но его она отложила из-за розового цвета. Лея посчитала, что как-то нелепо выглядела бы в нём среди демонов. Вообще, вся одежда в шкафу оказалась длинной, напоминающей о моде раннего средневековья. Молодая женщина замучилась перебирать наряды в поисках чего-либо подходящего. Хорошо ещё, что температура в комнате была приятной, как если бы работал кондиционер.

Наконец, выбор пал на красное платье (нравилось ещё и белое, но в нём Лея чувствовала себя невестой, да и раненое бедро не позволяло носить такие светлые тона). Одеяние представляло собой длинную тунику, немного приоткрывающую плечи округлым вырезом, со стягивающей шнуровкой по бокам, украшенное чёрной вышивкой по рукавам, низу и горловине. У него был совсем небольшой шлейф, не мешающий при ходьбе. На удивление, село это чудо на Лею великолепно. Даже низ переда платья оказался всего в двух сантиметрах от пола. Судя по вырезам, под низ полагалось надевать ещё и рубашку, но девушка рассудила, что она не обязана была это знать. В конце концов, париться в двойной одежде, когда пришлось бы выйти из комнаты, ей не хотелось. Так что она завершила туалет чёрным шнуром с золотыми кисточками, повязав его чуть ниже линии талии. Портили образ тюрбан из полотенца, скрывающий уже немного подсохшие волосы, и босые ноги. Исцарапанные после путешествия и скалолазания башмаки, давно снятые и отмытые, стояли под кроватью.

Нет, в шкафу были и головные уборы, и обувь. Но если на первое Лея вообще не обратила внимание, то второе казалось неудобным и нелепым. Основу составляли невысокие ботинки или туфли с очень острыми носами различной длины. Молодая женщина не знала, как пулены назывались на самом деле. Были и сандалии на очень высокой деревянной подошве. Однако, если в остроносых было легко споткнуться, то со вторых просто напросто свалиться. Девушка уже подумала, что родным ботинкам предстояло стать вечными спутниками по жизни, во всяком случае, пока бы те не развалились… Или пока не представилась бы возможность позаимствовать пару, вполне удобных на вид, сапог у Ал’Берита…

Мысленно Лея уже предвидела, как, хитро осматриваясь по сторонам, она бы подкрадывалась в комнаты демона, когда тот занимался бы делами в кабинете. Однако заметив, что полки из-за чего-то не такие глубокие, как сам шкаф, остановила разыгравшееся воображение.

О, да!

За ними располагался ещё один ряд, сокрытый панелью, ручки которой она сразу не заметила. И там нашлось вполне то, что нужно. Уйма небольших туфелек, расшитых бисером, в основном без задников и на каблучках. Подошва была кожаной. Каблучки, судя по ощущениям - деревянными, но точно узнать мешала скрывающая их ткань. Ходить в обуви без пятки Лея не любила, так что с удовольствием дополнила платье чёрными туфельками с красной вышивкой. Оставив понравившиеся и подошедшие пары поближе, она закрыла шкаф.

Девушка как раз собиралась ложиться спать после невероятного дня, как в дверь тактично постучали. Пришлось молниеносно вскочить с дивана, расправляя платье.

- Войдите, - пискнула она, пытаясь придать взлохмаченным прядям волос более приличный вид.

В комнату вошли две демонессы одинакового роста примерно в два с половиной метра. Обе принадлежали к одному и тому же виду. Огненно рыжие, остроухие загорелые красавицы с фасеточными огромными глазами. За спинами переливались крылья, как у стрекоз. У каждой было по две пары тоненьких рук. Они слегка синхронно поклонились.

- Пелагея, я Кассандра, секретарь повелителя, наместника города Аджитанта, виконта Ал’Берита, - сказала одна из них с густыми локонами, собранными в большой пучок на макушке. Лея тут же поняла, что гостьи были не так уж и безобидны. Во рту торчали жвала. И, наверняка, ядовитые. – А это Кассинда.

Демонесса с уймой мелких косичек наклонила голову. Видимо, виконт дал конкретные указания, как обращаться с человеком. О чём сейчас Лея жалела, так это о том, что не представилась демону по-другому. Ну почему нельзя было сказать хотя бы: «Я Лея»? Нет, помня, какую тот выдал речь при самой первой их встрече, девушка из вредности произнесла своё имя полностью, включая и фамилию, и отчество.

 – Если вам что-либо будет нужно, то обращайтесь к ней, - Кассандра поклонилась и вышла.

- Чтобы позвать меня, вам необходимо лишь потянуть за этот шнур.

            Кассинда указала на перевитую алую ленту, свисающую вдоль стены на маленьком золотистом крючке… А Лея думала, что это такое своеобразное украшение.

- У вас есть сейчас распоряжения?

            А пожелание было пока только одно. Поесть. Кассинда педантично уточнила, какую именно пищу. Лея ответила, что земную, и тут же решила добавить (а то мало ли зажаренного человека подали бы), что имела ввиду овощи, фрукты, хлеб. И осторожно добавила, что можно пропечённую птицу или же, так же приготовленную, рыбу. Всё-таки врождённая стеснительность очень удачно сочеталась в ней с периодически возникающей наглостью, привитой жизненным опытом.

Через некоторое время огромный поднос с едой, благоухая, стоял на кофейном столике. Лея заворожёно вдыхала его ароматы. Блюд оказалось много. Тринадцать. Но порции выглядели небольшими, как будто на пробу. Были и салаты, и мясо, и рыба, и грибы и даже наивкуснейшая жареная картошка. Наелась Лея, оставив пустыми три тарелочки. Всё-таки желудок отвык от такой пищи. А объелась, съев содержимое ещё около половины предложенного. Округлившийся живот побаливал от переедания.

Обещая, что больше так не будет предаваться греху чревоугодия, предовольная Лея забралась в кровать. На утро поднос на столе был тот же. Но полный новых яств. Если вспомнить слова Дагенны, то питание человека обходилось виконту в копеечку… И этот факт был крайне приятен… Как можно было хоть что-то оставлять?

За время пребывания в этой комнате бедро у Леи перестало кровоточить. Рана, покрытая корочкой, заживала, обещая оставить некрасивый шрам на память о себе. Но молодую женщину это не огорчало. Главное, что не возникло никаких припухлостей, гноя и прочей гадости. Очень волновало и беспокоило, что стало с Дайной и кланом Дагна в целом. Но спросить не предоставлялось возможности, хотя несколько раз её уже навещал Ал’Берит.

Виконт перестал к ней относиться с открытой брезгливостью и презрением, но не более того. Он так же был холоден… Да и к образу добавилась раздражающая язвительность и подначки. Разговаривали они мало. Наместник в основном расспрашивал о жизни Леи. Девушка же его стеснялась и была немногословна. У неё создавалось впечатление, что она беседовала с психологом, расчленяющим её сознание на мельчайшие фрагменты. Скорее всего, именно так и было, потому что основные события демон знал прекрасно. Выяснила это девушка, солгав. В глазах повелителя загорелся лиловый огонь. Ужасу Леи не было предела. Ей казалось, что вот-вот в руке у того возник бы огненный кнут и… Но всё обошлось. Он лишь предупредил, что в следующий раз, сказанная ложь будет наказана, как и должно быть. А затем, уже с улыбкой, добавил, словно поучая неразумное дитя, что недоговаривать, приукрашивать, изворачиваться можно. Но лгать ему нельзя. Лея запомнила. И раз можно было изворачиваться, то учла, что лгать нельзя было именно ему.

Эти краткие разговоры сильно выматывали молодую женщину. После она всё время пыталась дословно вспомнить весь диалог, анализируя сказанное Ал’Беритом и свои собственные ответы. Наконец, девушка решила, что стоило набраться смелости и задавать вопросы уже самому виконту.

- Вы не могли бы пояснить об Аде? – однажды попросила его Лея.

Как называть его, она так и не знала.

Повелитель? Как-то претило.

Ал’Берит? Фамильярно.

Наместник? Глупо. Это тоже самое, как внутри фирмы обращаться к директору – директор, а к бухгалтеру – бухгалтер.

Виконт Ал’Берит? Увы, как-то не звучало на её вкус.

Поэтому она просто почтительно говорила «Вы».

– Мне же работать, а я не знаю с чем, - тут же, оправдывая свою просьбу, затараторила она, от смущения ненадолго опуская глаза.

- Слишком обширный предмет для обсуждения, - поморщился собеседник.

- Что происходит с душами?

            Когда Лея просила рассказать об Аде, она имела в виду географию, политическое устройство, какие-либо нюансы… но то, о чём она спросила сейчас, действительно её беспокоило.

- А это требует ещё и истории. Так что первый вопрос и не был столь общим, как второй. И всё же я отвечу кратко, насколько это возможно.

            Лея приготовилась слушать.

- Ваш мир делится на праведников и грешников, потому что разные души несут различную энергию. А именно она причина, как вашего существования, так и послесмертия. Кристаллы душ, в них заключается эта субстанция, позволяют нам значительно усиливать воздействие того, что вы называете магией. Это основа современных Ада и Рая. Но для того, чтобы их получить, необходимо очистить тени, что появляются при переходе людей от жизни к смерти. На Земле их иногда называют призраками. Но не каждому из людей дано увидеть эти создания, ибо сбор достаточно чёток и быстр, - демон усмехнулся. – В Рай попадают праведники. В Ад грешники. Праведников меньше, но ангелы могут вытягивать из них всё. Берут качеством, а не количеством. Увы, использование полученных в результате этого кристаллов нам не подходит. Ад полон боли для умерших в основном по одной причине. Так мы очищаем энергию душ, делая её пригодной для использования.

- То есть мы батарейки? – поразилась Лея, испытывая некоторое внутреннее негодование.

- Праведники вроде того, - ничуть не смутившись, ответил Ал’Берит. – Но грешники скорее аккумуляторы. Многие тени после очищения в Аду не разрушаются, и тогда их возвращают на Землю. Хотя тени, это сильно сказано. Это уже почти невидимые, практически ничего не помнящие сущности. Их «присоединяют» к только что родившимся. Некоторые называют их ангелами-хранителями. Да, они и, правда, могут подсказать людям решение, ориентируясь на чувства, оставшиеся от опыта прошлой жизни, но их истинное предназначение только в том, чтобы собрать ещё больше энергии. Они увеличивают ёмкость аккумулятора, если руководствоваться приведённой аналогией. Бывает, что такая душа не разрушается очень долго, тогда она становится достаточно большой, чтобы человек мог использовать накапливаемую энергию в своих целях при жизни. Это различные колдуны, маги, ведьмы, святые. За такими людьми у ангелов и демонов идёт настоящая охота.

- Всегда чувствовала в религии какой-то подвох, - кисло произнесла Лея.

- А по поводу Ада, - невозмутимо продолжил Ал’Берит и достал из воздуха свиток с пером. – Смотри. (5)

 

(5) Описание Ада не претендует на достоверность. Многие имена и карты действительно имеют некую историческую основу, но в тоже время дополнены авторским вымыслом.

 

            Виконт нарисовал быстрым и чётким движением руки окружность и равномерно заштриховал немного внутреннюю часть круга, ближе к линии. Затем, близко к полюсам начертил две дуги. Справа под верхней полосой и внутри участка, отделяемого нижней, поставил звёздочки.

 

- Это и есть Ад. Выделенные небольшие участки – это Питомники. Есть Питомник и Нижний Питомник. Это единственные места, где флора существует на поверхности нашего мира. Заштрихованная часть – это начинающаяся тень. Планета повёрнута к  двойной звезде, что и является местным солнцем, всегда одной стороной, как ваша Луна по отношению к Земле. Обратная сторона планеты представляет собой вечную мерзлоту. Верхняя звёздочка – Аджитант. Это город, в котором ты сейчас находишься. Вторая, - он указал на символ внутри сектора, очерченного нижней дугой. – Столица или Пандемоний. О ней можно прочитать «Божественную комедию» Данте. Вполне сносно описано, если убрать домыслы и воображение. Во всяком случае, тебе будет легче понять описание из человеческой книги, если интересно. Не думаю, что при жизни ты увидишь этот великий город. Столица, как спица яблоко, пронзает планету насквозь. Естественно под углом. Так что ближе к полюсу обратной стороны расположен Ледяной Замок. Оттуда и правит Князь. Но центром столицы является город Дис. По своей сути столица, это ещё и огромный завод по переработке душ. Поверхность же Ада разделена между герцогами. Они сеньоры над наместниками.

            Виконт продолжил рисование. Звезда, которой являлся город Аджитант, стала центром четырёх, соединённых между собой ромбов. Лея радовалась, что объяснение сопровождалось схематическими рисунками. Пространственное мышление у неё практически отсутствовало, делая школьное черчение одним из самых сложных предметов.

- А это земли, наместником которых я являюсь. Верхний сектор – часть Питомника. Правый – мифрильные шахты, - Ал’Берит довольно усмехнулся при этих словах, - Внизу расположен Южный сектор. Это в основном охотничьи земли. А слева Лавовые озёра.

            Ал’Берит начертил ещё четыре ромба, один из которых повторил контуры земель виконта. Теперь нижняя точка стала их центром соединения. Внутри каждого он нарисовал по звёздочке.

 

 

- Слева от южного сектора город Крудэллис. Его наместница баронесса Ахрисса. Справа - Бьэллатор. Внизу - Игниссис. Его наместник граф Форксас, бывший учитель герцога Дзэпара. Сам Его высокопревосходительство живёт в Бьэллаторе… Если ты хоть немного поняла сказанное, то он владеет солидными, пусть и не самыми большими, землями. И более того, способными к вполне самостоятельному существованию.

- То есть он очень важный человек. То есть демон, - поправила себя саму Лея. На более глубокий вывод она, увы, была не способна.

Часть 1. Главы:

Часть 2. Главы:

Часть 3. Главы: