Глава 3.

 

            Утро для Энн-Мари не задалось. Началось всё с того, что ни свет, ни заря её разбудил бывший муж и снова по телефону стал угрожать, что натравит юристов и заберёт детей. Он требовал значительную сумму денег, которой у неё просто напросто не имелось в наличии. Брать очередной кредит было непозволительно, да и факт вымогательства изрядно раздражал. Как вообще она могла строить отношения с этим человеком? Почему не увидела раньше истинное лицо?... Теперь же постоянные скандалы доводили женщину до безумия, и она боялась, что в конечном счёте нервные срывы привели бы к тому, что муж действительно смог бы получить опеку над Джонни и малышкой Кэт. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку Энн позвонила своей младшей сестре Сьюзи и предложила той прогуляться с детьми в местном парке. Поэтому сейчас они неспешно и брели по солнечной аллее, ведя перед собой коляски с дочурками. Джонни был уже достаточно взрослым, чтобы бегать вокруг сестёр, постоянно отвлекаясь на маленькие чудеса утренней природы. Всё внимание женщин занимал оживлённый разговор о бывшем Энн и возможных путях решения проблемы, поэтому они не замечали, как за ними непрерывно следовал неопрятно одетый парень с мутными, постоянно бегающими красноватыми глазами.

            Грег, а именно так звали этого молодого человека, крайне нуждался в деньгах. Последняя доза наркотика давно была израсходована, а в долг дилер больше ничего не давал. Да и после того, как парень отвратно показал себя в качестве бегунка, о том, чтобы халявно ширнуться приходилось лишь мечтать. Даже на шмаль бабла не хватало. Тащить с хаты было нечего, вот он и решил опробовать себя в новом деле. Утро же показалось ему прекрасным временем для кражи. Никто не ожидал неприятностей. Да и идущие впереди женщины казались полностью вовлечёнными в диалог. Плотная дамская сумочка, беспечно болтающаяся на кончике ручки коляски, манила. Всего-то и нужно было подойти чуть ближе, сделать рывок и бежать без оглядки. Грег уже внутренне собрался, чтобы осуществить задуманное злодейство, как проклятый мальчишка подскочил к матери, дёргая ту за край блузы, и восторженно пропищал:

- Ангелы!

            Женщина сначала не отреагировала на слово, считая это обычным баловством и воображением, но ребёнок проявил настойчивость и указал в небо пальцем. Взоры Грега и остальных людей по близости машинально устремились ввысь.

- О, мой Бог! – восторженно воскликнула Энн-Мари.

            Сьюзи взволнованно ахнула и схватилась за ладонь сестры, словно в поисках опоры и поддержки.

            В лучах утреннего солнца на безупречной синеве неба выделялись силуэты плавно спускающихся трёх прекрасных созданий. Они образовывали треугольник таким образом, что лица смотрели в разные стороны. Всё смирение, скорбь и печаль отражались в их взглядах. Белоснежные одежды и крылья не оставляли сомнений, что мальчик оказался прав.

            Грег потёр глаза грязной ладонью. Дозы ведь не было, да и обычно его посещали совсем иного рода видения. Джонни же с детской непосредственностью подбежал к тем, открыто улыбаясь. Энн-Мари только и могла, оцепенев, наблюдать за происходящим.

- Мама! Они настоящие! У них действительно есть перья! – радовался мальчик.

            Один из ангелов нарушил на миг композицию, ласково погладив ребёнка по голове, а затем всё пространство покрыл невероятно мягкий и тёплый свет, исходящий из глаз божественной троицы. Ненадолго. Всего на несколько секунд, а затем привычные краски вернулись в мир. Правда, теперь он казался несколько серым и, как будто, пустым. Вот только некому было это осознать.

            Люди лежали везде, где им довелось упасть. Малышка Кэт словно заснула в своей коляске. Энн-Мари, случайно скинув свою сумку, соприкасалась руками со Сьюзи. На каждом лице царила блаженная улыбка. Даже у Грега, как будто прислонившегося к стволу старого ветвистого дерева, чтобы передохнуть от суеты будней. Пожалуй, таким счастливым его видела только мама в очень далёком детстве. Открытая, ничем неприкрытая радость. А вокруг первозданная тишина и блаженное умиротворение. Безмятежное спокойствие волшебного прелестного сна… Только вечного… Никто из пришедших в то утро в парк больше не дышал.

 

***

 

- Ну, и в качестве прикола, - решил завершить оставшийся час вахты Денисочкин байкой про Великую Отечественную.

            Мичман, страдающий в ту ночь бессонницей, а посему добровольно подменивший несколько расклеившегося от простуды Васька, с удовольствием слушал очередную историю болтливого начальника.

- Немец спать хочет, а слышит, что русские что-то всё копают и копают. Ну, он высовывает голову, в каске, естественно, из окопа и кричит дурным голосом: «Эй, ти. Рус. Чиго всю ночь копаешь? Клад ищещь?». Ну, а кто-то из наших тихонечко так. Эдак душевненько и отвечает: «Что надо, то и копаем. Сюрприз будет»…

            Рассказ прервался непонятным грохотом на нижней палубе крейсера, заглушившим тихий смешок слушателя байки, и мгновенно погасшим светом. В наступившей тишине мужчины молча тревожно переглянулись.

- Ёшкин кот! – удивился мичман и посмотрел на потускневшие экраны мониторов, показывающих только помехи.

            Он постучал по одному из них пальцем, надеясь столь простым, но надёжным и проверенным поколениями способом устранить возникшую неполадку, как те моргнули в последний раз и погасли. Видимо что-то произошло и с запасным генератором.

            Денисочкин, бормоча под нос что-то матерное, ибо прежде чем нащупать нужный предмет, он предварительно уронил нечто металлическое и тяжёлое себе на ногу, включил порядком запылившийся от неиспользования фонарь. После чего выразительно посмотрел на собеседника. Самому то ему покидать мостик инструкция не позволяла. Борис выругался в сердцах, но делать было нечего. Вызвался Родине служить – так служи исправно!

- Второй то фонарь найдётся? – только и спросил он.

- Да. Был где-то.

            Денисочкин выдвинул ящик и, отодвинув в сторону ненужные вещи, достал из того тяжёлый продолговатый тёмный предмет. Пришлось взять карманный фонарик. Мичман проверил его на пригодность. Свет загорелся сразу и заскользил ярким пятном по стене. Так что Борис довольно крякнул и вышел на палубу. Ледяной ночной ветер словно пронизывал тело насквозь, ибо впопыхах мужчина забыл накинуть тёплый плащ. Эх… По температуре было не сказать, что сейчас начало весны.

            «Холодная какая-то выдалась», - недовольно подумал моряк.

            Воды привычно спокойно шумели, плескаясь о металлический борт военного корабля. Вокруг же стояла тишина. Как будто ничего и не происходило минуту назад. Мудрое сердце заколотилось о грудную клетку. Вроде и обычно всё выглядело, да только неправильно как-то. Что-то не так. Первые два шага стали самыми сложными, а потом Борис подумал, что пора прекращать бы трястись.

            Подумаешь дурное предчувствие! С чего он взял, что нечто масштабное произошло? Половину оборудования давно менять надо. Вот и всё! И настоящий русский моряк такой чепухи как поломка бояться никак не должен.

            С этими прогоняющими страх мыслями мичман сделал ещё несколько шагов, только более уверенных, как перед ним возникли красные угольки глаз. Уж вертикальные зрачки не дали бы ни с чем иным спутать такое. Нестыковка увиденного с ожидаемым, столь отличное от всего понятного и объяснимого явление, заставили руку мужчины несколько затрястись. Но та мужественно направила слепящий луч света, чтобы разглядеть подробнее. Толком рассмотреть мичману существо не удалось. Однако хватило и беглого взора на открывающуюся под близко посаженными алыми глазами огромную пасть.

- Ёшкин кот! Вот так тварь!

            Перепуганный голос казался чужим, но Борис сумел выхватить табельное оружие и выстрелить в темноту, ибо фонарик от неловкого движения выключился и упал под ноги. Обойма кончилась.

            Мичман попытался оглядеться в блёклом свете луны, надеясь, что невиданная тварь сдохла, но не вышло. Тогда он наклонился, нащупал фонарь и хотел его включить, как ноги оплела некая светящаяся красная петля, обжигая лодыжки, заставляя кожу буквально вскипать. Мужчина закричал, когда его внезапно подняло в воздух, но это дало и некоторое преимущество. С высоты существо стало несколько лучше видно.

            «Вот тебе сюрприз будет», - пронеслось в голове Бориса, и он храбро швырнул со всей силы бесполезное оружие прямо между глаз твари, совсем не ожидавшей подобного обращения со своей персоной.

            Хватка плети резко ослабла, и мичман стремительно отлетел в сторону. На его счастье ударился он о гладь воды, а уж выплыть на поверхность опытному моряку труда не составило. Практически сразу Борис заметил, как по палубе в звёздном свете пронеслась ещё одна фигура, похожая на предыдущую тварь. А затем по всему кораблю пронеслись отчаянные крики.

- Ёшкин кот! – сквозь зубы процедил мичман и быстрыми гребками поплыл прочь от крейсера.

            Твари его преследовать не стали.

 

***

 

- Ты веришь в существование Рая? – поинтересовалась шёпотом Люси.

- А то, - шутливо ответил он и заговорщицки подмигнул. – Разве не ангел во плоти со мной рядом?

- Я серьёзно! – надулась девушка, хотя комплимент достиг своей цели, вызывая её белоснежную улыбку. – Ты веришь в Рай и Ад?

- В Аду я по семь дней в неделю бываю. Это моя работа создавать для других Рай.

            Снова отшутился президент и обнял малолетнюю любовницу, валяющуюся на кожаном диване в его загородном кабинете. Её глупая болтовня его абсолютно не интересовала. Скорее наоборот. Раздражала. Пожалуй, уже настала пора избавляться от этой девчонки. Она ему порядком поднадоела.

- Ты невыносим! – тая в его объятиях, проворковала Люси и томно вздохнула.

            Его руки же привычно скользнули под короткую юбку школьной формы. Девушка, почти девочка, глупо захихикала в предвкушении, но игриво постаралась казаться недоступной, одёргивая одежду вниз. Тотчас её тонкие запястья оказались зажаты крепкой хваткой ладони мужчины, в глазах которого засветилось вожделение от подобного возражения его ласкам.

- Как же я своевременно, - возрадовалась Ахрисса, возникая из ниоткуда в естественном облике.

            Она шаловливо поправила свои чёрные прямые волосы, постриженные каскадом, и, наслаждаясь своим вмешательством, посмотрела на парочку, так и не успевшую полностью слиться в сладострастных объятиях. Люси глупо приоткрыла красивые пухлые губки и выпучила, и так огромные, голубые глаза, становясь похожей на аквариумную золотую рыбку.

- Но, кажется, вы меня не ожидали, - демонесса, приветливо улыбаясь, подошла совсем близко.

            Школьница, на некоторое время замерев, не могла оторвать перепуганного взгляда от пугающего её лица Ахриссы, как взвизгнула и уже намеревалась закричать, но баронесса прервала намерение взмахом своей шестипалой кисти. Длинные острые когти без труда проткнули грудную клетку, но на этом демонесса не остановилась. Она слегка повернула руку, превращая туловище в фарш из лёгких и костей, и вытащила ладонь с зажатым, ещё бьющимся сердцем. Движение не потребовало ни малейших усилий. Люси, словно кукла, тут же обмякла и упала на пол с дивана.

            Президент смог более умело сориентироваться в ситуации. Пусть в его голове и пронеслись многочисленные сюжеты о фильмах про монстров, но он осознавал, что существо вполне могло быть некой экспериментальной генетической разработкой. В любом случае за лучшее ему показалось попробовать узнать, что этой твари от него было нужно. У политика его класса всегда был шанс договориться.

- Чего вы хотите? – напрямик спросил он, судорожно пытаясь застегнуть недавно расстёгнутую ширинку и одновременно косясь на свежий труп. Ему совсем не хотелось превращаться в нечто подобное.

- А может всего лишь поцеловать? - кокетливо предположила Ахрисса, откусив кусочек от сердца девушки, и пронзительно посмотрела мужчине прямо в глаза.

- О, моя госпожа, - послышался хрипловатый голос.

            Под действием гипноза суккуба президент, забыв про пуговицы на брюках, рухнул на колени и пополз к ногам демонессы, не обращая внимания на лужицу крови. Ахрисса тихо и тоненько захихикала, дабы раньше времени не всполошить охрану громкими звуками. Ещё очень хотелось поиграть. Поцелуи покрывали её изящные стройные ножки, оканчивающиеся копытцами, но вскоре, это ей наскучило. Демонесса отшвырнула сердце, словно яблочный огрызок, чуть наклонилась и слегка зажала шею мужчины меж двух длинных пальцев.

- Я хочу тебя, - со всей страстью, страдая от съедавшего его плотского желания, воскликнул политик, приподнимаясь.

            В эту минуту он и правда не видел ни рытвин на лице баронессы, ни отсутствия носа, ни то как полные губы раскрылись, словно рыбья пасть, обнажая редкие конусообразные иглы зубов. Перед его взором была только самая прекрасная женщина на всей планете. И он был в шаге от того, чтобы обладать этим восхитительным телом, пьянящий аромат которого будоражил воображение.

- Ты и правда хочешь, чтобы я тебя поцеловала? – словно она была самой скромностью, прошептала демонесса. Густые ресницы, словно вуаль, трепетно прикрыли её раскосые жёлто-салатовые глаза.

- Я жажду этого! – простонал президент.

            Ахрисса вздохнула, как если бы совсем не желала дальнейшего и поцеловала мужчину, с которого в тот же миг спало всё наваждение. Глаза его округлились, он замычал. С подбородка потекла кровь, и вскоре человеческое тело обмякло в объятиях демонессы. Жестокая красавица сплюнула на пол откушенный язык и недовольно посмотрела на свою игрушку.

- Слабак, - с обидой произнесла она и сжала между ладоней голову мужчины. Та лопнула словно спелый арбуз.

            Баронесса привычно слизнула солоноватую кровь длинным раздвоенным языком с губ и отпустила мёртвое тело. Основная часть возложенной на неё миссии была окончена. Осталось расправиться с остальными человечками в этом здании.

            «И это будет… Сладко», - подумала она.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

***

 

- …Собака! - в панике выругался Амир, терзая кнопки умершего телефона.

            Не работала даже экстренная связь. А иначе связаться с руководством и доложить обстановку он не мог. В голову не приходило ничего дельного. Обычный солдат не знал, как следовало действовать в подобной ситуации.

            Свет аварийных ламп узкого извилистого коридора секретной базы замерцал на краткое время, после чего загорелся несколько ярче, сообщая о приближении пришлого. Серые стены окрасились кровавым оттенком, нагоняя ещё больший ужас от происходящего.

            Мужчина выглянул из-за угла. Пока никого ещё не было видно, но он знал, что скоро пришлый появился бы. И понимал, что им был малаика, но называть того так у него язык не поворачивался.

            Быть может, Амира обманывали собственные глаза? Или, скорее всего, то были происки врагов? Неверных. Уж слишком не хотелось верить в настойчиво возникающие мысли. Да и чем могли они столь прогневать Аллаха? Иль может сейчас испытывалась вера?

            Солдат прижал к себе автомат. Возможно, ему стоило прекратить бежать. Ведь он видел, какая улыбка озарила остальных, когда божественный свет коснулся их тел и душ. Чего же он так боялся? Ведь малаика призван беспрекословно выполнять все приказы Аллаха. Как он – простой человек, мог идти против воли Творца и Господа всего сущего?!

            Амир ужаснулся собственной непочтительности и невежеству и откинул прочь бесполезное оружие. Он раскинул руки, словно готовый принять в свои объятия свет, дарующий блаженство, и вышел из-за угла.

- Во имя Аллаха Всемилостивого и Милосердного! Хвала Аллаху, Господу миров…

            Малаика ласково улыбнулся, и мир прекратил своё существование для Амира.

 

***

 

            Самый обычный вечер в саванне. Великое солнце было уже совсем низко. Оно настолько потеряло силу, что его силуэт легко скрывался за скромной соломенной хижиной. Лишь последние оранжево-красные лучи озаряли пространство, даря надежду на возвращение светила после ночного покоя. Золотые нити неба протянулись над темнеющей землёй. Мир готовился к ночи, но Хишне не обращал внимание на его красоту.

            Мужчина вертел в тонких жилистых руках страусиное яйцо. Днём женщины проделали в нём аккуратное отверстие, перемешали содержимое тонкой палочкой и запекли в золе своеобразный омлет. Теперь пустое оно перешло в руки мужчины. До сезона дождей ещё много раз взошло бы и опустилось солнце. Но, в конце концов, когда тучи покрыли бы небо, чтобы живительная влага излилась на сухую землю, Хишне вставил бы в это отверстие сноп травы. Стебли прекрасно собирали капельки, и вода должна была накопиться в скорлупе, обеспечивая дальнейшую жизнь племени, которое между тем собиралось у единого костра. Ещё немного и вокруг огня расселись бы все жители, и старейшина начал бы повествования о духах предков.

            Хишне гордился своей общиной. Он родился в большом сильном племени хороших охотников. С любовью мужчина оглядел соплеменников. Вот их сколько! У огромного костра помещались только в несколько рядов. Много воинов, много женщин, много детей. И, несмотря на скудность саванны, всем пока хватало пищи. А потому не надо было идти работать на фермы, как поступали многие другие племена. Дано помнить общине своё прошлое. Дано жить также, как жили до них деды и прадеды. Не оставляли своих потомков духи предков! Хишне поднялся с порога хижины и сел рядом с остальными.

            Пламя лизало сухие ветки. Охватывало их, поднимая к небу яркий сноп искр. В огне что-то периодически потрескивало. Этот шум умиротворял и вносил в слова старейшины некий иной, более глубокий смысл. А старик всё шептал и шептал, и в детских глазах вместе с отблеском пламени горело искреннее любопытство.

            Ещё один вечер в саванне. Ещё одна наступающая ночь. А завтра предстояло настать новому рассвету. Жизнь продолжалась. Ещё немного и выросли бы дети Хишне. Сыновья стали добытчиками. Дочери принесли новых детей. Великий круг жизни беспрерывно замыкался и начинался заново. И радостно от этого было на душе самого лучшего охотника племени.

            Неожиданно темнота озарилась короткой вспышкой. Старейшина прекратил свой рассказ на полуслове и с опаской посмотрел в сторону столь быстро исчезнувшего света. Хишне, как и остальные воины, приподнял копьё и стал на ноги. Женщины и дети в страхе сбились в кучу за спинами мужчин…

            Тишина.

            «Может, и не было ничего?» - подумал воин, но его сердце подсказывало обратное.

            Хишне сжал крепче древко оружия, как в круг света вступил злой демон. Он был невероятно высок, доставая до верхушки дерева, росшего у края стоянки племени. Чёрное тело, словно из эбонита, венчала голова, схожая с бычьей. Из огромных ноздрей вылетали облачка дыма. За плечами виднелись огромные крылья. В руках демон держал длинный жезл, покрытый крошечными бугорками и суженный к середине с обеих сторон.

            Охотник, конечно вкладывал в «злой» своё собственное понятие, но эмоциональное состояние существа вполне соответствовало этому слову. И даже больше.

            «Это ж надо было довериться жребьёвке!» - внутренне негодовал посланец Ада.

            Более мелкие демоны отправились в города, внося хаос и разрушение в жизнь тысяч людей. А он… Какое-то жалкое племя! Демон утешался лишь тем, что по возвращении обязательно нашёл бы внёсшего в список первой волны этих людишек. Ярость захлёстывала настолько, что хотелось просто доделать своё дело и вернуться обратно для мщения.

            Без излишнего пафоса он слегка повернул обе составляющие жезла по разные стороны от центра. Часть бугорков мгновенно взлетела, наполняя воздух гудящим жужжанием. Несколько сотен мух ринулись на людей, облепляя их тела. Не было ни криков, ни воплей. Невероятно болезненный укус практически сразу парализовал тело. Тёмная кожа африканцев посветлела, вены синели и вздувались. Глаза ещё беспокойно бегали, но это являлось концом.

            Демону же не было интересно досматривать действо до последнего. Он исчез в пламени телепорта.

 

***

 

            Сару давно сторонились все жители города, а родня отказалась иметь любые отношения с женщиной. Но её это устраивало. Ведь кем те были? Лишь глупыми суетливыми человечками, тратящими свою короткую жизнь на размножение и оплату счетов! Им бы стоило беспокоиться о вечном! Развивать своё сознание и служить истинному Хозяину!

            Они смели презирать её!

            Глупцы!

            Не понимали, что она сильная колдунья. Более того, в свои неполные двадцать пять - уже верховная жрица великого ордена, все члены которого нынче собрались в старой заброшенной школе.

            Когда-то здесь произошла серия убийств, а вскоре и сильное землетрясение. Здание, стоявшее на окраине, неплохо сохранилось, несмотря на то, что люди давно покинули посёлок. Пустынная местность обладала прекрасной гиблой энергетикой.

            Актовый зал с ещё целыми скамейками вмещал чуть ли не тысячу членов ордена, собравшихся из разных городов и стран ради такого события в одном месте. Призывание Хозяина. Сатаны… Сегодня должен был быть зачат Антихрист!

            Может ради этого и родилась Сара? Да! Это и был её истинный долг!

            Женщина почувствовала прилив гордости и сил, удобнее располагая своё обнажённое тело на холодной твёрдой поверхности алтаря, специально сюда привезённого. Она постаралась освободить разум, и вскоре монотонные слова жреца, начинающего обряд, ввели её в транс.

            Между тем в зал ввели маленького мальчика, накачанного наркотиками до пены изо рта, чтобы тот не сопротивлялся, нарушая важность и торжественность момента. Его глаза закатывались, а тело безвольно висело, удерживаемое младшими жрецами. Сара сама занималась покупкой жертвы. Можно было бы и выкрасть, но опыт доказывал, что легче приобрести ребёнка из приюта, где «замяли» бы дело, чем ссориться с полицией. Деньги позволяли делать всё быстро и без проблем.

            Мальчик был также обнажён, как и Сара. Все остальные кутались в чёрные однотипные мантии, скрывая лица под глубокими капюшонами. Громкие певучие слова верховного жреца звонко заполняли всё пространство, заставляя присутствующих чувствовать себя единым целым. Их голоса тихо вторили его речам. Заклинание плелось, впитывая в себя силу всего ордена.

- Жертва! – услышало тускнеющее сознание Сары.

            Ребёнка привязали к перевёрнутому кресту четверо послушников и поместили горизонтально над телом женщины, возлежавшей на алтаре. Жрец медленно и глубоко перерезал жертве горло, и кровь, смешиваясь с наркотической пеной, с силой брызнула на белую кожу женщины. После этого крест с жертвой закрепили в изголовье алтаря. Остриё ножа тут же неторопливо поползло по груди и животу несчастного мальчика, оставляя за собой тонкую красную извилистую полосу рисунка. Сара моментально почувствовала сильное возбуждение. Её тело было готово принять в себя семя. Она слегка изогнулась, словно в приступе оргазма.

- Приди к нам! – гулко призывал жрец на древнем языке.

            Неожиданно двери зала распахнулись. Головы большинства присутствующих машинально обернулись в сторону, противоположную алтарю. В проёме замаячила фигурка худощавого старика в рясе, несущего огромный крест с распятым на нём деревянным Христом. Падре Аарон, ставший настоящей головной болью для руководства ордена, никак не мог оставить сатанистов в покое.

- Одумайтесь! – начал было он проповедь, но, увидев кровь и убитого ребёнка на перевёрнутом кресте, сотворил знамение. – И да пусть падут на вас небеса! Господь Всевышний да откроет пред вами геенну огненную!

            Верховный жрец уж было отдал приказ, чтобы помеху схватили, как пространство зала наполнил ясный тёплый свет, и за спиной падре возникло два высоких и величавых белокрылых существа. Аарон обернулся. Узрев такую поддержку, он округлил глаза, но вера была сильна в нём. Священник продолжил, чувствуя себя посланцем Господним, призванным вернуть заблудших овец на путь истинный.

- Узрите же силу и величие Бога истинного!

            Жрец растерялся. Члены ордена тоже были не готовы к такому развитию событий. Призывали то они своего Хозяина, а тут... Сара же привстала со своего ложа, не стесняясь наготы, и размазывая кровь по телу, прокричала:

- Приди же к нам, Сатана!

            Словно в ответ на её зов возле алтаря полыхнуло пламя, но оно не испугало женщину. Наоборот, наконец-то свершалось то, что и должно. Та захохотала. Жертва придала верховной жрице достаточно сил для вызова дьявола... Точнее двух его слуг. Извечные противники посмотрели друг на друга, и одно из Адских созданий что-то прорычало.

- Накладочка вышла, - сказал демон на своём языке, обращаясь к ангелам. Как они все сумели оказаться на одном и том же объекте - загадка. Всё же предусмотрено было и не один раз.

- Предоставим это вам, - уступил старший из ангелов, возлагая свою руку на священника, и тело того моментально обмякло. После чего создания Рая исчезли под восторженные взгляды членов ордена.

            Двери зала тут же резко захлопнулись, запирая людей, но те и не думали убегать. Верховный жрец стоял на коленях и восторженно причитал слова молитвы. Демоны злорадно улыбнулись предстоящему, развернули искрящиеся от электричества плети, но стоило занести им руки для удара, как те раскалились, словно были сделаны из металла.

 

***

 

            Герцог Дзэпар с наслаждением ступил на асфальтированную дорогу и осмотрелся. Разговор с Ал’Беритом и ещё одно дело достаточно задержали его, чтобы наиболее умные люди сумели оценить возникшую опасность и разбежаться, словно тараканы, по укромным уголкам. Во всяком случае, по их мнению это было так. Демон же прекрасно ощущал трепет энергии душ в окружающей город атмосфере страха. Он даже радовался, что самая первая волна почти прошла. Намного интереснее играть с добычей, то давая ей шанс на выживание, то нагоняя.

            Какой-то тощий человечек с острым носом выбежал из-за угла и поспешил рухнуть на колени.

- Повелитель! Я буду верным слугой!

            Герцог недовольно поморщился. Мало того, что обращение принижало истинный ранг, так и инцидент нарушал его ощущение внутренней гармонии и не позволял наслаждаться и дальше запланированными намерениями. Маленькая «букашка» испортила всё настроение. Ему нужна была добыча, а не падаль. Конечно, такие существа приносили свою пользу, но заниматься подобными делами лично не хотелось. Совершенно. Поэтому он нахмурил бровь, и изо рта человека по воле демона начал изрыгаться пищевод, а затем и прочие внутренности.

            Неподалеку отчаянно закричали, узрев дарованное наказание, во время которого жертву буквально выворачивало наизнанку. Его высокопревосходительство с ленцой повернулся на звук, хотя и так уже прекрасно знал, что там скрывались две женщины. Столь близкое присутствие неплохой добычи несколько вернуло ему равновесие и хорошее расположение духа. Он пошёл навстречу новым игрушкам.

            Ими оказались две совсем молоденькие девушки. Они пытались спрятаться за машиной возле зеркальной стеклянной стены какого-то магазина. Подобная глупость развеселила настолько, что демон рассмеялся вслух. Обстановка места событий ему тоже понравилась. Она как раз подходила для одной из самых любимых его задумок…

            «Прекрасно», - подумал тот.

            Женщины замерли, не смея по воле герцога Ада убежать. Их ноги словно перестали слушаться. А отчаяние и страх, доведённый почти до паники, доставляли несравненное удовольствие. Ноздри демона затрепетали, вдыхая нежный и сладкий,  неощутимый для обычного человека, аромат отчаянья и безумия.

- На колени, - приказал Дзэпар, дабы окончательно утвердиться в мнении, чего на самом деле стоили эти жертвы.

            Человечки, не задумываясь, послушно исполнили указание. Одна из женщин всё же осмелилась взглянуть в чёрные, словно сама тьма, глаза демона. Взгляд она тут же отвела, но видимо лицо его вполне человеческого облика натолкнуло её на безрассудную мысль. Человек начала стягивать верхнюю одежду, предлагая себя. Герцог ничего не говорил, делая вид, будто заинтересован, хотя на самом деле это было не так. Достаточно предсказуемая и наивная реакция не затронула никаких эмоций. Как можно было действительно верить, что этим возможно подкупить демона?

            Проходили века, цивилизация сменяла цивилизацию, считая прежнюю крайне примитивной и недостойной. Но женщины каждой из них в схожей ситуации всенепременно продолжали снимать одежду, надеясь «договориться». В большинстве случаев. В остальных либо падали в обморок, либо были уж слишком рьяными религиозными фанатиками только и способными призывать на помощь своё божество... Увы. Исключения оставались достаточно редки.

            Наконец, на молодой женщине осталось только крошечное ажурное нижнее бельё светлого цвета. Вряд ли та разменяла второй десяток. Демон присмотрелся внимательнее. Ухоженная загорелая кожа, чёткий овал лица. Аккуратные брови. Уложенные волосы. Длинные ногти. Почти на всё нанесена соответствующая краска. Женщина любила себя и своё тело. Старалась приукрасить его. Как и вторая.

- Только оставь мне жизнь. Оставь мне жизнь, - без перерыва хрипловато шептали нежные губы малинового цвета.

- Хорошо. Хотите, я оставлю её вам обеим? – великодушно предложил Дзэпар.

- Да, - подала голос и другая девушка.

- Всего одно маленькое условие, - уточнил он. – Посмотрите в зеркало.

            Женщины развернулись к стене магазина. На поверхности стекла отражались они сами и герцог, в руке которого загорелся чёрно-красный дымчатый шар, а на лице появилась безупречная довольная улыбка. Ладонь Дзэпара чуть сжала сферу. Девушки начали стареть. Быстро, но при этом достаточно медленно, чтобы они смогли в полной мере воспринять это. Сначала появились морщины в уголках глаз, рта и иссохла кожа рук. Мышцы дряблели. Ужас в глазах, так и оставшимися молодыми и прекрасными доставлял демону неописуемое удовольствие. Человечки же водили руками по своим лицам и телам, словно это могло вернуть им молодость. Безумие стремительно охватывало их хрупкий разум.

            Дзэпар довольно рассмеялся и завершил процесс. Жизни он, как и говорил, тем оставил. Другое дело, что внутренних возможностей их организмов для существования хватило бы ещё от силы на несколько часов. Герцог пошёл дальше по улице. У зеркальной витрины магазина умирали две дряблые старухи.

 

***

 

            Лея сидела на краю кровати и немигающим взором смотрела на часы. Стрелочка неумолимо двигалась вперёд. Молодая женщина при этом осознавала, что при невероятном количестве запланированной на завтра работы следовало передохнуть. Но не могла это сделать. Ведь уже больше часа человечество стиралась с лица планеты.

- Может, хватит заниматься самогипнозом? – предложила Дайна перед тем, как оставить госпожу в одиночестве.

- Не могу больше ни о чём другом думать, - созналась та.

            Демонесса вышла. И то верно. Тема, на которую хотела бы поговорить девушка, была давно рассмотрена со всевозможных сторон. Чего ещё обговаривать? Она опустила лицо в ладони.

            Между тем, чья-то тёплая рука легла ей на плечо. Лея вздрогнула и резко повернула голову. Это был второй раз, когда Ал’Берит появлялся в её комнате. И снова нежданно. Повелитель выглядел задумчивым и не спешил говорить о цели столь странного визита.

- Иногда слова кажутся только лишними, - мягко пояснил он в ответ на её, ожидающий пояснения, встревоженный взгляд.

- Однако без них многое так и остаётся загадкой, - невольно улыбнулась несколько расслабившаяся Лея.

            Сейчас демон выглядел тем, кем ей уже долгое время хотелось его увидеть. Словно он вновь приоткрывал завесу, давая узнать в нём кого-то отличного от привычно хладнокровного повелителя.

- Несомненно, - спокойно подтвердил Ал’Берит и добавил с некой отрешённой интонацией. – Но чаще всего между словами таится совершенно новая неизвестность.

- Тогда, может, действительно иногда стоит просто помолчать? - предложила девушка, уставшая искать во всём какой-либо иной, скрытый смысл.

- Возможно и так, - на удивление, демон снова согласился.

            Она с изумлением и сомнением посмотрела на того. Ал’Берит же задумчиво присел подле Леи, убрав свою руку с её плеча. Слов он более не произносил, а потому некоторое время в комнате царила тишина, никем и ничем не нарушаемая. Даже дышать захотелось крайне осторожно, чтобы не вспугнуть ту ни единым звуком. Даже лёгким шелестом дыхания. Портили наваждение только разнообразные суматошные мысли, наполнившие голову девушки. И, в конце концов, она, поняв, что при таком раскладе ни за что не смогла бы успокоиться, не выдержала:

- Зачем вы здесь?

- Всё-таки молчание оказалось не самой лучшей идеей?

            Он посмотрел на неё со знакомой хитринкой в глазах, и Лея искренне улыбнулась, временно забыв о своём твёрдом намерении никогда не прощать Ал’Берита и не радоваться обществу того. А после и ответила его словами:

- Возможно и так.

- И всё равно. Иногда слова кажутся лишними, - нежно произнёс демон после некоторой паузы и ласково провёл ладонью по её щеке.

            Свет единственной лампы, которую она не потушила, ярким блеском отражался в его полупрозрачных зелёных глазах. И молодая женщина ощутила себя мотыльком, готовым лететь на опасное манящее пламя и не раздумывающим сколь сильно огонь способен опалить такое хрупкое существо. Знакомые приятные мурашки пробежали по её коже. Чувства и желание близости затмевали разум. На миг она ещё испытала лёгкую досаду на себя за то, что обещала ненавидеть Ал’Берита, а сама обняла. Но в следующее мгновение оставила все сомнения, невольно придвигаясь ближе к нему, чтобы тихо прошептать перед поцелуем:

- Возможно и так.

            Мужские руки в ответ скользнули по её спине и слишком крепко сжали талию, причиняя некоторую неожиданную боль. Машинально Лея приглушённо воскликнула, и хватка тут же ослабла. Ал’Берит резко отодвинулся от неё, сбрасывая возникшее между ними наваждение. Постепенно демонический лиловый огонь в его глазах, заставивший молодую женщину, не ожидавшую увидеть нечто подобное, напрячься, снова превращался в застывший светлый зелёный лёд. Он уверенно поднялся с кровати, чтобы уйти, но она удержала его за край рукава, в надежде, что тот остановился бы. Сердце отчаянно и глухо колотилось о грудную клетку. Какая-то пугливая надежда и смутный страх переполняли.

            Ещё совсем недавно Лея решила, что стоило ухватиться за последнюю неофициальную встречу, как за превосходное средство для прекращения всех отношений с повелителем. Тем более, он и сам стремительно отстранялся от неё. А сейчас… Тот вновь оказался столь близок. И… она и сама не могла объяснить, зачем пыталась вернуть его. Просто не могла никак иначе.

- Останься, - прозвучала жалобная просьба обычной живой женщины, способной по воле чувств совершать бездумные поступки.

            Ал’Берит беспристрастно обернулся, своим телом загораживая лампу, и посмотрел ей в глаза. В его взгляде она не могла различить ни единого понятного для человека чувства. Это был взор абсолютно иного и чужого существа, мыслям и желаниям которого навсегда суждено было остаться загадкой для её скромного разума.

            Он взял Лею за руку. Такое простое соприкосновение вызвало новую волнующую бурю эмоций внутри неё. На некоторое время они так и застыли, а затем демон резким рывком дёрнул к себе девушку, заставляя её стиснуть губы от боли в предплечье. В единый миг она вновь оказалась в его крепких объятьях.

- Люди невероятно безрассудные существа, - задумчиво и тихо сказал Ал’Берит. – А нам иногда так хочется вкусить хоть кусочек этого безумия.

- Разве это столь плохо?

- Зависит от того, что делать с этим в дальнейшем… Но мне ближе всего совсем недавно услышанное мнение, пусть и основывалось оно на несколько иных доводах.

- Какое же? – спросила она, но тот лишь прикоснулся горячей ладонью к её рту, призывая к молчанию. После чего улыбнулся и, словно наслаждаясь фразой, повторил:

- Иногда слова кажутся только лишними.

            Его пальцы с нежностью начали движение к подбородку Леи и приподняли лицо, чтобы демону было удобнее коснуться мягких податливых женских губ. После чего Ал’Берит отстранился и, прежде чем поцеловать её вновь, прошептал:

- Будь осторожнее в своих желаниях. Когда хочется объять необъятное, всегда можно встретиться со взаимностью.

Часть 1. Главы:

Часть 2. Главы:

Часть 3. Главы: