Главы:

Глава вторая

 

— Знакомьтесь! Алиса, это пудинг! Пудинг, это Алиса! Унесите!…
Ну вот, вас только познакомили, а ты уже на него с ножом!

 

Льюис Кэрролл "Приключения Алисы в стране чудес"

 

День второй. Около полудня по местному времени

 

Хорошо ещё, что она увидела эту тварь первой, а та совсем не замечала её. У дерева впереди, словно прячась за толстый ствол, притаилось безобразное существо. Совсем близко. Легко можно было различить, и то, что это кто-то человекообразный, и то, что его кожа местами облезла, обнажая куски красно-коричневой плоти. Тварь повернулась немного. Из-за куста, где она стояла, стал виден и лысый череп, и острый принюхивающийся крючковатый нос.

Инга сделала всё, что только могла в данной ситуации – застыла как изваяние.

Ей казалось, что стоило сделать хоть малейшее движение, и это нечто услышало бы или почуяло её. Страшно было даже за гулкое биение собственного сердца и тихое дыхание.

Между тем существо тенью проворно скользнуло за другой ствол и снова ещё чуть дальше передвинулось вперёд, как будто вело охоту. Затем оно осторожно выглянуло, чтобы резко броситься на кого-то. Листва скрывала подробности. Инга же не шевелилась, и даже не вздрогнула, пока на плечо не упал тонкий лист с ближайшего дерева.


«Бежать прочь!» - тут же пронеслось в её голове, но болезненное любопытство толкнуло увидеть больше.

 

Её взору открылась ужасная картина. Седая женщина изо всех сил отбивалась от твари. Судя по оттенку кожи и фасону тёмной одежды это была местная жрица. Оба воюющих не издавали ни звука, но слившиеся воедино тела клубком катались по траве. Существо было слишком быстрым, оно яростно пиналось и кусало. Его жертва лишь сжимала от боли губы, нанося удары серебристым кинжалом. Каждый взмах сверкал подобно молнии. Словно жало вонзался в плоть. Но всё равно - казалось, что в этой схватке победили бы зубы. Жуткое создание перевернуло противницу на спину, оседлав, и потянулось клацающей пастью к тонкой шее. Рука женщины едва успела прочертить ножом дугу, отделяя голову чудища от тела. И пусть тварь забилась в конвульсиях, победителей, увы, в схватке не оказалось. Жрица издала сдавленный хрип, прижимая руку к прокушенному горлу, и обмякла.

Инга на не слушающихся ногах подошла к ним как заворожённая. Вряд ли можно было совершить более глупый поступок. Ведь она не могла помочь мертвецам. Не помогло бы и ей самой добраться до гостиницы созерцание места схватки. Однако логика не всегда присуща учёным, когда ими владела эмоциональная растерянность. Девушка застыла подле тел, машинально рассматривая их. Она была сбита с толку. Не только неожиданными событиями, но и тем, что оба трупа стремительно исчезали. Тварь быстро разлагалась, источая невыносимую трупную вонь, заставившую уткнуться носом в рукав своего серого платья. Женщина же словно горела. Кожа той чернела, и под напором ветра отслаивалась. Отрываясь от тела, слетала крупными хлопьями пепла. Создавалось впечатление порхающих чёрных бабочек.

- Кааа-ррр-рр!!! – на ветку дерева, под которым стояла Инга, сел огромный ворон. Он перебрал когтистыми лапами, устраиваясь удобнее, и, наклонив голову, посмотрел вниз внимательными синими глазами.

Девушка попятилась. Она не знала, какого цвета у таких птиц должны быть глаза, но их выражение ей не нравилось.

- Каа-ррр! – угрожающе повторил пернатый житель Острова.

Инга, боясь отвернуться от ворона, сделала шаг назад и споткнулась о распадающееся тело женщины. Пальцы уткнулись в рукоять серебристого кинжала. Машинально она схватила оружие и посмотрела на то. Оно было похоже на крест, длинная часть которого слегка изгибалась под углом. Короткое навершие заканчивалось небольшим кольцом.

Послышался шум крыльев.

Девушка подняла взор и увидела, что ворон слетел с ветки и гордо сел на труп твари. Мощный клюв вонзился в разлагающуюся плоть…

Тошнотворный комок застрял в горле. Инга взвизгнула и, не разбирая дороги, в паническом испуге бросилась наутёк.

К счастью, она очень быстро смогла успокоиться. Пожалуй, в равновесие привела цепочка собственных хладнокровных рассуждений. Быть может, тварь (здорово смахивающая на зомби!) была далеко не единственной на небесных островах. А это значило, что следовало вести себя осторожнее. И, лучше всего, для начала всё-таки разобраться, где же она находилась.

Инга остановилась, чтобы достать брошюру с картой… Чёрт! Сердце похолодело… Она совсем забыла прихватить с собой сползшую с плеча во время падения сумочку. Девушка прикусила губу от досады и, пригибаясь, осторожно начала красться дальше наугад.

Видимо удача решила в этот раз не отворачиваться. Достаточно скоро взор уловил белые ленточки Шуршащего моста, ведущего на Лиловый остров, в блёклом свете сумерек казавшимся чёрным. И так шаткое сооружение неистово раскачивалось, несмотря на отсутствие порывов воздуха. Инга сделала осторожный шаг вперёд, почти наступив на первую из планок, расположенных над пропастью. Ветер тут же резко и сильно ударил в лицо, словно запрещая ей это. Идти дальше стало невероятно страшно. Она попятилась. В голове роились мысли, что, может, и не следовало никуда идти. Разве получилось бы найти спасение и покой на основной части Острова? 

Позади раздался мужской вскрик, и послышался приближающийся топот ног.

Это решило всё. Она резко отпрыгнула с тропы в сторону и, не удержав равновесие, прокатилась по земле, поранив пальцы, сжимающие кинжал, об острый камушек. Времени хватило только на то, чтобы лучше спрятаться за ближайший пышный кустарник.

Через тоненькие веточки удалось увидеть быстро бегущий силуэт, за которым следовала целая стайка зомби. Один из преследователей вырвался вперёд и ухватил мужчину за ногу. Тот с воплем упал лицом вниз.

- Oh, my God!

«Гарик!» - похолодела Инга и зажала себе рот ладонью.

Несколько тварей навалились на кричащего человека, начиная делёж долгожданной добычи. Но остальные не прекратили движение и помчались дальше по мосту. Путь к дому оказался отрезан. Инга поняла, что ей оставалось лишь спрятаться и ждать некой помощи. Странные чудища явно могли появиться отовсюду.

            Как можно тише она отползла назад. Затем встала на карачки и какое-то время продвигалась так в сторону противоположную мосту. Платье быстро покрылось грязью и пропиталось липким потом страха. Локти и колени заболели от непривычной нагрузки и царапин. Глаза щипало от беззвучных слёз жалости к самой себе. Поневоле ей пришлось встать, хотя прекращать прижиматься к земле вовсе не хотелось.

            Происходящее казалось кошмарным сном. Инге, бывало в детстве, снились ужасы. Иногда довольно реалистичные, когда ощущались запахи или прикосновения… но сейчас её окружала реальность.

Хотя…

Несмотря на и так ноющие от путешествия конечности, девушка оттянула кусочек кожи на руке и резко повернула. Еле сдержав крик, она застонала сквозь зубы, и потёрла запястье.

Да, если бы всё вокруг и являлось разыгравшимся воображением, то уже произошло достаточно событий, располагающих к пробуждению!

Оставалось только одно – идти дальше.

            Придерживаться тропок логика не рекомендовала, но ноги почему-то сами несли девушку поближе к ним. Как только взгляд различал протоптанный путь, она, мысленно чертыхаясь, старалась отойти в сторону, чтобы спрятаться за деревьями и кустами.


Храмовые Сады изменились до неузнаваемости. Вроде всё тоже, но… теперь было непонятно, как этим кто-то мог восхищаться! Липкая и противная, словно скатанная паутина, бурая зелень листьев выглядела отвратительно. Острая жёсткая трава оставляла царапины даже на обуви. Цветы, хищно покачиваясь из стороны в сторону, распространяли приторный тошнотворный аромат, от которого кружилась голова. Ветки кустов покрывали длинные иглы шипов, за которые, как за крючки цеплялась тонкая серая ткань платья. Стволы деревьев потемнели. За каждым из них мерещились скрывающиеся затаившиеся твари. Тени же, ранее казавшиеся таинственными волшебными обитателями, слово заклятые враги следили за незваной гостьей. Они яростно метались, принимая образы чудовищ.

 

День второй. За час до полудня

 

            До Лилового Небесного Острова Сашка добрался без особых приключений. Пару раз ему довелось заранее разглядеть тварей. А потому он тайком обходил их и осторожно продолжал путь. Усталость брала своё. Парень тяжело дышал. Одежда пропиталась потом, а вода в фляге закончилась. Поэтому, узрев кафе, он донельзя обрадовался и шустро поспешил внутрь.

            Входная дверь была закрыта, но на его стук в ставни окон (стёкол на Острове почти нигде не было) никто не отозвался. Поэтому учёный, считающий себя обычным техником-инженером (но почему-то значащийся перспективным изобретателем), легко вскрыл щеколду и забрался внутрь. Словно воришка он заозирался, выискивая то ли очередную тварь, то ли охрану заведения. Но вокруг было пустынно. А потому расслабившегося Сашку едва не прихватил инфаркт, когда он услышал человеческую речь с улицы.

            Парень резко пригнулся, боясь попасться на своей попытке «ограбления». Но его любопытство взяло верх, а потому он подкрался к окну и осторожно выглянул. По дороге шёл отряд вооружённых грозных островитян. То ли Шейтенор и правда послал за ними дуболомов, то ли тех направили усмирять тварей. Как бы то ни было, но Сашка не стал давать о себе знать. Во-первых, он был уверен, что его правонарушение без внимания не осталось бы. А, во-вторых, идущий во главе прехмурый Владыка Остор не внушал доверия своим гуманизмом и человечностью. Поэтому ему пришлось дождаться, когда те всё же прошли бы мимо. Затем он напился из графина, пополнил свою флягу и, немного посомневавшись, ухватил оставленную кем-то на тарелке булочку. После чего аккуратно выполз наружу, прикрывая за собой створки окна.

- И отчего у кого-то жизнь спокойная, а на попе не сидится? – мрачно задал Сашка вопрос мирозданию, стараясь унять собственное сердцебиение.

            Когда беспокойство утихло, он покинул свой укромный уголок и поспешил к Небесной Галерее. Ему хотелось как можно быстрее усесться за руль автомобиля. Привычная обстановка успокоила бы расшалившиеся нервы, но таким простым планам просто напросто не суждено было исполниться.

- Что за нафиг?! – искренне возмутился он, наблюдая остатки верёвок моста на своей стороне пропасти.

            Сашка мог себе позволить и более громкое выражение. И позволил. Ведь вокруг было безлюдно. Остров как будто бы вымер. Даже город внизу едва различался из-за густого тумана. Однако взгляд на остатки Небесной Галереи позволил учёному выявить весьма занятное обстоятельство. Он ещё пока шёл по мосту обратил внимание на странную конструкцию сооружения. Но теперь понял, отчего та привлекла его. Несомненно, что верёвки обрубили с Лилового Острова, и всё же переход разрушился не только из-за этого. Система безопасности была продумана основательно. Так что кто-то намеренно ослабил натяг по ту сторону. Если же вернуть его, то мост бы восстановился. Не настолько, чтобы по нему ежедневно проходили группы людей без прокладки нового каната. Но починка становилась достаточно плёвым делом.

- Оградились там. И не в первый раз, значит! - сообразил Сашка.

            После чего сплюнул и решительно вернулся в кафе. Внутрь через окно он забрался уже по-хозяйски. Даже уверенно порылся по полкам кладовой, вытаскивая корзину. Затем он наполнил её различными продуктами, стараясь брать самое миниатюрное и питательное. А там и обернул скатертью, сооружая некий наплечный мешок.

- Вы мне тут все свои тайны откроете! – злорадно погрозил он. – Я вам устрою партизанскую войну, сволочи!

            С этими словами Сашка направился к Шуршащему мосту. Шёл он гордо выпрямив спину и упрямо поджав губу, пока до него не донёсся вопль:

- Oh, my God!

            «Гарик!» - пришло осознание.

            «Ты совсем забыл о тварях, сынок», - подсказал голос отца, который ангелом-хранителем  с давних пор давал мудрые советы.

 

День второй. Ближе к вечеру

 

Инга шла крайне медленно и осторожно. Она не останавливалась ни на секунду, пока перед её взором не возникла поляна с огромным прудом, показавшаяся прекрасным местом для передышки. Видимо здесь планировалось возвести какую-то постройку, ибо на окраине воды располагалось что-то вроде строительных лесов. На них лежали незакреплённые зелёные доски так, что можно было подняться на второй ярус конструкции как по скату. И самый верх показался ей весьма заманчивым. До сих пор девушка так и не нашла никакого укромного уголка, удовлетворяющего её нескромным требованиям безопасности. И, быть может, самое простое и верное решение заключалось в том, чтобы забраться повыше? Прежде всего, раз здесь шли работы, то люди по-любому вскоре наведались бы. А, во-вторых, с высоты верхнего яруса стало бы легко осматривать местность. Да и, если лежать конечно, она со стороны стала бы не заметна…

Логика и усталость сделали своё дело. Не выпуская из руки острый кинжал, она, озираясь, лёгкими шажками подбежала к сооружению, быстро забралась на верхнюю площадку, легла на холодные жёсткие доски, и тревожно осмотрелась. Вроде никто не стал свидетелем этой игры в прятки. Ритм биения сердца тут же спал. Беспокойство утихало. Ей очень хотелось верить, что здесь она бы дождалась помощи. В том, что спасатели прочесали бы небесные острова, у неё сомнений не возникало. Какой бы ни была катастрофа, но о пропавших богатеньких туристах должны были позаботиться. Уверенность в этом была непоколебима, а потому её тело даже немного расслабилось, наслаждаясь отдыхом и мнимой безопасностью. Сказывалось перенапряжение. Несмотря на опасную обстановку, глаза спешили закрыться, чтобы убежать в спасительный для нервов сон, но Инга мотнула головой, стряхивая наваждение, и снова бдительно осмотрелась.

Никого.

Тогда её взгляд упал на воду.

Тёмно-зелёная поверхность пруда, поросшего вдоль одного края коричневыми камышами, выглядела однотонной. Такой окрас говорил о том, что постепенного и плавного спуска в воду не было. Словно у колодца, глубина начиналась у самого берега. Правда, совсем недалеко от места, где начинался подъём на скат, вроде бы присутствовало пятно чуть светлее по цвету…

Стоило ей это осознать, как оно ещё и медленно начало увеличиваться в размерах.

Инга на саднящих локтях подползла ближе к краю досок, чтобы разглядеть лучше. Только что успокоившееся сердце вновь приступило к отбиванию встревоженного ритма, ибо пятно определилось с очертаниями. Девушка замерла, крепко сжав зубы, и заворожено стала наблюдать как из воды плавно, как самый настоящий труп, безмятежно всплывала одна из зомбеподобных тварей. И существо уже почти выплыло, как грудь его пронзил серебристый меч. Тварь захрипела, дёрнулась, но быстрый удар того же оружия снёс скалящуюся голову.

Инга осторожно подняла взгляд от глади пруда на берег. Перед ней находились живые люди. Видимо зрелище поднимающегося из воды существа гипнотически увлекло всё её внимание, раз она не заметила, как появился целый отряд - несколько мужчин в современной одежде, поверх которой, словно наспех, были надеты кожаные доспехи с крупными металлическими защитными пластинами. И пусть выглядели те странно, но она им обрадовалась. Особенно грело душу обстоятельство, что каждый из них держал меч. Не бог весть какое оружие в современном мире, но лучше, чем ничего! Однозначно! Радость не омрачило даже то обстоятельство, что одного из воинов Инга узнала. Им оказался Остор.

Владыка же повёл себя согласно её представлению об его джентльменской учтивости. Он, заметив испуганную девушку, лишь едва скользнул равнодушным взглядом стальных глаз по ней и, отдав краткий приказ на местном наречии, повёл свою группу куда-то дальше.

По всей видимости, мужчины Острова спасать прекрасную чужеземную деву никак не собирались. А деве сей терять реальный шанс на выживание далеко не хотелось. Поэтому Инга быстро и тихо сбежала по помосту, чтобы нагнать отряд.

- Пожалуйста, Владыка Остор! - она едва вспомнила, что говорить следовало на английском. Собственный голос показался невыносимо жалобным и писклявым в окружающей тишине, прерываемой лишь редким карканьем воронов.

- Уйди, женщина.

            Отряд продолжал двигаться дальше, как будто встретил на своём пути лишь жужжащую муху. Но эта муха была назойливой. Инга знала точно – в этот момент отделаться от неё одними словами никто не смог бы.

- Возьмите меня с собой! – начала умолять она, надеясь подступиться с другой стороны.

- Нет, - отрезал Остор, пристально, но кратко посмотрев на неё.

В отчаянии ей едва не довелось ухватиться за край его одежды, чтобы не выпускать ткань из рук, пока не стало бы оглашено обратное. Но понимание, насколько это жалко выглядело бы со стороны, удержало её от поступка.

Отряд уверенно двигался дальше.

- Тогда я просто последую за вами, - с тихой мстительной решительностью добавила она и пошла следом, стараясь держаться как можно ближе.

Судя по тому, сколь уверенно шагали мужчины, они знали куда направлялись. Оставалось верить, что шагали те не на битву с неким великим злом. Ибо к таким подвигам Инга никогда не стремилась. Конечно, хотелось ей задать и уйму вопросов. Но положение заставляло держать рот закрытым. Не стали гнать прочь – и то хорошо.

            «Вероятно Остор побоялся, что я не послушаюсь, и его авторитет рухнет», - хмыкнуло внутреннее ехидство.

            По дороге попалась парочка тварей. Одна из них по-разбойничьи спрыгнула с дерева, стараясь застать идущих врасплох, но ничего не вышло – только белое тело, проткнутое мечом, стало похожим на мотылька, нанизанного на иглу в музее. Не похоже, чтобы существо испытывало хоть какую-то боль, ибо, как и положено зомби, оно старалось укусить или поцарапать до последнего мига своей жизни. Не обращая внимания на эти неистовые попытки, одним взмахом Остор снёс той голову. Лица остальных мужчин даже не дрогнули при этом. Они вели себя так, словно всё было как надо. Буднично. Обыденно. Пожалуй, с таким отрешённым видом могла бы отрубать обычным топориком курицам головы бабушка в деревне во время собственных размышлений о том, насколько вкусным и наваристым вышел бы из тех бульон!

Впереди показался мост, перекрытый высокими воротами из плетёных железных прутьев. Крупная табличка на одной из створок гласила, что проход запрещён, ибо там шёл ремонт, и находилась опасная зона. Однако отряд собирался нарушить запрет. Инга немного удивилась этому. Она уже как-то сжилась с собственной приятной мыслью, что мужчины очутились в этих местах ненароком и хотели вернуться город.  

Что же. Видимо, у тех имелась несколько иная цель, раз понадобилось посещение одного из островов, да ещё и недоступного для туристов.

Мост под ногами мягко пружинил и словно извивался, стараясь сбросить шагающих по нему, но Инга не отставала, несмотря на свою боязнь высоты. Намного страшнее ей казалось вновь оказаться одной в этом «Раю». Поэтому, она постаралась отвлечься от настоящего момента, стараясь припомнить карту.

Судя по буклету, островок названия не имел. Его изображение перекрывала размашистая надпись «Закрыто для посещения», но по схематичным размерам он был раза в два больше Лилового.

Тропинка, как таковая, за переправой исчезла, но полоса низенькой мягкой травы, резко переходящая в высокие заросли, говорила о том, что пусть и не часто, но этой дорожкой пользовались. Запретный остров, так мысленно обозвала его Инга, оказался переполнен печальной увядающей красоты. Иначе она не могла объяснить. Воздух, словно после только прошедшего дождя, казался по-осеннему тоскливым. Кривые, как будто умирающие деревья с редкими листочками словно бы из последних сил тянулись к небу в надежде выжить. Серовато-жёлтый оттенок травы, сквозь которую пробивались остроконечные острые лепестки ярко синих цветов похожих на сапфировые слёзы, наводил отчаяние.

Всё прах. Тлен.

Отряд, ускоряясь, прошёл низенький каменный мостик, под которым яростно бурлил тёмный ручеёк, вытекающий из узкой трубы, расположенной на высоком холме. Поток был настолько сильным, что ширина воды достигала размеров канавы.  Вскоре же группа обогнула и сам холм, подходя к концу тропы. Путь заканчивался у одноэтажного небольшого строения. Природа не смогла покорить это здание. По обе стороны от почти чёрной от времени, но всё ещё крепкой деревянной двери находились статуи печальных женщин из светлого мрамора, сложивших ладони, словно те молились. Тела изваяний частично покрывал сероватый жёсткий мох. Инге пришло в голову, что больше всего то, что она видела, походило на каменный склеп, просто значительно больших размеров.

 

Старая створка внезапно самостоятельно распахнулась. Мужчины без колебаний вошли внутрь, как будто и ждали этого «приглашения». Инга же не знала, куда ей деваться. Идти внутрь она точно не хотела, но и прятаться возле такой «притягательной» постройки на «прелестной» местности желания не возникало. Нехорошее предчувствие останавливало ноги, не давая сделать ни шагу.

«Ни внутрь не зайти! Ни развернуться и уйти», - начала девушка злиться на саму себя.

Однако остаться одной ей всё ещё было страшнее, нежели пойти в компании даже в такое жуткое место. Поэтому она проскользнула вслед за своими странными попутчиками. Те, как и прежде, не обратили на неё никакого внимания. Дверь же, едва она зашла внутрь, с лёгким протяжным скрипом прикрылась, оставляя узкую щель как намёк, что выход был ещё возможен.

В маленькой круглой комнатке оказалось достаточно тусклого света, хотя источника его не наблюдалось. Справа в нише стояло лакированное деревянное кресло и глиняная расписная пузатая ваза, в которую легко мог бы поместиться взрослый человек, если бы горлышко не было столь узким. Слева виднелась какая-то фреска, но из-за паутины изображение размывалось. А вот напротив входа стена не имела никаких признаков запустения. Кажется, даже пауки избегали бронзы с вплавленными человеческими черепами.

Мурашки пробежали по телу Инги. Девушка подумала, что мысль о катакомбах посетила её не зря, и она тут же решила, что должна покинуть этот склеп.

Пусть островитяне шли бы куда желали! Может, они и отправляли её куда подальше, ибо отряд жертвенный?! Могло же и так быть, не так ли?

Ей же разгадывать эту загадку было не с руки. Инге следовало приложить все усилия, чтобы добраться до города. Пусть и в одиночку. И это вполне могло получиться! Ведь теперь девушка знала, как это сделать. Достаточно было пройти мост между Запретным островом и Храмовыми Садами и идти прямо, никуда не сворачивая.

Она уже уверено повернулась назад, как входная дверь захлопнулась. Инга ощупала створку руками, но никакой ручки не было. Толкать оказалось бесполезно. Может, имелся какой тайный механизм, чтобы её открыть, но… как его найти?

Девушка, выпуская ярость наружу, взвизгнула и ударила кулачком по дереву полотна, прежде чем решительно развернулась и прошла дальше, вглубь здания, надеясь, что мужчины не ушли далеко. Стремительно продвигаясь вперёд по округлому коридору, она быстро шла, пока не уткнулась в спину одного из членов отряда. Тот – типичный житель Острова и совсем молодой ещё парень, резко обернулся, занося оружие. Инга, словно прося прощение, попыталась улыбнуться, и уголки его губ тоже чуть приподнялись в ответ. Невероятное чувство благодарности и спокойствия прошло через всё тело.

Значит, не так уж островитяне и были равнодушны. Только старались казаться сродни каменным статуям.

- Где мы? – позволила она себе задать вопрос.

- Гробница, - только и прошептал парень грустно и отвернулся, следуя далее за Владыкой Остором.

Инге же и самой расхотелось расспрашивать о подробностях. Она задрожала. И вовсе не от холода. В склепе было достаточно тепло. Просто объяснения вряд ли бы успокоили, а новые переживания не манили новизной.

 

День второй. Тем же временем

 

После того, как он из укрытия разглядел, какая орда тварей перебежала на Лиловый Небесный Остров, Сашка постарался перебраться обратно к Храмовым Садам. Длинный открытый Шуршащий мост полностью выдавал местоположение, но рисковать, оставаясь на месте, казалось ему ещё хуже. Переправа удалась. Никто его не заметил. Разве что только парень ободрал ладонь, поскальзываясь на одной из планок. Машинально он сжал руку на канате крепче, чем следовало.

- Зато хоть с вами покончу раз и навсегда, - пробубнил он, стягивая с рук перчатки и швыряя их в пропасть.

            Затем он украдкой поспешил вглубь леса, стараясь выдумать хоть какую-то конечную цель. К Храму Сашка не стремился, не желая выдавать собственное присутствие на небесных островах местным. Ничего похожего на убежище – ему так и не встречалось. А просто мчаться вперёд отдавало откровенной глупостью. Поэтому, когда дыхание в очередной раз сбилось от пробежки, парень облокотился спиной о холодный камень и вытер лоб тряпкой.

            «Если не знаешь куда идти, так, может, стоит просто остановиться?» - спросил внутренний голос.

- Может и так, - ответил он сам себе вслух.

            Это решение явно порадовало уставшие ступни. Вытянутые ноги наполнила тяжесть. Глаза сами собой постарались прикрыться от усталости.

- Не-не! Не дело! – отдал Сашка сам себе приказ, стараясь оставаться бдительным.

            Но мысли всё равно отвлеклись на размышления, а те унесли в дремоту.

 

- Эй, юнец!

            Восклик заставил Сашку не только прервать своё бесконечное монотонное шествие вдоль берега искрящегося бирюзой моря, но и словно бы прийти в себя. Он тут же осознал, что должен быть в Храмовых Садах, сидеть возле валуна и стараться выжить.

            Что он делал здесь-то?!

            «Ты спишь», - подсказал разум спокойным голосом отца.

            «Хватит зевать, солдат!» - потребовал он от себя.

- Я не из тех, кто страдает манией спасения заблудших душ, - требовательно напомнил о себе говоривший.

            Сашка моргнул и чуть приподнял голову. До этого он видел только ноги преградившего ему дорогу. Они были обуты в высокие чёрные сапоги, не тонувшие в песке. Теперь стало видно и прочее. Белую шелковистую рубашку под старину с измазанными красками различных оттенков манжетами прикрывал плащ, украшенный серебристыми узорами. Хищные пронзительно-яркие голубые глаза незнакомца смотрели с некой издёвкой, хотя в целом лицо выглядело приятно.

"Характер нордический", - сделал для себя вывод по внешности собеседника парень в стиле любимого фильма.

- А кто вы?

- Для кого-то и я бог, - усмехнулся мужчина, обнажая белоснежные зубы. - Имя-то своё помнишь?
- Конечно! Я Александр. Александр Мирный.

- Уже неплохо. Пожалуй, сумеешь вернуться.

- А ты-то кто? - перешёл на более близкое обращение и парень. - Как зовут?

- Можешь называть так, как тебе удобно. У меня и нет имени, и много разных имён, - черноволосый незнакомец заинтересованно и выжидательно уставился на собеседника. Ему явно было любопытно, какое Сашка выдал бы предположение.

- Тогда ты - Художник, - смирился он, обращая внимание, что пятна краски остались и возле пряжки, которой крепился плащ. Было похоже, что мужчина накидывал тот в спешке.

- Устроит... Это ж как тебя угораздило не только оказаться на месте разрыва, но и проскользнуть в щель?

- О чём ты?

Он и правда не понял смысла вопроса. Но так как мысли больше занимало, отчего ему столь холодно во сне, постарался прокрутить тот в голове ещё раз. Суть не стала явственнее. А продрогшие ступни по-прежнему требовали тепла. Они были босыми. Вокруг стояла то ли ранняя весна, то ли начало осени. Да и его одежда почему-то оказалась мокрой насквозь. Так что Сашка невольно переминулся с ноги на ногу и приобнял себя руками, стараясь согреться.

- Ты сейчас на Грани.

- Жизни и смерти? - шутливо уточнил он и уже совсем серьёзно добавил. - Согреться бы не помешало!

- Для тебя да, - ответил Художник то ли на первую, то ли на вторую часть фразы. - Но это место иное. Есть Фантазия. Есть Реальность. А между ними - Грань. Это только первый её слой, но сюда оттуда обычно попадают исключительно по распоряжению Хозяина. На корабле, а не вплавь. Он явно не приглашал тебя.

- То есть мне без приглашения тут не радоваться?

- Тем, кто приглашён в замок мессира, тоже мало счастья! - рассмеялся голубоглазый. - Так как ты здесь очутился?

- Наверное, просто заснул. На небесных островах какая-то чертовщина началась. Я вымотался и отрубился. Наверное.

- Раз ты помнишь не только имя, но и себя полностью, то вернёшься назад.

Художник резко утратил интерес к происходящему. Он омыл руки от краски в воде. Разноцветные разводы разошлись по глади. Они не растворялись. А когда таинственный мужчина поднялся, то те, отсоединяясь от его ладоней, утонули и шустро ускользнули рыбками в глубину.

- Это было красиво, - заметил Сашка. Во сне его психика проявляла редкостную устойчивость и флегматичность к чудесам. Или же после зомби в Храмовых Садах его уже мало что могло удивить. - Было бы любопытно взглянуть и на картину, которую ты рисовал.
- Она в сердцевине Грани. Там ты можешь забыть о себе.

- Что-то я тебя почти не понимаю, - начал он злиться. - Расскажи подробнее!

- Задаром учительством не занимаюсь, - хмыкнул тот и взял его за руку.

            Местность тут же изменилась. И на миг Сашка словно бы вновь впал в некое небытие. Застыл в полной растерянности и не понимании.

Кто он? Откуда?

Но это был только миг. Он моргнул. Немного потёр глаза и даже с удивлением посмотрел вокруг. Никакого пляжа и в помине не было. Его окружал редкий молодой лесок, плавно переходящий в поляну возле небольшого озера у подножия горы. Там стоял небольшой бревенчатый дом. Очень простой, но аккуратный и ухоженный. Вход украшала уютная терраса с грубо сколоченной балюстрадой.

- Здесь тепло! – довольно сказал Сашка, подставляя лицо лучам жаркого летнего солнца. Они приятно щипали кожу. - Наконец-то согреюсь после этого пляжа.

- Не так уж там холодно и было, - равнодушно пожал плечами Художник, а затем хитро улыбнулся. - А ты молодец! Я думал, что начнёшь рассеиваться.

- Рассеиваться?

- Мы на Грани. Она тонка, но эта стенка мыльного пузыря единственная преграда. Вымысел не может существовать в Реальности. Настоящее не должно погружаться в Фантазию.

- По-моему, люди часто витают в мечтах! – рассмеялся Сашка. У него отчего-то снова было радужное настроение.

- Я часто ухожу с Фантазии на Грань, чтобы не забывать про своё настоящее тело. Оно сейчас лежит в полной недвижимости. И как только его состояние станет опасно для моей истинной жизни, я покину эти места, - сухо и серьёзно сказал Художник. – Но не все способны на это. Как и жить в мире чужой Фантазии.

- Что за?! – возмутился он, ибо решил дотронуться до дерева. Голова отчего-то закружилась.

Кора выглядела необычно. Как и на растительности небесных островов. Поэтому парень был уверен, что та оказалась бы такой же липковатой. Но он не был готов к тому, чтобы на пальцах остались небольшие грязноватые разводы.

- Ты хотел посмотреть на мою картину, но она ещё не готова, - мягко улыбнулся Художник. - Краска сырая.

- И тут всё так пачкается?

- Да. Чтобы высохнуть ей нужно многое. Так что к дому мы не пойдём.

- Может и хорошо, - только и вымолвил Сашка. Он ощущал себя всё хуже и хуже с каждой секундой. - Что-то мне…

- Твоё тело зовёт тебя. Расслабься и прими его. Это самый короткий, пусть и болезненный, путь отсюда. А второго шанса может и не быть.

Ответить Художнику он уже не смог. Тело скрутило от внезапных резей. И под конец Сашка завопил во весь голос.

 

День второй. Вечер. Время неизвестно

 

Арочный коридор под наклоном вёл по спирали куда-то вглубь земли.

Куда он пролегал?

Она не знала. И не хотела знать. Лишь пыталась внимательнее рассмотреть окружающее пространство. Но его было слишком плохо видно. Освещение тоже, что и в маленькой первой комнатке, стало ещё более тусклым. Приходилось напрягать глаза, чтобы чётко разглядеть хоть что-то. В обычной обстановке Инга постаралась бы держаться рукой кладки, но прикасаться к влажной стене, словно сотканной из бурлящей тёмной массы, интуитивно не хотела. Да и мужчины уверенно шли исключительно по центру тоннеля.

Долгое время царила невероятная тишина. Про такую ещё говорили иногда «до звона в ушах». А затем из стен выползли твари. Инга не разглядела, сколько их было. Несчастная просто присела, от ужаса прикрывая лицо руками, чтобы ничего не видеть. Но избавиться от слуха было сложнее.

Шипение, хрип, звук удара меча, стон…

Совсем близко.

Она всё-таки приподняла голову. Один воин пал возле неё, и тварь терзала его горло, словно дикое животное. Кровь растекалась по полу.

Как ни странно, но именно это жуткое зрелище придало ей сил для дальнейших действий. Паника несколько отступила. Она вспомнила про своё единственное оружие - кинжал и решительно ударила им в основание черепа зомби. Существо резко дёрнулось и обмякло. Инга уже более осознанно огляделась. Кажется, её удар стал последним. Битва вокруг уже закончилась. При этом глаза встретились с пристальным взглядом Остора. Он внимательно рассматривал девушку, как будто впервые видел. Его взор задержался и на кинжале, а затем Владыка подошёл к трупу соратника и, хладнокровно отрезав ему голову, откинул ту в сторону.

- Пошли дальше, - приказал он, выразительно посмотрев на Ингу. Видимо, теперь ей официально дозволили идти со всеми.

Отряд молчаливо двинулся в путь. Она же, понимая, что мир уже не смог бы стать для неё прежним, но мысленно всё ещё хватаясь за привычную реальность, застыла на миг. Несколько несвязных мыслей пролетело в голове, и девушка, сдерживая порыв рвоты, вытащила из ножен на поясе трупа меч. Тот был тяжёлым, да и пользоваться таким оружием она совсем не умела. Так что Инга с сожалением положила его на пол и быстро зашагала вперёд.

Коридор, казалось, не имел конца. Он являлся словно бы бесконечным отражением в двух зеркалах. Одни и те же арки. Тот же тусклый свет. Та же необычная кладка - камни словно бы шевелились, если не смотреть на них в упор. Боковое же зрение легко улавливало колебания стен, как если бы те были живым существом. Единственное разнообразие в этом месте заключалось в том, что более резко стали ощущаться повороты. Они и так ощутимо закручивались по спирали вниз, а теперь и вовсе уменьшили радиус.

Ноги девушки гудели от продолжительной ходьбы. Она очень устала и физически, и морально. Возможно, разум немного успокоился бы, если бы хоть кто-нибудь ответил ей на вопрос, для чего они здесь бродили. Пару раз она предпринимала попытки узнать об этом, но натыкалась на ледяные взгляды и гробовое молчание, заставляющее забыть о любых вопросах. Очередное же логичное предположение, заключающееся в том, что группа следовала в некое убежище, не оправдывалось. В бункере не должно было быть каких-либо угроз, а уже дважды, возникая из ниоткуда, на них нападали страшные чудища. Маленький отряд потерял трёх человек. Их оставалось всего семеро, если считать и Ингу. И вскоре численность вновь едва не уменьшилась.

Одна из тварей напала со спины и набросилась на девушку, с максимальной осторожностью идущую позади всех. От испуга и неожиданности она даже не смогла вскрикнуть. Просто воткнула свой кинжал в разлагающееся тело и постаралась отскочить в сторону. На удачу, один из воинов, тот самый, на которого девушка наткнулась в самом начале пути, своевременно пришёл ей на помощь и отрубил голову существу. Колени Инги от переживаний тут же подогнулись. Она упала и начала истерично всхлипывать. Парень с сочувствием протянул ей руку, чтобы помочь встать, но под пристальным взглядом вездесущего Остора тут же резко отдёрнул. Мужчины, как ни в чём ни бывало, очень медленно, словно продвигались через плотный кисель, двинулись дальше.

Она же опёрлась ладонью о холодный каменный пол, чтобы встать. У неё не было ни сил, ни желания куда-то идти. Но все мысли как будто умерли в ней. Однако отрешённость резко прошла, когда со своего места Инга неожиданно различила на стене дверь, прикрытую плотной паутиной. Это было первое ответвление в этом бесконечном коридоре! И, повинуясь непонятному чувству, она открыла створку и осторожно заглянула внутрь.

В небольшой комнате из-за горящих факелов оказалось намного светлее, чем в коридоре, но рассматривать особо было нечего. Никакой мебели или изысков не присутствовало. Только на каменном пьедестале, похожем своей формой на гроб, возлежал закутанный в белый саван человек.

И вот его то, пожалуй, можно было назвать самым необычным из всех людей, что она когда-либо видела!

В огненном свете невероятно бледная кожа выглядела матово белой, как если бы лучи Солнца никогда не касались этого худощавого тела. Овал лица был чрезмерно длинным, но гармонично сочетался с общими вытянутыми пропорциями. Ровный тонкий нос и сосредоточенно сжатые узкие губы могли бы служить эталоном для изображений ликов на иконах.  Огромные водянистые зеленовато-бирюзовые глаза неотрывно глядели на потолок. Длинные белоснежные волосы были зачёсаны назад. Причёска обнажала высокий лоб.

Невероятная, какая-то не человеческая красота мертвеца завораживала, но через эту магию созерцания к Инге пробилась мысль, что она уже видела этого мужчину в Храмовых Садах, пусть и со спины.

«Ужас! Чудища! Труп! Твари! Гробница!» - пронеслись отдельные слова в её сознании, вместе с сюжетами недавнего прошлого.

От пересмотра воспоминаний сердце отчаянно и гулко забилось о грудную клетку. Однако ритм стал ещё быстрее, когда лежащий на подиуме человек, которого она посчитала мёртвым, ещё и повернул к ней голову…

Инга округлила глаза и с невероятной, нечеловеческой скоростью вернулась обратно в коридор, не закрывая за собой дверь.

- Там мужчина! Беловолосый!

            Крик прозвучал на удивление тихо, но воины, благо не успели далеко отойти, резко остановились и, как по команде, повернулись к ней. Кажется, ей действительно удалось привлечь их внимание. Владыка выдвинулся вперёд и требовательно спросил:

- Где?

- Там.

            Ответ вряд ли подходил обладателю учёной степени, но по-другому объясняться Инга была пока не способна. Поэтому, чтобы фраза стала немного яснее, она смущённо указала пальцем на проход. Остор на правах главного первым подошёл ближе, и начал внимательно разглядывать проём, как будто искал что-то или же и вовсе… толком не видел тот, хотя яркий свет из комнаты струился в коридор.

Кто знал, может островитяне на самом деле крайне плохо различали предметы в сумерках? Может, у них особенности зрения такие?

            Наконец, Владыка удовлетворённо кивнул, мягко отодвинул девушку в сторону и гордо зашёл внутрь комнаты. Остальные без тени сомнений последовали за ним, оставляя дверь слегка приоткрытой.

Некоторое время, показавшееся вечностью, хотя оно и длилось всего несколько мгновений, снова царила тишина, нарушаемая лишь биением её сердца. Оставаться в коридоре одной быстро стало невыносимо. Девушка решилась заглянуть в щель, чтобы разглядеть, что же происходило внутри. Но задумка не вышла. Чья-то спина почти полностью перекрывала обзор. Однако, чтобы ни произошло внутри помещения, оно закончилось, ибо весь отряд вернулся в коридор.

- Пошли, - только и сказал ей Остор.

Слово больше походило на приказ, хотя Владыка и позволил себе чуть улыбнуться. Инга немного удивилась его вниманию, но послушно и без вопросов побрела следом за остальными в обратную сторону. Буквально через два витка спирали перед нею возникла бронзовая дверь с черепами. Словно ужасно долгий спуск был всего лишь игрой воображения. Словно погибших в подземных схватках мужчин никогда и не существовало.

Они вышли из гробницы.

Сумерки остались сумерками. Но теперь это были ПРАВИЛЬНЫЕ сумерки.

Инга с облегчением вздохнула. Конечно, её страх никуда так быстро не исчез, но где-то внутри поселилось ясное осознание, что всё закончилось. Завершилось.

…Жаль, что никто не собирался сообщить ей тоже самое вслух.

Быстро темнело, но отряд уверенно брёл тропинками через Храмовые Сады. Вскоре они ступили на Лиловый остров и, не теряя времени, двинулись к Небесной Галерее. Навстречу им попалась спешащая к ресторанчику седовласая старушка, опирающаяся на трость. Больше никого.             Трепет же перед воздушными мостами несколько потускнел после пережитого. Инга быстро, вполне буднично, словно местная, перешла на другую сторону. Экспедиционный автомобиль всё так же стоял почти вплотную к беседке. Коллег около него не было.

 

- А что с туристами? – поинтересовалась взволнованным голосом девушка.

- Все группы экскурсоводы ещё до полудня вывели. Им известны признаки ненастья. А в плохую погоду и ночное время посещение небесных островов строго запрещено, - сурово ответил Владыка и посмотрел на неё неприятным взглядом.

От понимания требования молчать о происшедшем Инга поморщилась, отвернулась и подошла к машине. Все оставленные в салоне вещи лежали на своих местах.

            «У нас ведь не было гида», - горько осознала она.

            Между тем подъехал автобусик. Водитель открыл дверь. Мужчины начали довольно рассаживаться, а она всё продолжала растерянно стоять, словно чего-то ждала, пока Остор напрямик не предложил ей поехать вместе со всеми. Инга забралась внутрь. Она ощущала себя предательницей из-за этого, хотя и не должна была испытывать ничего подобного. Кажется, её разум и чувства начали войну, которую никак не собирались заканчивать...

Владыка занял место возле неё и негромко произнёс сухим официальным тоном:

- Пожалуй, сегодня вам стоит отдохнуть. Завтра же я зайду обсудить некоторые детали этого дня.

- Хорошо, - устало согласилась она, мысленно радуясь его решению.

Дорога проходила спокойно. Правда, мужчины несколько ожили. Угрюмость спала с их лиц, и они даже начали весело шушукаться о чём-то. Она же, напротив, только опустила голову вниз. Местный язык был как и ранее не понятен. Да и сидящий рядом Остор не походил на приятного собеседника. Но время в пути пролетело быстро. Автобус довёз Ингу почти до самой гостиницы, чьи окна светились мягким светом ламп. Она вышла на улицу, довольно нелепо себя ощущая. Чистенький маленький город казалось не знал ни о каких бедах. Опрятные последние прохожие шутливо шептались, искоса посматривая на неё - девушку в порванной грязной одежде. От усталости и ушибов ноги слегка прихрамывали. Саднящие колени и ладони неприятно зудели. Однако упрямо стиснув зубы, не отвлекаясь ни на что и ни на кого, Инга ровным шагом направилась в номер. Ей только пришлось остановиться у стойки с администратором, чтобы взять ключ от номера. Старик с удивительно яркими голубыми глазами и несвойственной островитянам загорелой кожей с любопытством осмотрел чумазую постоялицу, но ничего не произнёс.   

Она зашла в маленькую прихожую и закрыла на засов дверь за собой. Зеркало шкафа отобразило взъерошенную грязную испуганную женщину в простеньком сером платье. В руке она по-прежнему держала кинжал. Совсем забыла про него, а никто не напомнил убрать. Да и не отнял. Отражение настолько противоречило обычной Инге, что она улыбнулась самой себе и даже нервно хихикнула. После чего девушка положила ставшее ненужным оружие на комод, сняла с себя одежду и оттолкнула лохмотья ногой в сторону. Затем плавно приоткрыла дверь в ванную и с подозрением заглянула внутрь.

Наверное, после приключения на небесных островах ей предстояло ещё долгое время так осторожничать!

Помещение же выглядело подозрительно обыденно и ничем не собиралось пугать. Так что Инге пришлось покончить со своей паранойей, вздохнуть как можно глубже и всё-таки принять душ. Она тщательно смыла с себя грязь и дважды вымыла волосы, чтобы избавиться от гадкого липкого ощущения. Это удалось. Прохладные струи принесли облегчение, создавая впечатление, что события дня являлись всего лишь плохим сном...

Увы, это была лишь попытка сознания избавиться от тревожных воспоминаний.

Открыв шкаф, с развешанной по плечикам со вчерашнего вечера одеждой, и надев подвернувшееся коктейльное нарядное платье в горошек, Инга начала обход, стуча в двери номеров коллег. Никто из них не отозвался, а потому ей пришлось вернуться к себе. Она снова тщательно закрыла за собой дверь на засов и замок и кинула ключи на сидение плетёного стула. После чего сняла обувь и нацепила на ступни домашние тапочки. Торшер тут же неожиданно замерцал.

Девушка вздрогнула.

«Короткое замыкание», – подумала сначала она, но, осознав, что пробки не выбило, пришла к выводу, что, вероятно, произошло простое падение напряжения в сети. В любом случае, проблема быстро исчезла сама собой. Инга облегчённо выдохнула, встала и хотела уже пойти в уютную спальню, как поняла, что на стене рядом со входом в ванную появилась ещё одна дверь.

Та ничем не отличалась от остальных в гостинице. И выглядела так, словно всё время здесь и находилась.

 

День второй. Ближе к ночи

 

Сашка прикрыл себе рот двумя руками разом. Крик, который он издавал, мог привлечь всех тварей с округи. Поэтому, едва он осознал, что не повторил бы своей глупости, то схватил котомку с едой и вприпрыжку ринулся куда подальше.

Темнота вокруг стала ещё плотнее, чем когда он засыпал. Однако она перестала быть столь пугающей. Как будто из неё исчезло нечто чрезвычайно опасное. И всё же тревога так и не покинула его. Поэтому, останавливаясь, Сашка первым делом удостоверился, что он по-прежнему один. И только затем расслабленно посмотрел на небо. Оно было ясным и глубоким. Россыпь звёзд мерно отражала свет вселенной на крошечную планету, путаясь в лёгкой дымке.

- Вот что тебе рисовать надо было, Художник, - подумал он вслух. – А не хижину какую-то.

            «Я их поправлял. Видел бы ты их раньше!» - тихо прозвучало у него в голове чужим голосом.

            Сашка содрогнулся. Но никакого странного мужчины вокруг не было. Да и откуда тому было взяться в настоящем мире, если он просто напросто ему приснился? Однако парень подошёл к ближайшему дереву и попытался содрать кусочек коры ногтем. Та слегка пружинила, но наконец поддалась. И за ней обнаружилась привычная древесина. А на ладони остался небольшой коричневый кусочек эластичного материала.

 

День второй. Девятнадцать часов и десять минут

 

Она зажмурила веки и снова открыла. Видение не исчезало, так что ей пришлось со всей осторожностью подойти ближе. Ситуация казалась невероятно глупой.

Разве можно просто напросто не заметить такое? Или возможно?

Девушка провела пальцами по шероховатой поверхности деревянного полотна и отошла на пару шагов назад. Ощущения доказывали реальность увиденного, хотя память отказывалась признавать свою вину. Разум настойчиво требовал прекратить издевательства над ним и вернуть психику в более устойчивое состояние. Инга, следуя этому повелению, повернула ручку, распахивая дверь, и заглянула внутрь, привычно не переступая порога. Ей открылась комната с современной обстановкой, где преобладал белый цвет. Сразу у входа стояла низкая кровать с развевающимся белоснежной лёгкой воздушной тканью балдахином. На ней кто-то находился. Инга крадучись сделала маленький шаг в сторону, чтобы появилась возможность лучше рассмотреть лежащего, но, по-прежнему, внутрь так и не зашла.

На постели обнаружился тот же беловолосый мужчина, что и в гробнице. Он снова медленно повернул голову к ней, внимательно, с некой затаённой надеждой, посмотрел глубокими бирюзовыми глазами и едва слышно прошептал:

- Время вспять.

Инга тут же стремительно захлопнула дверь и, подпирая своим телом створку, завизжала, зажмурив глаза. Затем резко замолчала. Почему-то ей стало очень холодно, и она перестала чувствовать на себе одежду. Затем девушка открыла веки. Двери не было. Прихожей тоже. Она находилась в ванне и прижималась к кафельной стене.

Душ был выключен, она обнажена.

Отсюда и холод.

Неужели заснула стоя?

Не зная, что думать и предполагать, Инга в очередной раз насухо обтёрлась мягким махровым полотенцем, стараясь не смотреть в зеркало. На душе было гадко и мерзко. По размышлении, она накинула хлопковый гостиничный халат и вышла из ванной. Открывать шкаф, чтобы посмотреть, висело ли там ещё платье в горошек, не хотелось. Искать коллег в их номерах – уже тоже. Зато все стены подверглись внимательному осмотру. Никакого намёка на вход в таинственную комнату не наблюдалось. Она даже с азартом поискала с дюжину минут некие скрытные полости, пока не пришлось остановиться из-за настойчивого стука в дверь со стороны коридора.

«Кто-то из наших», - пролетела в голове радостная мысль, и Инга без тени сомнений открыла замок. Увы, увиденное не порадовало.

Без приглашения порог решительно переступила пожилая женщина с морщинистым лицом. Длинное чёрное платье, как и у группы женщин в Храмовых Садах, испугавших её утром, давало понять, что та являлась жрицей.

- Тебе стоит пойти со мной, - приказным тоном фамильярно произнесла незнакомка и протянула маленький сосуд.

- О чём вы? – не поняла девушка и нахмурилась. Сегодня на её долю пришлось столько странностей, что Алисе в Стране Чудес и не снилось! Так что очередное загадочное событие только основательно разозлило.

- Выпей. Я приду за тобой, когда ты будешь готова.

            Женщина буквально сунула бутылочку в руки Инги, едва сдерживающей себя от агрессивных слов, и вышла в коридор. Девушке только и осталось как закрыть за той дверь… И на замок, и подпирая ручку стулом. Только после этого она осмотрела «подарок». Ничего примечательного в том не было. Ёмкость из голубой глины легко помещалась в ладони. Узкое горлышко вместо привычной пластиковой пробки затыкал длинный сучок дерева. Больше походило на детскую поделку или сувенир, чем на что-то серьёзное. Однако после пережитого, сосуд показался сосредоточием какого-то невероятного могущества.

            Повторять подвиг с обходом комнат коллег она не стала. Выходить из комнаты, пока не восстановилось хрупкое душевное равновесие, ей решительно не хотелось. Поэтому Инга наконец-то зашла в спальню и плотно задвинула занавески. Положив глиняную бутылочку подле себя, девушка легла на кровать, удобно устроив на ногах ноутбук, и включила технику. Ей нужно было успокоиться и привести голову в порядок.

А что могло вернуть в реальность лучше, чем переписка с раздражающе предсказуемым, сдержанным и невозмутимым мужем?! 

- Привет, - коротко написала Инга. Антон оказался в сети. Иного она и не ожидала. Наверняка караулил её, согласно собственным принципам учтивости.

- Привет, зай. Как ты? – пришёл почти сразу ответ.

            Она задумалась. Следовало ли описывать события дня? Они выглядели настолько фантастично, что даже ей самой – участнице событий, казались бредом.

- День оказался невероятно тяжёлым, Антош.

- Ты справишься.

            Справишься?! Как жить с тем, что произошло?! Как совладать с гибелью картины привычного мира? Как?!...

            Она почти что резко захлопнула крышку ноутбука, как внезапно раздражение отпустило Ингу, сменяясь ощущением тихой и всеобъемлющей нежности к мужу. Давно уже в ней не возникало ничего подобного. Неожиданно она осознала, сколь глупо и некрасиво вела себя с супругом. Как вообще можно было соглашаться на далёкую экспедицию только для того, чтобы пощекотать нервы человеку, который столь сильно любил её. И более того, принимал свою жену такой, какая она есть, во всём и не требовал ничего взамен! Старался сделать счастливой столь недостойную его особу, всецело поглощённую собой. Она настолько упёрлась в своих подростковых желаниях о пылких страстях, что абсолютно перестала задумываться о том, что чувствовал муж.

А для чего ей это понадобилось? Самоутвердиться в чём-то? В чём? С кем ещё можно было найти столько заботы и понимания?

- Я люблю тебя, - призналась Инга, понимая, что именно сейчас эти слова являлись правдой. И, следуя неожиданному порыву тёплых эмоций, быстро допечатала. – И очень рада, что ты есть у меня. И что мы вместе. И будем вместе. Обещаю.

- Мы всегда будем вместе. Я тебя тоже люблю… Но что-то случилось?

- Нет. Просто я осознала, насколько сильно мне может тебя не хватать!

            Она была искренна. Пальцы набрали на клавиатуре не то, что должно сказать в той или иной ситуации, а то, что хотела её душа. И может мало в этом было настоящей любви, но она испытала невероятную благодарность. А это чувство можно было назвать её самым ярким оттенком. Неожиданный порыв нежности словно сорвал плотину, и река того, что надо было озвучить хоть раз в жизни, обрела свободу.

            Муж долго молчал, читая написанное ею, а затем ответил:

- Мне тебя не хватает уже в тот миг, когда ты целуешь меня, провожая на работу. День в разлуке кажется вечностью.

            Инга потёрла глаза, чтобы сдержать слёзы стыда. Она ощутила себя невероятно гадким созданием. Сколько жило в ней притворства? Да, традиционно перед уходом Антона на работу она обнимала его с жаркой, но холодной и расчётливой страстью актрисы, ибо… Мечтала, чтобы за супругом как можно скорее закрылась дверь!

            Мысленно, девушка пообещала себе, что постаралась бы исправить себя. Что стала бы женой, достойной такой безгранично слепой любви… Но сейчас проснувшаяся совесть безжалостно терзала эгоистичную душу, делая общение невыносимым.

- Мне пора. Очень устала. Передавай привет моим и своим родителям. Скажи, что у меня всё в порядке.

- Целую, котёнок.

            Закрыв крышку ноутбука, Инга положила тот на прикроватную тумбочку, и откинулась на мягкие подушки в надежде, что охватившее её смятение исчезло бы само собой. Однако что-то мешало безмятежно лежать. Она привстала и увидела под собой глиняный флакон.

Как он мог закатиться туда?

Инга взяла сосуд в руки.

- Словно Алиса в Стране Чудес. «Выпей меня» только надписи не хватает, - язвительно прошептала девушка, но не отбросила бутылочку в сторону, и не отложила для анализа содержимого, как предполагала ранее.

            Она немного повертела «подарок» в руках.

Что стало бы, если открыть этот «сундук Пандоры»? Или, может, она понапрасну изводила себя?

Вполне вероятно, что всё происходящее являлось чьим-либо злобным розыгрышем. Вера, что вокруг шло некое своеобразное шоу, казалась даже более логичной, нежели нашествие зомби…

Инга извлекла пробку, прикладывая немалые усилия. Сучок вытаскивался тяжело, под конец издав тихий хлопок. Запах жидкости, находящейся внутри, показался ей приятным, но больше напоминал нежный аромат цветочных духов нежели чего-то пригодного для питья. Повинуясь мигу безумия и безрассудства, она выпила жидкость почти до дна. На вкус напиток оказался безвкусным, как обычная вода. Девушка прислушалась к собственным ощущениям. Вроде ничего не происходило. На всякий случай она покопалась в дорожной сумке, нашла аптечку и положила поверх ноутбука упаковку активированного угля и упаковку сока.

Не тревожить же ей было ночь вызовом скорой помощи из-за собственного сумасбродства!

Затем Инга расчесала волосы, не став их сушить феном, переоделась и легла спать. Напряжение мешало приходу дремоты, но усталость умело боролась с бессонными размышлениями. Девушка чувствовала, что засыпала. Такое бывало с людьми. Вроде уже начал сниться сон, но при этом человек ещё наполовину находился в реальной действительности – всё слышал, понимал… Именно такое состояние и было у неё тогда.

 Ей виделось, будто она неторопливо пошла в ванную, чтобы опять принять душ, а затем вернулась в спальню. Кажется, вместе с нею за дверь комнаты прошмыгнуло что-то чёрное и небольшое, но девушка сделала вид, будто ничего и не было. Иногда это лучший метод борьбы со страхом. В конце концов, если не верить во что-то, то у этого чего-то не останется иного пути, как исчезнуть. Поэтому Инга старательно вела себя так, словно всё было в порядке. Однако боязнь брала своё. Она накрылась одеялом с головой и... В этот момент сюжет ускользнул от её внимания. Девушка заснула.

Проснулась она уже от ощущения жуткого леденящего ужаса. Он сковывал и порабощал. Инга громко выкрикнула имя мужа, хотя понимала, что находилась одна в комнате. Просто надеялась, что если что-то в темноте и присутствовало, то испугалось бы тоже. Антон, естественно не откликнулся, но приблизились знакомые тихие шаги.

- Ты чего кричала? – спросила мама.

- Я испугалась. Кошмар приснился, - моментально успокоилась Инга, выглядывая из-под одеяла. Мама улыбнулась, поцеловала в лоб сухими губами и погладила её по голове. Затем вышла и сказала папе, чтобы тот не беспокоился.

            «Просто ночной кошмар», - произнесла та и закрыла дверь.

И тут с ужасом Инга осознала, что испугалась сна во сне.

Осознание этого разрушило дремоту. Она немного очнулась.

Её не просто трясло, а лихорадило. От липкого пота тонкая сорочка прилипла к телу.

Напиток. Это наверняка он! Зачем она пила эту гадость?

Мысли с трудом ворочались в голове как при очень высокой температуре. Инга кое-как встала и попыталась достать с комода ноутбук, чтобы попросить мужа о помощи. Устройство выпало из обессиленных дрожащих рук, но вроде не разбилось. Наклоняться за техникой сил не было. Точнее их хватило бы только на это действие, а потом бы Инга не смогла встать с пола. Мир кружился. Глаза снова настойчиво пытались закрыться, чтобы унести её в мрачный кошмарный сон. Но, придерживаясь стены, девушка всё же кое-как дошла до входной двери и рухнула на пол. Дышать стало очень тяжело.

«Пусть жрица помучается меня искать», - твердила себе Инга, чтобы опираясь за мысль, как за опору, сделать ещё хоть что-то.

Она из последних сил доползла до шкафа в прихожей и заползла внутрь. Некоторые вещи с грохотом упали, но это было неважно. Ей довелось совершить последнее важное действие  - закрыть створку. После этого её тело болезненно свернулось калачиком.

Мир исчез.